«Рассказы»

- 6 -

«Ну, вот ты и миллионер, – сказал я себе в один прекрасный день, –ты хорошо преуспел». Что же касается рогов, то их я приобрел еще до свадьбы, а потом носил всю жизнь, и если вы, моя дорогая, приняли мое безразличие за слепоту, значит, вы еще глупее, чем я думал. О, если бы вы хоть раз могли объяснить свою измену любовью! Но куда там! Мы обменивались лишь дежурными репликами. И когда вы, погрузив свой небесный взгляд в мой – мрачный, сказали то, что, как вам было известно, я и сам уже знал, то, что я принял в уплату за ваше имя, приданое и те преимущества, которые давал мне союз наших фирм, когда вы прошептали свое: «Барнабе, я беременна», я чуть было не прыснул и едва удержался, чтобы не ответить: «И я тоже». Воображаю, какую бы вы скорчили физиономию. Но нет, я поднес руку к губам, я тихо воскликнул: «Ах!» До чего же гнусная сцена!

Итак, Барнабе Ламбертен никому не оставит свое имя, ибо имя моего отца исчезло навсегда. Правда, это отнюдь не мешает Монике, которой отлично известно, как мало я виновен в ее появлении на свет, мило снисходить до своего отца - деревенщины– ни дать ни взять героиня Жоржа Онэ[4]. Эта очаровательная малютка унаследовала все добродетели мамаши, а у той их – кот наплакал!

- 6 -