«Евангелие от Пилата»

- 8 -

И отец вновь взялся за рубанок, чтобы обстругать доску. Я лениво обдумывал его слова, удивленный подобным предложением, ведь ни один день в библейской школе не обходился для меня без столкновений. Мойша, Рам и Кесед никогда не требовали объяснений; они слепо принимали на веру все, чему их учили. А меня прозвали «Иешуа, задающий тысячи вопросов». Все заставляло меня задавать вопросы. Почему нельзя работать в субботу? Почему нельзя есть свинину? Почему Бог наказывает, вместо того чтобы прощать? Ответы редко удовлетворяли меня, и тогда учитель прятался за окончательным приговором «Таков закон». И я снова спрашивал: «А почему закон справедлив? На чем основывается традиция?» Я требовал такого множества разъяснений, что иногда меня лишали слова на целый день. Я всегда хотел докопаться до сути вещей. Меня обуревала слишком сильная жажда знаний.

— Папа, рабби Исаак хорошо думает обо мне?

— Очень хорошо. Вчера вечером он сам приходил ко мне побеседовать о тебе.

Это меня удивило еще больше. Терзая рабби Исаака вопросами, я считал, что заставляю его страдать от собственного невежества.

— Святой человек считает, что ты обретешь мир лишь в религиозном порыве.

Его замечание поразило меня больше других высказываний. Мир? Я — в поисках мира?

Однако слово было сказано. И я вновь словно слышал слова отца: «А если тебе стать раввином?»

- 8 -