«В поисках Города Богов»

- 3 -

По тибетской экспедиции 1999 года был написан пятитомник, названный «В поисках Города Богов». Но издательство потребовало разбить все 5 томов на отдельные книги, поскольку читателю трудно сразу купить все пять томов. Я так и сделал. А этот второй том, который ранее назывался «Золотые пластины Харати», я назвал «В поисках Города Богов», поскольку именно здесь описывается, как мы искали Город Богов, чтобы, найдя его, войти в объятия Шамбалы.

Э. М. ___________________________________

________________________________________

________________________________________

В этом издании я буду делать вставки сегодняшнего дня, в которых излагался бы мой взгляд на прошедшие события с точки зрения современности и опыта других экспедиций. Вставки будут обведены ажурной рамкой и начинаться с букв «Э. М.», что означает мои инициалы. Эти вставки, сделанные через 15 лет, будут на мой взгляд, интересны.

Как это у меня получилось, судите сами.

Предисловие автора, написанное в 2001 году

Сейчас, когда я пишу эти строки, мне почему-то грустно. Очень грустно. Я помню, что тогда, 22 августа 1999 года, когда мы – тибетская экспедиция по поискам Города Богов – прибыли в столицу Непала Катманду, прямо в аэропорту на меня тоже нахлынуло чувство грусти. Это чувство было столь явным, что я не мог не обратить на него внимания.

– Почему мне так грустно? – думал я, стаскивая рюкзаки с багажной вертушки.

Побранившись с атакующей толпой страждущих таксистов, мы тогда загрузились в два обшарпанных автомобиля и, понимая, что нас, белых людей, надувают в цене как минимум вдвое, добрались до центра города. Там мы нашли гостиницу с символичным названием «Пирамида» и разместились в ней.

Чувство тревоги не проходило. Выбрав удобный момент, я отлучился, сел на какие-то грязные ступеньки, закурил и углубился в свои мысли. Вокруг ходили низкорослые и сухощавые непальцы, иногда в толпе мелькали крупные колыхающиеся торсы европейцев или американцев. На меня, никто не обращал внимания, а нищих, настырно требующих милостыню, пока не было.

В этот момент я поймал себя на мысли, что грусть мне была приятна; она не напоминала тоску, леденящую душу, а была розовой и как бы мерцающей. В душе что-то происходило. Моя душа хотела чего-то недоступного мне. Чего? Я не знал.

– Может быть, грусть вызвана тем, что нам так и не удастся найти в ущельях Тибета легендарный Город Богов? – задал я сам себе вопрос, копаясь в душе.

- 3 -