«Записки на манжетах»

- 8 -

Через десять минут цех был приведен в состояние полнейшей негодности. Он уже не сидел, а лежал вповалку, взмахивал руками и стонал...

...Уехал человек с живыми глазами. Никаких гримас!..

Сквозняк подхватил. Как листья летят. Один - из Керчи в Вологду, другой - из Вологды в Керчь. Лезет взъерошенный Осип с чемоданом и сердится:

- Вот не доедем, да и только!

Натурально, не доедешь, ежели не знаешь, куда едешь!

Вчера ехал Рюрик Ивнев. Из Тифлиса в Москву.

- В Москве лучше.

Доездился до того, что однажды лег у канавы:

- Не встану! Должно же произойти что-нибудь!

Произошло: случайно знакомый подошел к канаве - и обедом накормил.

Другой поэт. Из Москвы в Тифлис.

- В Тифлисе лучше.

Третий - Осип Мандельштам. Вошел в пасмурный день и голову держал высоко, как принц. Убил лаконичностью:

- Из Крыма. Скверно. Рукописи у вас покупают?

- ...Но денег не пла...- начал было я и не успел окончить, как он уехал. Неизвестно куда...

(*484) Беллетрист Пильняк. В Ростов, с мучным поездом, в женской кофточке.

- В Ростове лучше?

- Нет, я отдохнуть!!

Оригинал - золотые очки.

Серафимович - с севера.

Глаза усталые. Голос глухой. Доклад читает в цехе.

- Помните, у Толстого платок на палке. То прилипнет, то опять плещется. Как живой платок... Этикетку как-то для водочной бутылки против пьянства писал. Написал фразу. Слово вычеркнул, сверху другое поставил. Подумал - еще раз перечеркнул. И так несколько раз. Но вышла фраза как кованая... Теперь пишут... Необыкновенно пишут!.. Возьмешь. Раз прочтешь. Нет! Не понял. Другой раз - то же. Так и отложишь в сторону...

Местный цех in corpore под стенкой сидит. Глаза такие, что будто они этого не понимают. Дело ихнее!

Уехал Серафимович... Антракт.

IX

ИСТОРИЯ С ВЕЛИКИМИ ПИСАТЕЛЯМИ

Подотдельский декоратор нарисовал Антона Павловича Чехова с кривым носом и в таком чудовищном пенсне, что издали казалось, будто Чехов в автомобильных очках.

Мы поставили его на большой мольберт. Рыжих тонов павильон, столик с графином и лампочка.

- 8 -