«Записки на манжетах»

- 4 -

- Что-с? Почему нельзя? Да я завтра же встану! Иду к Петрову. Вы не понимаете. Меня бросят! Бросят!

- Ну, хорошо, хорошо, встанете! Вот книга.

Милая книга. И запах у нее старый, знакомый. Но строчки запрыгали, запрыгали, покривились. Вспомнил. Там, в скиту, фальшивые бумажки делали, романовские. Эх, память у меня была! Не монашки, а бумажки...

Сашки, канашки мои!..

- Ларисса Леонтьевна... Ларочка! Вы любите леса и горы? Я в монастырь уйду. Непременно! В глушь, в скит. Лес стеной, птичий гомон, нет людей... Мне надоела эта идиотская война! Я бегу в Париж, там напишу роман, а потом в скит. Но только завтра пусть Анна разбудит меня в восемь. Поймите, еще вчера я дол-жен был быть у него... Пой-мите!

- Понимаю, понимаю, молчите!

Туман. Жаркий красноватый туман. Леса, леса... и тихо слезится из расщелины в зеленом камне вода. Такая чистая, перекрученная хрустальная струя. Только нужно (*476) доползти. А там напьешься - и снимет как рукой! Но мучительно ползти по хвое, она липкая и колючая. Глаза открыть - вовсе не хвоя, а простыня.

- Гос-по-ди! Что это за простыня... Песком, что ли, вы ее посыпали?.. Пи-ить!

- Сейчас, сейчас!..

- А-ах, теплая, дрянная!

- ...ужасно. Опять сорок и пять!

- ...пузырь со льдом...

- 4 -