«Остров ГНИИПИ»

- 2 -

И разговоры наши как-то тоже сразу перешли с бытовой тематики на уголовно-наказуемые уровни, в советском понимании уровня уголовной наказуемости. Вскоре оба мы сели по ст. 58–10, но не за ГНИИПИ. Набравшись в какой-то степени жизненного опыта, при первой возможности мы возобновили наши разговоры. Выяснилось вскоре, что ни о чем кроме ГНИИПИ мы не говорим, что изменение послевоенной общественной атмосферы не влияет на изобилие гнииповской тематики, и что ГНИИПИ существует помимо нашей воли. Ему нельзя было приписать той или иной характеристики по желанию. Возможны были только органически необходимые имплантации.

Знакомые с интересом следили за развитием нашего детища, благо однажды, в 1954 году, я, выражаясь теперешним языком, «изготовил самиздатовскую копию клеветнического антисоветского пасквиля, начинающегося словами…». Затем, усилиями все тех же знакомых, «копия была размножена и имела успех». Знакомые давали советы, как и чего ввести в ГНИИПИ. Внять советам удавалось редко, и знакомые стали делиться по этому признаку — этот понимает ГНИИПИ, а этот нет; этот хороший человек, но ГНИИПИ не прочувствовал, а этот и вовсе бы гад, но в ГНИИПИ разбирается. Особенно нас раздражали те, кто стремился смаковать натуралистические детали.

- 2 -