«Произнесенное вслух»

- 4 -

Подбежали трое солдат. Сержант Тейлор — детина с низким лбом, из-под которого хмуро смотрели глаза палача, — выделялся среди них своей дремучестью и зверской силой. На голову и плечи Махарики посыпались сокрушительные удары палок. Лицо его превратилось в кровавое месиво, из горла хлынула кровь — но он не издал ни звука, и только тело его вздрагивало под ударами. Махарику повалили и продолжали избивать ногами в тяжёлых ботинках. Затрещали кости.

— Отставить, Тейлор, — приказал капитан. — Убивать вы умеете, в этом меня не надо убеждать. Но так вы ничего не добьётесь. Впрочем, я знаю, как развязать ему язык. Килбурн, идите сюда.

Капрал Килбурн подошёл к капитану: тот ему что-то приказал.

Капрал, окликнув двух солдат, ушёл со двора. Вскоре они вернулись — солдаты тащили Маданасену. Махарика попытался отвернуться — но Тейлор, наступив ему на голову, не позволил это сделать.

— Смотри, башмачник, узнаёшь? Вижу, что узнал, — самодовольно ухмыльнулся капитан Симоне. — Быть может, теперь ты вспомнишь, где прячется Раджмаратх? А не то твоей возлюбленной будет очень плохо. Похуже, чем тебе.

Махарика молчал. С Маданасены сорвали сари. Она попыталась прикрыться — но, двое солдат повалили её на спину, силой развели руки и ноги и так прижали к земле, что она не могла шелохнуться. Её огромный живот чуть вздрагивал — до рождения ребенка оставались считанные недели.

Капрал Кипбурн построил солдат и сам подошёл к Маданасене первым.

Она закричала — пронзительно, хрипло, отчаянно. После третьего женщина уже не кричала — только громкие протяжные стоны вырывались из её горла. Солдаты всё подходили и подходили — их было не меньше двадцати.

Махарика видел и слышал всё, но ни слово, ни даже вздох не сорвались с его разбитых губ. Когда отошёл последний солдат, Маданасена была ещё жива и даже пыталась подняться, но уже не могла.

Лейтенант Барпи наклонился над Махарикой и заглянул ему в лицо.

— Бесполезно, сэр. Это совершенно дикая, бесчувственная тварь. С тем же успехом мы могли устроить на его глазах изнасилование свиньи.

— Бесполезно?! — капитана задело: он встал и подошёл к Маданасене. — Смотри, башмачник! — он выхватил саблю: клинок блеснул в ноздухе и глубоко вошёл в огромный и уже неподвижный живот несчастной. Хлынула кровь. Симоне подошёл к пленнику и присел над ним.

- 4 -