«Итоги, 2011 № 44»

Война миров / Политика и экономика / Exclusive

 

Сто лет назад родился один из самых засекреченных ученых на планете. Имя его — академик Михаил Янгель. Именно его принято сегодня величать создателем ядерного щита России. Именно его детище спровоцировало Карибский кризис в далеком 1962-м. Это с его именем ассоциируется эра межконтинентальных баллистических ракет. Это его «Сатану» в НАТО боялись как огня.

Близко знавшие академика люди рассказывают, что иногда по вечерам, возвращаясь с работы, он откупоривал бутылку, зажигал множество свечей и до глубокой ночи в полном одиночестве поминал тех, кто погиб во время испытаний его ракеты Р-16… Тогда заживо сгорели 76 человек, а в больницах от полученных ожогов скончались еще 16. Трагический старт случился на Байконуре 24 октября 1960 года, за сутки до его дня рождения— ровно пятьдесят один год назад. О тех великих днях и великих людях вспоминает академик Борис Черток, патриарх отечественной космонавтики, долгое время работавший с Михаилом Янгелем рука об руку:

— Мое знакомство с Янгелем началось с неприятного для меня инцидента. Дело было в 1950 году, когда появился приказ министра об изменении структуры НИИ-88, где я числился заместителем главного инженера. Отдел № 3 преобразовали в ОКБ-1, и Сергея Павловича Королева назначили его главным конструктором. На должность главного инженера пытались протащить меня. Не вышло. В ЦК было сказано, что в нынешней обстановке особенно важна правильная расстановка кадров и человек с фамилией Черток не может быть главным инженером такого стратегически важного предприятия. Мне вообще грозили увольнение и арест, и, чтобы отвести удар, Королев предложил мне спасительное понижение — должность заместителя начальника отдела в своем ОКБ. Моим непосредственным начальником оказался Михаил Кузьмич Янгель. Мы занимались проектированием ракеты Р-5, которая по своим динамическим характеристикам требовала принципиально нового подхода к созданию системы управления. За этой чрезвычайно интересной работой мы провели почти год. Позже в НИИ-88 снова начались кадровые перестановки, и неожиданно для всех директором института назначили Янгеля. Потом говорили по секрету, что это была инициатива ЦК. Назначение явилось непростым испытанием для отношений между ним и Королевым. К сожалению, проверки на мирное сосуществование они не выдержали. Думаю, наша ракетно-космическая отрасль могла бы получить еще большее развитие, если бы эти два руководителя не противоборствовали. Обострение дошло до того, что оба старались не встречаться и не разговаривать друг с другом. Королев использовал меня и своих замов как посредников для связи с новым директором.

При этом мои личные отношения с Янгелем, при всей преданности Королеву, всегда оставались хорошими. Это был глубоко порядочный человек и талантливый инженер. Но, как говорится, двум медведям в берлоге делать нечего. Янгеля раздражали властолюбие и нелегкий характер Королева. Когда противостояние этих двух мощных фигур стало мешать делу, министерство и ЦК пошли на компромисс. В 1953 году Янгеля перевели на должность главного инженера, лишив тем самым возможности командовать Королевым, а меньше чем через год назначили главным конструктором ОКБ в Днепропетровске. Это был новый ракетный завод, который предстояло переделать из автомобильного. Задача не из легких. Но именно здесь Янгель расцвел, получил возможность приступить к реализации своей давней идеи — созданию ракет на высококипящих компонентах. Деятельность в ОКБ-586, позднее переименованном в КБ «Южное», он начал с внедрения ракет, которые на долгие годы стали соперницами королевским ракетам на кислородном топливе.

— Чем Янгелю не угодили кислородные ракеты?

— С одной стороны, кислород и керосин — это благородно и безопасно. Азотный тетроксид и диметилгидразин — компоненты чрезвычайно токсичные, в эксплуатации, прямо скажем, противные. Однако среди военных было много сильных противников нашей чисто кислородной концепции. Тому были основания. Наша «семерка» требовала длительной подготовки к пуску — не менее семи часов, что не соответствовало доктринам ракетно-ядерной войны. Требовались новые межконтинентальные ракеты с надежно защищенными стартами, которые позволят нанести ответный удар через десяток-другой минут. В настоящее время готовность к пуску ядерных систем исчисляется секундами…

В отличие от кислородных «высококипящие» ракеты могли дежурить в заправленном состоянии и не нуждались в увеличении времени на заправку. Это подтвердил опыт ракеты средней дальности Р-12, разработка которой началась еще в 1951 году в бытность Янгеля заместителем Королева. В Днепропетровск эту разработку передали в 1953 году. Мощность термоядерного боезаряда комплекса Р-12 составляла 2,3 мегатонны. При дальности 2100 километров ракета представляла реальную угрозу для всех граничивших с СССР стран НАТО. С марта 1959 по июнь 1989 года, пока Р-12 стояла на вооружении, было изготовлено 2300 таких ракет, каждая из которых могла превратить в пепел целые государства. Эта ракета вытеснила королевскую Р-5М. Однако, чтобы закрепить успех, Янгель при поддержке военных предлагает еще одну ракету средней дальности — Р-14. Разработка началась в 1958 году, а летные испытания проводились на полигоне Капустин Яр начиная с 1960 года. Эта ракета при той же мощности ядерного боезаряда была рассчитана на максимальную дальность 4500 километров. Таким образом, «высококипящие» янгелевские ракеты могли уничтожить всех союзников США и НАТО, но для самой Америки угрозу представляли только королевские ракеты серии Р-7. При этом стартовых позиций для нее было всего четыре: две в Тюратаме (позже его назвали Байконуром) и две на новом полигоне в Плесецке.

Ясно, что стране требовалась «массовая» межконтинентальная ракета, и как можно скорее. Вот почему Янгель при активной поддержке Хрущева и маршала Митрофана Ивановича Неделина в лихорадочном темпе начал разработку межконтинентальной двухступенчатой ракеты Р-16. Спешка мотивировалась лозунгом: «Стране нужен ядерный щит!»

— Такая спешка была оправданна?

— Не оправданная никакой военной и государственной потребностью спешка стала причиной трагедии. В процессе предстартовых испытаний одно за другим возникали замечания, срывавшие первоначальный график подготовки. Единственный выход в такой ситуации — круглосуточная работа. Испытательная команда трое суток не покидала полигон. Мне не раз приходилось работать в подобном режиме. Как правило, это было связано с необходимостью пуска в строго определенный астрономический срок. Но в данном случае астрономия была ни при чем. Неделин не только не давал подчиненным права на отдых, но и призывал к еще более самоотверженной работе, чтобы успеть к празднику — 43-й годовщине Октябрьской революции. Кто же мог отказать главному маршалу артиллерии, который призывает не к бою, а к трудовому подвигу?!

— Знал ли председатель госкомиссии Неделин о нарушениях в цикле отработки ракеты?

— Знал, но по каждому замечанию неизменно принимал решение «допустить». На летных испытаниях Р-14 в июне 1960 года уже имелись серьезные замечания к надежности механизма раскрытия пиромембран. При прорыве мембраны окислителя образовалась течь. Пуск тогда отменили, и заместитель Янгеля Василий Будник принял решение компоненты топлива слить, ракету со старта снять. Однако при сливе из сливного шланга брызнул фонтанчик горючего. Попав на бетон, загрязненный окислителем и водой, струя горючего загорелась. Вспыхнувший пожар удалось потушить огнетушителями. Это был сигнал тревоги, к которому необходимо было прислушаться. О недоработке Будник доложил Янгелю. Однако до начала летных испытаний Р-16 никаких радикальных мероприятий по повышению надежности этого узла не провели.

Допуск ракеты к летным испытаниям, несмотря на ненадежность механизма раскрытия пиромембран, был принципиальной ошибкой главного конструктора и военной приемки. Ведь двигатели ракеты могут запуститься только после прорыва мембран. А надежной сигнализации, подтверждающей факт их раскрытия, так и не создали. 21 октября 1960 года ракету вывезли на стартовую площадку. 23 октября заправили компонентами топлива и сжатыми газами, и началась ее подготовка к пуску. Боевой расчет работал круглосуточно. Москва торопила. Хрущев звонил Янгелю и Неделину, требовал немедленного пуска.

— Вы ведь неплохо знали Янгеля по совместной работе. Это был профессионал, ответственный человек. Почему же он в категорической форме не потребовал продлить наземные испытания?

— Ответа на этот вопрос у меня нет. Вместо этого Янгель и два его зама — Берлин и Концевой приняли сверхрискованное решение подорвать мембраны не по штатной циклограмме предстартовой подготовки, когда все уже покинули стартовую площадку, а сразу после заправки, когда на стартовой позиции находилось более сотни человек. Они предложили совсем оригинальный способ, как проконтролировать факт раскрытия мембран, — не по электрическому сигналу, а по звуку гидравлического удара и характерному бульканью в процессе заполнения магистралей жидкостью, возникавших в момент прорыва мембран. Специалистам приказали забраться в открытые люки по пояс и на слух определить, прорвались мембраны или нет. И ведь полезли, и даже без противогазов, которые мешали слушать! Это само по себе вопиющее нарушение всех норм безопасности. Случись прорыв компонентов из-за негерметичности — «слухачам» в лучшем случае грозили бы тяжелые отравления и ожоги. Но главное — ракету нельзя было принимать уже по одному такому экзотическому способу контроля работы мембран. Однако Неделин торопился.

Уже стемнело. В хвостовом отсеке стояла кромешная тьма. «Слухачи» приготовились слушать, как рвутся мембраны второй ступени. Неожиданно странный звук возник в хвостовом отсеке первой ступени. Он сопровождался мощным ударом. Спустя несколько секунд была зафиксирована яркая вспышка, и хвостовой отсек наполнился запахом сгоревшего пороха. Вспышка стала результатом подрыва по какой-то ложной команде пиропатронов отсечного клапана. Почему-то запустилось не то и не так… Кроме того, обнаружилась капельная течь горючего.

Имелись и другие замечания, каждого из которых было достаточно для того, чтобы снять ракету со старта и отправить на доработку. Тем не менее, заканчивая заседание госкомиссии, Неделин подытожил: «Ракету доработать на старте, страна ждет!»

Я хорошо знал членов госкомиссии — Виктора Кузнецова, Андроника Иосифьяна, Алексея Богомолова, других наших инженеров, задействованных в пуске. Они на этом заседании были независимыми — как от Янгеля, так и от Неделина. Каждому из тех, кто остался потом в живых, я задавал один и тот же вопрос: «Ну почему ты соглашался продолжать работу, когда прекрасно понимал, что дорабатывать электрические схемы на заправленной ракете — это авантюра? Что это было за наваждение?» И никто не смог мне четко ответить, почему, казалось бы, вполне здравомыслящие и ответственные люди безропотно поддержали безумную мысль о запуске.

Был лишь один человек, осмелившийся резко выступить против самоубийственного шага, — начальник отдела полигона подполковник Титов, который бескомпромиссно указал на все имевшиеся замечания и предложил срочно нейтрализовать ракету. Увы, это был глас вопиющего в пустыне. Подполковника, который осмелился пойти против маршала, никто не поддержал. Ракету решили запустить на следующий день, 24 октября. 25 октября Янгель отмечал свой день рождения. Перед стартом он признался товарищам, что лучшего подарка для него придумать нельзя…

Утром к Неделину подошел генерал Соколов и осмелился предупредить об опасности пребывания на площадке непосредственно подле заправленной ракеты. Неделин резко парировал: «Если вы трус, убирайтесь отсюда!» Соколов обиделся, уехал на аэродром и улетел в Москву. Обозвав боевого генерала трусом, Неделин спас ему жизнь.

— На пуске, говорят, присутствовало много посторонних…

— Инженеры, проверявшие ракету уже после часовой готовности, рассказывали мне, что трап, ведущий к верхней площадке обслуживания, как и сама площадка, был перегружен людьми. Множество ненужных для подготовки военных и гражданских лиц толпилось на самой площадке, вблизи находящегося здесь маршала и его зама Гришина. Даже в совершенно секретном докладе в ЦК КПСС, подписанном Брежневым, констатируется: «На стартовой площадке при часовой готовности ракеты, кроме необходимых для работы 100 человек, присутствовало еще до 150 человек».

Закончив операции по подготовке ракеты к пуску, часть испытателей эвакуировалась на наблюдательный пункт, находившийся в километре от стартовой позиции. Янгель, как и Неделин, до последнего момента оставался на площадке. Стрессовая ситуация, бессонные ночи вызвали желание покурить, поэтому Михаил Кузьмич охотно принял приглашение Андроника Иосифьяна буквально за несколько минут до старта пойти в курилку, которая находилась в бункере в 150 метрах от стартовой позиции. Этот случай — яркая иллюстрация того, что иногда курение может быть пусть и не полезно, но зато спасительно.

Закурив, Янгель удивился, почему зажигалка вызвала ослепительную вспышку. Но то был момент начала пожара. Когда стало известно о произошедшем, Янгель, рискуя жизнью, бросился навстречу уже бушевавшему пламени, пытаясь вывести людей из огня. Он успел получить ожоги рук раньше, чем его насильно вывели с площадки. Ожоги оказались неопасными для здоровья. А вот полученная моральная травма стала причиной тяжелой болезни, от которой Янгель уже не оправился. У него начались сбои в работе сердца. В последние годы жизни он перенес пять инфарктов.

Только сорок лет спустя народу показали то, что творилось на стартовой площадке. В тот роковой день операторы киностудии Министерства обороны расставили аппаратуру для проведения киносъемки. Задолго до пуска все было готово к работе. Когда случился несанкционированный запуск двигателя второй ступени, руководитель съемочной группы дал команду на дистанционное включение киноаппаратуры. Это и позволило запечатлеть многие важные моменты случившегося. Компоненты топлива, выплеснувшиеся из баков, облили стоявших рядом испытателей. Огонь пожирал людей мгновенно. Ядовитые пары отравляли насмерть. При замедленном просмотре хорошо видно, как горят ракета, установщик, как обезумевшие люди на площадках обслуживания прыгают прямо в огонь и тут же сгорают.

Огромная температура даже на значительном удалении от эпицентра пожара вызывала возгорание одежды, и многие убегавшие, увязнув в расплавленном битуме, сгорали заживо. Кинохроника не показывает того, что происходило с людьми, достигшими относительно безопасной зоны. Очутившись в окружавшем стартовую площадку рве или песке, они, вместо того чтобы сбросить с себя горящую одежду, запутывались в колючей проволоке. Подъехавшие спасатели пытались помочь добежавшим — сбивали их на землю и обсыпали песком. Локализовать огонь удалось лишь два часа спустя.

Янгель отправил в ЦК донесение, в котором сообщил о факте пожара. «В результате случившегося имеются жертвы до ста или более человек, — писал он. — В том числе со смертельным исходом. Главный маршал артиллерии Неделин находился на площадке для испытаний. Сейчас его разыскивают. Прошу срочной медицинской помощи пострадавшим от ожогов огнем и азотной кислотой».

Последующий анализ показал, что взрыв и пожар не подготовленной к пуску ракеты были неизбежны. Однако, если бы на площадке не толклись десятки посторонних людей, жертв могло бы быть в десять раз меньше.

— Кто и как выявлял виновных?

— Правительственная комиссия во главе с Брежневым прибыла на полигон 25 октября. Выступая в день прибытия на полигоне, Брежнев сказал: «Товарищи! Мы никого не собираемся судить. Разберемся в причинах, примем меры по ликвидации последствий и продолжению работ». Впрочем, спросить за происшедшее было не с кого. Погибли все, кроме чудом уцелевшего Янгеля. Руководство страны приняло решение всем участникам старта, оставшимся в живых, самим сделать соответствующие выводы. Стране-таки нужен был ядерный щит.

И все-таки одного человека наказали. Этим человеком оказалась женщина. На расширенном техническом совещании специалистов по системе управления ракетой Р-16 выступила инженер Инна Дорошенко, которая доложила, что в связи с неотработанностью пиромембран при подготовке к пуску была введена новая технологическая операция по проверке их срабатывания на слух, что, по ее мнению, и стало причиной гибели людей. Начальство приняло решение уволить ответственную за разработку общих электрических схем Дорошенко, но не за некачественную работу, а за неправильное поведение. В этой ситуации всем надо было каяться, а не пытаться свалить с себя вину. Так по своей неопытности или амбициозности она оказалась в роли стрелочника.

О катастрофе на ракетном полигоне официальных сообщений не было. Родным, близким и всем свидетелям рекомендовали об истинных масштабах происшествия не рассказывать. Знакомым полагалось говорить о несчастном случае или авиационной катастрофе.

— Как в таком подавленном состоянии Янгель мог работать? Ведь уже спустя три месяца он представил на летно-конструкторские испытания доработанную ракету Р-16...

— Первое время Янгель не мог работать, но взял себя в руки. Надвигался Карибский кризис. Янгель гордился тем, что его ракеты средней дальности, предназначенные для Европы, оказались способны устрашить и американцев. Это стало понятно, когда основу боевого состава группы советских войск на Кубе образовала 43-я дивизия Ракетных войск стратегического назначения, в которую входили три полка, вооруженные янгелевскими Р-12, и два полка с Р-14. Если ракетная дивизия выпустит свои ракеты первой (а второго пуска быть уже не может), этот залп уничтожит по крайней мере 40 важнейших военно-стратегических пунктов на территории США. Общий ядерный потенциал всей дивизии — до 70 мегатонн. Операция «Анадырь» по отправке ракетно-ядерной экспедиции на Кубу проводилась в столь секретном режиме, что даже мы, постоянно общавшиеся друг с другом, не подозревали, к чему готовят ракеты, разработанные нашими друзьями в Днепропетровске. Теперь из архивов известно, что к двадцатым числам октября 1962 года по плану Пентагона стратегические силы США должны были полностью подготовиться к ядерной войне. Одновременно советское правительство обратилось с призывом к правительству Кеннеди прекратить разнузданную антикубинскую пропаганду и восстановить дипломатические отношения с Фиделем Кастро.

Историки Карибского кризиса сообщают, что к 20 октября на Кубе уже были полностью готовы к запуску 20 янгелевских ракет. При этом мне известно, что ядерные боеголовки к ракетам так и не пристыковали. Поэтому говорить о полной готовности все-таки нельзя.

Кстати, из-за Карибского кризиса едва не пострадала марсианская программа. Я в то время находился на полигоне в Тюратаме, где мы преспокойно готовили к пуску свою ракету в сторону Красной планеты для удовлетворения извечного вопроса «Есть ли жизнь на Марсе?». Этот «Марс» и оказался на стартовой площадке в часы кульминации ракетного кризиса. Помню, как ранним утром 27 октября после бессонной ночи я отправился отдохнуть. Проснувшись от непонятной тревоги, быстро пообедал и отправился к проходной, где, к своему удивлению, вместо одного дежурного солдата обнаружил целую группу автоматчиков, которые долго и въедливо рассматривали мой пропуск. На территории я увидел множество военных: при полном боевом снаряжении, с противогазами, они разбегались по периметру охраняемой зоны. Когда я зашел внутрь, в глаза сразу бросилось, что обычно зачехленная межконтинентальная баллистическая Р-7А расчехлена, вокруг нее суетятся солдаты и офицеры, а у нашей марсианской не видно ни души. Тут же меня окружили недоуменные испытатели, осыпали жалобами, что час назад все военные получили приказ прекратить работы с марсианским носителем. Тут в монтажном зале появился начальник 1-го управления полигона подполковник Кириллов. «Ночью меня вызвали в штаб к начальнику полигона, — сообщил он. — Там были собраны начальники управлений и командиры воинских частей. Нам сказали, что полигон должен быть приведен в боевую готовность по расписанию военного времени. В связи с кубинскими событиями возможны воздушные налеты, бомбардировка и даже высадка американского воздушного десанта. Я должен обеспечить немедленную подготовку дежурной боевой ракеты и пристыковать боевую головную часть, заправить и ждать особой команды на пуск». «Анатолий Семенович, — взмолился я, — а можно не спешить снимать мою ракету со старта?! Вдруг пуск по Вашингтону или Нью-Йорку отменят, зачем же срывать пуск по Марсу?» «Не ожидал, что вы такой наивный человек, — невесело усмехнулся Кириллов. — За невыполнение приказа меня сразу отдадут под трибунал, а дозвониться до Москвы, чтобы согласовать вашу просьбу, сейчас невозможно — все линии связи под особым контролем, и никаких разговоров, кроме приказов штаба Ракетных войск и докладов о нашей готовности, вести нельзя».

— Как известно, мировой войны не случилось. Когда вы об этом узнали?

— 27 октября брат президента США Роберт Кеннеди посетил посольство СССР и предложил демонтировать советские ракеты в обмен на заверения в том, что вторжение на Кубу не состоится. Уже темнело, когда на бетонке возле «маршальского» домика, где раньше находился Неделин, а теперь заседали Келдыш, Воскресенский и Ишлинский (там же в свое время отдыхали перед стартом Гагарин и другие первые космонавты), затормозил газик, из которого выскочил Кириллов и закричал: «Отбой!» Мы бросились ему навстречу, возбужденно поздравляли друг друга… Ракетный кризис закончился, пуски по Марсу продолжились. Пуск 1 ноября 1962 года вошел в историю мировой космонавтики под названием «Марс-1», хотя историки космонавтики никак не связывают его с попытками бога войны развязать в эти дни третью мировую.

В тот момент мало кто понимал, насколько был близок мир к катастрофе. Наверное, лучше других это сознавал Янгель, создававший ракеты вовсе не с целью уничтожения человечества. Хрущев и Кеннеди проявили выдержку и не поддались эмоциям. При этом оба лидера знали о многократном ядерном превосходстве США. Президента Америки остановила возможность попадания хотя бы одной боеголовки в Нью-Йорк.

— Почему именно после Карибского кризиса, поставившего мир на грань войны, началось то, что сейчас принято называть гонкой вооружений?

— Исследования показали, что при имевшемся к середине 60-х годов у обеих сторон количестве ядерных средств ракетные удары приведут к гибели всего живого в США, СССР и Европе. Было признано, что единственно разумной оборонной доктриной является гарантированный ответно-встречный удар возмездия. Следовательно, ракетные системы должны обладать такими характеристиками, чтобы не только выдержать массированный ядерный удар противника, но и иметь возможность оставшимися ракетными средствами нанести удар возмездия. Опыт по созданию Р-16, освоение их крупносерийного производства помогли коллективу Янгеля в короткие сроки разработать новую мощную ракету Р-36. В сентябре 1963 года пошли летно-конструкторские испытания этой ракеты с наземного старта. С нее началась эпоха второго поколения межконтинентальных баллистических ракет. В различных модификациях ей предстояло стать одним из самых грозных наших средств стратегического вооружения. Р-36 способна была нести либо «легкий» термоядерный заряд мощностью 18 мегатонн, либо «тяжелый» — 25. Ракета по всем показателям превосходила американский «Титан», однако американцы бросили новый вызов, заменив моноблочную головную часть разделяющимися головными блоками индивидуального наведения. Это изобретение техники управления и навигации привело к очередному витку гонки вооружений и созданию уже третьего поколения ракет.

Именно в это время в соревнование между ракетными школами Королева и Янгеля включилась третья сила — ОКБ-52 Минавиапрома, возглавляемое Владимиром Челомеем. Поначалу его не восприняли всерьез. Первые его проекты не шли дальше теоретических разработок. Военные, имея в виду наши первые успехи в деле освоения космоса, шутили: «Янгель работает на нас, Королев на ТАСС, а Челомей — в унитаз». Однако постепенно он превратился в серьезного идейного конкурента, на фоне которого соперничество с Королевым ушло на второй план.

В холодной войне с внешним противником и в «гражданской войне» со скептиками из Министерства обороны наши днепропетровские друзья отчаянными усилиями восстановили идейный, а затем и реальный паритет. В обновленном варианте янгелевская Р-36 была оснащена уже не одной, а сразу десятью боевыми частями, каждая мощностью 0,5 мегатонны при максимальной дальности до 11 000 километров. По существу это была уже не модификация старой, а новая мощная ракета, которую американцы боялись как огня и прозвали «Сатаной».

Детища КБ «Южное» имени М. К. Янгеля в сотрудничестве с заводом «Южмаш» — межконтинентальная ракета РС-16А с очень высокой степенью автоматизации управления, подвижные ракетные комплексы на базе шасси тяжелого танка и на железнодорожном ходу, два семейства носителей космических аппаратов серии «Космос», один из вариантов которого используется до сих пор. С середины 60-х годов здесь начали проектировать различные космические аппараты, в основном радиотехнического направления, контрольно-юстировочные комплексы и мишенные спутники. Спутники радиотехнической разведки обзорного и детального наблюдения «Целина» со временем трансформировались в целый космический комплекс радиотехнического наблюдения, принятый на вооружение в середине 70-х годов.

Еще в 60-е годы Янгель начинал работать над эскизным проектом сверхтяжелой ракеты Р-56, но, сочтя проект неперспективным, закрыл его. Вместо этого у него прошел летные испытания так называемый блок «Е» — двигательная установка лунного посадочного корабля, созданная по заказу КБ Королева.

— Королев и Янгель так и не помирились?

— Когда Янгель начал делать лунный аппарат, Сергей Павлович сказал мне: «А все-таки Михаил Кузьмич молодец! Не ожидал, что он добровольно откажется от своей Р-56 и согласится делать для нас блок «Е». Так давние конфликтные отношения между двумя титанами были забыты. Увы, обоим оставалось совсем недолго. Королев умер три года спустя, Янгель пережил его всего на пять лет…

Наталия Лескова

 

Пятый пунктик / Политика и экономика / В России

 

Графа «национальность» появилась в отечественном документообороте более ста лет тому назад. Впервые ее применил Ленин в анкетах членов партии большевиков еще до октября 1917 года. В паспорта эту графу ввел Сталин в 1932 году, а упразднил Борис Ельцин в 1997-м. И сейчас, в октябре 2011-го, призыв коммунистов возродить «пятый пункт» буквально взорвал доселе дремотную предвыборную ситуацию. Что за всем этим стоит?

Ленинский интернационализм

Графой «национальность» советские люди были обязаны товарищам из РСДРП. Еще на третьем съезде партии в 1905 году внесистемные оппозиционеры, заполняя анкеты, впервые столкнулись с вопросом «национальность». Любопытно, что в тогдашней Российской империи, которая, по определению большевиков, являлась «тюрьмой народов», национальность, то есть принадлежность индивида к определенной этнической группе, императорское правительство совершенно не волновала. И то правда: в тюрьме все равны. Православие, самодержавие, народность. И можно без нюансов. Тем более что государь-император Николай II православным-то был, а вот великороссом — увы. Дотошные историки подсчитали: русской крови в последнем российском самодержце было всего-навсего 1/128. Но все равно это был русский царь. Шотландец Барклай и грузин Багратион тоже были русскими полководцами, немец Фонвизин (потомок рыцарей) — русским писателем, еврей Левитан — русским художником. Что там говорить, в шутке «любого русского поскобли — найдешь татарина» — есть лишь доля шутки.

Когда до революции надо было сделать акцент именно на национальности, говорили «великоросс». Ленин в своей партийной анкете именно так и писал. Ну а то, что в числе его предков имелись и немцы, и евреи, вождя мирового пролетариата не смущало.

Даже в переписном листе первой российской переписи 1897 года в список вопросов лишь под одиннадцатым пунктом попали «вероисповедание» и под двенадцатым — «родной язык». Никакой тебе «национальности» не было и в паспортах царской России. В ней указывались фамилия владельца, его имя и отчество, семейное положение, дети, особые приметы и место жительства.

Большевики перенесли в партийные анкеты графу «национальность» из Европы, где она была в ходу с девятнадцатого века. Правда, там под «национальностью» подразумевали прежде всего принадлежность к определенному государству. Это сегодня, в эпоху «понаехавших тут» встал национальный вопрос. Не случайно, скажем, о Борисе Березовском или Романе Абрамовиче в западноевропейской прессе по традиции пишут — русские предприниматели, в том смысле, что они выходцы из России.

Кстати, именно коммунисты, которые вроде бы исповедуют интернационализм, изначально были крайне озабочены национальным вопросом. Почему Ленин считал оправданным введение графы «национальность» для партийных товарищей, видно из его творческого наследия. В частности, в дореволюционной работе «О национальной гордости великороссов» будущий вождь, подчеркивая «роль великорусского пролетариата как главного двигателя коммунистической революции», настаивал на «длительном воспитании рабочих в духе полнейшего национального равенства и братства», на «полном равноправии и праве самоопределения всех угнетенных великороссами наций».

Иными словами, графа «национальность» имела первостепенное значение именно для некоренных народов, «замордованных» царским режимом. Отсюда же, собственно, учреждение большевиками Народного комиссариата по делам национальностей в 1917 году.

Попытки возродить в СССР «великорусско-националистические» настроения Ленин решительно пресекал, утверждая, что «лучше пересолить в сторону уступчивости и мягкости к национальным меньшинствам, чем недосолить». Так, в 1922 году Владимир Ильич в одном из писем упрекал первого наркома по делам национальностей Иосифа Сталина в «грубости и несправедливости по отношению к нашим собственным инородцам». Материалы с ленинской критикой «националиста» Иосифа Виссарионовича были разрешены к публикации только в 1956 году.

И то верно: чушь несусветная получается. Русский Владимир Ульянов упрекает в великоросском национализме грузина Иосифа Джугашвили. И тем не менее спор этот был вполне предметным. Дорвавшись до власти, Сталин полностью переиначил изначальный смысл «пятого пункта».

Сталинский национализм

Формально лидер КПРФ Геннадий Зюганов, выступивший с инициативой вернуть в паспорта графу «национальность», стоит на ленинской позиции, утверждая, что «без дружбы народов, без уважения к их традициям и культуре невозможно успешно развиваться и уверенно смотреть в будущее». В реальности требование о реабилитации «пятого пункта» полностью соответствует именно сталинской национальной политике, суть которой — стравливать разные народы между собой.

В российской историографии существует довольно правдоподобная версия о том, зачем «отцу народов» понадобилось вводить графу «национальность» в паспорт. Ну, была бы одна «новая историческая общность — советский народ», и успокоились бы на этом. Все дело в том, что ленинский интернационализм окончательно выветрился из сталинской головы в начале 1930-х годов. С этого времени в политическую моду вошел национализм и строительство социалистической империи в одной отдельно взятой стране.

В 1932 году по постановлению «Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописки паспортов» в единственном документе, удостоверяющем личность строителя коммунизма, впервые появляется графа «национальность». Граждане СССР в возрасте от шестнадцати лет, постоянно проживающие в городах, рабочих поселках, работающие на транспорте, в совхозах и на новостройках, обязаны были иметь паспорта. Фактически страна поделилась надвое. В первой части жили «паспортизированные» граждане, во второй — колхозники и прочие «лишенцы». Зачем в паспорте появилась графа «национальность», большинству людей в то время было не совсем понятно. Но репрессивный смысл введения внутреннего паспорта был очевиден. В решении Политбюро ЦК ВКП(б) от 15 ноября 1932 года, например, ясно говорилось о «разгрузке городов от лишних элементов». Просто так вышло, что список «лишних элементов» по мере построения социализма в СССР все время расширялся. Сначала это были «бывшие» и кулаки, а потом дело дошло и до целых «неблагонадежных» народов. Тут графа «национальность» стала как никогда актуальной. В 1937 году на мартовском пленуме ЦК ВКП(б) Сталин неожиданно заговорил не о «пятом пункте», а о «пятой колонне». Шпионов, вредителей и диверсантов тогда насчитали довольно много. Сталинский план по борьбе с подозрительными народами с помощью «пятого пункта» начал действовать. Основанием для расстрела или отправки в лагерь в годы массовых репрессий могло быть не только неподходящее дореволюционное прошлое, участие в Гражданской войне на стороне белых, но и «подозрительная» национальность — немецкая, польская, финская и другие.

В 1938 году НКВД разослал секретный циркуляр во все отделы актов гражданского состояния — нынешние загсы. В документе, в частности, говорилось: «Если родители немцы, поляки и т. д., вне зависимости от их места рождения, давности проживания в СССР или перемены подданства нельзя записывать регистрирующегося русским, белорусом и т. д... графа о национальности не заполняется до предоставления заявителями документальных доказательств».

Гонения на инородцев с помощью «пятого пункта» продолжались и после войны. В 1948 году в СССР началась кампания по борьбе с космополитизмом, закончившаяся делом врачей-отравителей (в материалах следствия — «Дело о сионистском заговоре в МГБ»). «Безродными космополитами» оказывались, как правило, евреи, и с этого времени в стране появились негласные указания не допускать их на ответственные посты.

При этом ни в коем случае нельзя сказать, что Сталин был именно русским националистом и его национальная политика каким-то образом создавала преференции для наиболее многочисленного этноса страны. Хотя эта точка зрения сегодня весьма популярна у российских левых и националистов. Русские подвергались репрессиям в сталинские годы не меньше, чем представители всех других национальностей. И это несмотря на тосты вождя за «великий русский народ».

Зюгановский прагматизм

На этом сумрачном историческом фоне призыв КПРФ вернуть действовавший в советские времена принцип установления национальности ребенка по национальности его родителей и восстановить «пятый пункт» в паспорте смотрится довольно кондово. Понять, зачем Геннадию Зюганову со товарищи понадобилось вытаскивать на свет божий советское наследие, непросто. Ну не для того же, чтобы реализовать на практике пятый (!) пункт воззвания КПРФ, где сказано о принятии «чрезвычайных мер для ликвидации этнических банд»? Бьют у нас, если что, по-прежнему по морде, а не по паспорту. Возможно, графа «национальность» поможет реализовать другую задумку коммунистов, согласно которой будет «обеспечено право русских и других коренных народов России на получение природной ренты» (из предвыборного обращения КПРФ). А как стать «коренным», если в паспорте нет никакой записи? Проблема...

Если серьезно, то с правовой точки зрения желание восстановить «пятый пункт» — путь в никуда, пустой политический лозунг. С одной стороны, в Конституции указано, что «каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность», но в то же время Конституционный суд не так давно постановил, что «отсутствие в российских паспортах графы «национальность» не противоречит Конституции РФ». Кстати, в пылу борьбы за голоса русских националистов сами коммунисты, публикуя биографические сведения кандидатов в депутаты, почему-то забыли указать национальность будущих избранников. Нелогично как-то получилось...

Так что ни к ленинскому интернационализму, ни к сталинскому национализму задумка сегодняшних коммунистов отношения не имеет. Скажем, в «Единой России» их заподозрили в банальном предвыборном пиаре. Заместитель секретаря президиума генсовета «ЕР» Юрий Шувалов заявил, что предложения КПРФ вернуть графу «национальность» являются лишь попыткой коммунистов «изобразить из себя защитников большинства». Значительная доля истины в подобном диагнозе есть.

Сегодня борьба за возвращение «пятого пункта» в официальные документы, удостоверяющие личность, носит политический характер. Причем грешат этим не только коммунисты. Большинство участников нынешнего думского забега так или иначе разыгрывают националистическую карту.

Практический же смысл фиксации этнической принадлежности давно утрачен. Последней бумагой, где оставалась графа «национальность», был военный билет. Что неудивительно: армия — один из самых консервативных институтов. Генералы перестали делить солдат по национальному признаку последними. Уже несколько лет эта графа заполняется по желанию. По большому счету «пятый пункт» стал делом исключительно социологов и демографов.

Если же кому-то хочется документально засвидетельствовать тот факт, что русские составляют абсолютное большинство населения Российской Федерации, то далеко ходить не надо. Давно опубликованы данные переписи населения 2002 года (в 2010-м во время последней переписи вопросы о национальности не задавались). Так вот, на тот момент из более чем 145 миллионов россиян около 116 миллионов являлись русскими — это 80 процентов населения. Если же добавить к этому граждан, относивших себя к таким экзотическим национальностям, как, например, поморы или казаки, а также этнически очень близких украинцев и белорусов, то численность «титульной» нации приблизится к 85 процентам.

Такое доминирование, конечно, не означает, что права русских или каких-либо других народов вовсе и не надо защищать. Но вот делать это методами ленинско-сталинской национальной политики явно не стоит. Особенно с учетом того, до чего эта политика довела Советский Союз.

Денис Бабиченко

 

Кто там шагает?! / Политика и экономика / В России

 

С каждым годом 4 ноября все меньше походит на День народного единства. И проблема уже не только в том, что праздник приватизировали националисты. В этом году он впервые приобретает предвыборную окраску. Маршем вместе с крайне правыми маргиналами собралась пройтись по Москве часть несистемной оппозиции. А едва ли не вся оппозиция системная не прочь подхватить националистические лозунги.

И власть, справедливо полагая, что все прочие клапаны «несистемной» активности наглухо перекрыты, к этому вызову оказалась не готова.

Русские дошли

В этом году традиционно проходящий 4 ноября «Русский марш» обещает быть политизированным как никогда. Анонсировано участие известного блогера Алексея Навального и даже кое-кого из либерального крыла несистемной оппозиции. Коммунисты в свою очередь выступили с предвыборным обращением, центральным пунктом которого является требование восстановить «пятый пункт» — графу «национальность» в общегражданских паспортах (подробнее об этом на стр. 16). ЛДПР, как всегда, «за русских» и тоже налегает на националистическую риторику.

Короче говоря, национальный вопрос становится центральным в стартовавшей кампании по выборам в Государственную думу.

А между тем начиналось все вполне политкорректно. «Русский марш» органично вписывался в антураж нового праздника — Дня народного единства, установленного, если кто забыл, в честь победы русских над польскими интервентами в начале XVII века. Националистически настроенная часть политического сообщества тонко прочувствовала протянутый через века месседж: празднуем победу над Западом, «латинянством», «агрессивным блоком НАТО» и «оранжевой чумой».

Проникнутое таким духом мероприятие власть устраивало. Тогда это, правда, называлось «Правым маршем»: заявка на проведение оного впервые была подана в мэрию Москвы в октябре 2005 года Евразийским союзом молодежи — организацией, ставящей своей главной целью противодействие «тлетворному влиянию». Марш в полном соответствии со злобой дня заявлялся как «протест против планов подготовки «оранжевой революции» в России». Борцам с этой потенциальной угрозой разрешили пройтись по самому центру Москвы и провести митинг на Славянской площади. В общем, все шло как по маслу.

Но мутация была неизбежна. Сама по себе идейно-историческая основа праздника 4 ноября настолько противоречива, что должна была рано или поздно превратить его в площадку для внутриполитических разборок. Праздновать-то предлагалось победу одной из партий в ходе гражданского конфликта Смутного времени. Между тем в любом учебнике истории можно прочесть, что 400 лет назад случилась не победа над поляками, а одни русские победили других. Самодержавно-посконные одолели либерально-прозападных. Ну а если отмечаем победу в гражданской войне, то чего же вы, как говорится, хотели?

Очень скоро выяснилось, что патриотический протест невозможно удержать в жестких рамках. Инициаторы первого марша спешно отреклись от своего неудачного детища, но было поздно: дело прочно взяли в свои руки куда менее лояльные власти организации.

«Русский марш» 2006 года, например, проводило Движение против нелегальной иммиграции, признанное впоследствии экстремистским и ныне запрещенное. Соответственно кардинально изменилось и отношение властей. Правда, наглухо закрывать марши все-таки не стали, ограничившись вытеснением шествия на городские окраины. Вот и сейчас «Русский марш» разрешено провести, но только в Люблино, на окраине Москвы.

Левой, левой, левой...

Стремительная эволюция маршевого движения дошла до той точки, когда нет уверенности даже в относительной лояльности его организаторов. Они грозились наплевать на формальности и пройтись по центру столицы, причем в разы более многочисленными колоннами: вместо обычных 3—5 тысяч анонсировано участие 15—20 тысяч человек.

Но главное не в количестве. Драматически изменилось идейно-политическое качество центрального мероприятия Дня народного единства.

Мировой опыт свидетельствует: соединение национального с либеральным немедленно вызывает реакцию с выделением огромного количества политической энергии. Примеры — бархатные революции в Восточной Европе конца 1980-х годов и «цветные» в СНГ середины 2000-х. Да и нынешняя «арабская весна» из той же оперы.

Российская оппозиция — что легальная, что несистемная — явно решила взять на вооружение этот опыт. Для системной это увлечение временное, до выборов, потом не до этого будет. Однако несистемным, кроме этой ниши, в принципе деваться некуда: пути в систему перекрыты самой системой. Вот и маршируют. Это и какая-никакая трибуна, и гарантированный пиар в одном флаконе.

С Навальным сложнее: и трибуна есть, и пиара вдоволь. Но, видимо, надоело сидеть в виртуале, захотелось на воздух, в реальные, а не сетевые вожди. К «Русским маршам» можно предъявить множество претензий, признает блогер. Но это, доказывает он, совсем не повод ставить на них крест: «Единственный способ сделать «Русские марши» лучше — прийти самим на «Русский марш». Он уже дважды в них участвовал — в 2006 и 2008 годах. Первый раз, правда, как наблюдатель от «Яблока». Из которого его вскоре выгнали с формулировкой «за националистическую деятельность». После этого Навальный стал соучредителем движения «Народ» и открыто назвал себя «русским националистом».

С прочими же ситуация типичная. Национальным вопросом озаботился один из лидеров незарегистрированной Партии народной свободы Владимир Милов. Он не скрывает, что пиар в этом лагере покруче: «Это вам не потерявшие нюх и неопасные старые оппозиционеры, картинно перечеркивающие бюллетени. Это совсем другая история».

Действительно другая и крайне опасная. Но обласканная властью системная оппозиция проявляет полную готовность играть на этом поле. Много пищи для размышлений на тему о границах дозволенного дает, например, свежий номер газеты «ЛДПР». Характерный заголовок: «Площадь восстания — Манежка...»

Своими для Манежки ветераны из ЛДПР и КПРФ все равно не станут. Да им и ни к чему. Но на разогреве играют бодро. А уж от коммунистов и вовсе никто не ждал такой прыти. Требование вернуть в паспорта графу «национальность» — это цветочки. Вот избранные места из предвыборного обращения Геннадия Зюганова: «Русские постепенно становятся ущемленным меньшинством на своей родной земле... «Россия без русских!» — таков, обобщенно говоря, девиз многих нынешних правителей».

Вопрос, печется ли в самом деле кто-то о том, как решить непростую проблему с «понаехавшими», риторический. Выборы на носу. А на голом национализме в Думу сейчас можно въехать легко. В отсутствие прочих националистическая идея явочным порядком обретает статус общенациональной. Где выход из этого пике?

Закручивание гаек вряд ли поможет: настоящим экстремистам по большому счету только это и нужно. Скорее, напротив, нашу политическую кухню пора проветрить от накопившейся гари. И от крайних экстремистов. И от несовременных законов. Весьма показательно в этом смысле последнее «дело писателя»: под подозрение попал роман Бориса Акунина «Весь мир — театр». Некий читатель умудрился усмотреть там экстремистские пассажи, о чем не преминул уведомить Следственный комитет. Слава богу, разобрались: роман не пополнит стремительно расширяющийся список экстремистской литературы. Остается надеяться, что это хотя бы сигнал о смене тренда. Давно пора начать диалог с политическими оппонентами вместо того, чтобы продолжать жить по принципу: «Кто не с нами, тот против нас».

Андрей Смирнов

 

Правоверный / Политика и экономика / Профиль

 

После свержения Муамара Каддафи единственным легитимным лидером Ливии является правоверный мусульманин Мустафа Абдель Джалиль. Его должность звучит так: председатель Переходного национального совета Ливии. В свое время за его голову Каддафи обещал выложить почти полмиллиона долларов. Именно с этим человеком отныне придется иметь дело и Западу, и России, и исламскому миру. Кем он является на самом деле? Дальновидным прагматиком, пытающимся уравновесить традиционный уклад демократическими ценностями? Коллаборационистом, бросившим свою страну под пяту НАТО? Или тайным исламистом, по сравнению с которым Каддафи покажется кротким агнцем?

Восстание сенуситов

Про детство Мустафы Абделя Джалиля, фамилия которого в переводе с арабского означает «Раб Божий», известно мало. Родился наш герой в 1952 году в довольно крупном городе на востоке Ливии — Эль-Бейда в очень религиозной семье. Страна только год как получила независимость от Франции и Великобритании, объявив себя королевством. До военного переворота, в результате которого к власти придет полковник Муамар Каддафи, оставалось еще целых 17 лет…

Первая ливийская революция настигла Мустафу в старших классах школы. В стране тогда правил король Идрис I, внук Великого Сенусийя (Саида Мохаммеда ибн Али ас-Сенуси), основателя так называемого Ордена сенуситов. Эта религиозно-политическая секта ставила своей целью вернуть Северную Африку к «истинному исламу». В общем, эдакий аналог «Талибана» в Афганистане. Члены ордена, кстати, составляли ядро сопротивления итальянской оккупации Ливии, лидером которого был Омар Мухтар. Именно его изображения вкупе с монархическим флагом используют в качестве своих символов нынешние ливийские повстанцы.

Город Эль-Бейда, расположенный в восточной ливийской провинции Киренаика, был не только религиозным и политическим центром свергнутой Каддафи монархии, но и родовой территорией племени абайдат, к которому принадлежит и Мустафа Джалиль. Племена в ливийской политической жизни — фундамент государственности. Всего их в стране, по данным немецких экспертов, насчитывается около 130. Большая часть племен проживает на востоке (город Бенгази, оплот повстанцев, в их числе), контролируя территории основных нефтяных месторождений и нефтеперерабатывающие заводы. А вот на западе и юге страны около столицы Триполи живет всего три племени — собственно, каддафа, к которому принадлежал бывший властитель Ливии, варфалла и маргаха. В конце 60-х они почувствовали себя обделенными при разделе восточной нефти и, захватив власть, сосредоточили денежные потоки в своих руках. Сегодня представителей именно этих племен и принято называть сторонниками Каддафи.

«Западные племена всегда считались опорой Каддафи, а восточные были отлучены от власти, — считает профессор географического института при Университете Майнца, руководитель центра исследований арабского мира Гюнтер Майер. — Очевидно, что восток долгие годы был дискриминирован. Поскольку главные богатства нефтяного сектора были сосредоточены на востоке, а присваивание капиталов шло на западе, вектор гражданской войны проходил с востока на запад, от обездоленных племен к правящим. Известно, что род Каддафи также жил на западе и оказывался главным распорядителем национальных богатств».

При таком раскладе становится понятно, почему Мустафа Абдель Джалиль не мог быть сторонником Каддафи. Или все же мог?

Главный арбитр

После окончания школы Мустафа Джалиль поступает в 1970 году в Ливийский университет в Бенгази на факультет арабского языка и исламских исследований. Однокурсники говорят о нем как о прилежном студенте, который глубоко погружался в выбранные предметы. Есть версия, что характерную отметину на лбу он получил от постоянных молитв — натурально бился головой об пол. Что же касается «лишних» предметов, то на них наш герой времени предпочитал не тратить. Например, Мустафа так и не выучил английский язык, и сегодня на встречи с иностранными эмиссарами ходит с переводчиком.

После вуза его карьера идет по накатанной — без резких взлетов и падений. Наверное, такой и должна быть карьера юриста при режиме Каддафи. В 1975 году ему дают низшую должность помощника секретаря прокурора в родном городе Эль-Бейда. Однако уже через три года способности молодого юриста замечает начальство, и Мустафа становится судьей. На этой должности он работает целых 24 года, до 2002-го, когда получает пост президента апелляционного суда, а вскоре после этого возглавляет городской суд Эль-Бейды. Интересно, что в эти годы он несколько раз выступал в качестве умеренного правозащитника.

На всю страну Мустафа Абдель Джалиль впервые прогремел еще в 1990 году, когда заставил власти выплатить крупную денежную компенсацию бывшему заключенному Фараджу ас-Салеху, проведшему незаслуженно за решеткой 15 лет (Муамар Каддафи, надо сказать, имел обыкновение сажать в тюрьмы своих политических противников под надуманными предлогами). Позже, в 1996 году, Джалиль заступился за бунтовщиков, которые подняли мятеж в трипольской тюрьме Абу Салим, самой жестокой в Ливии. При всем при том оппозиционером нашего героя назвать никак нельзя. Просто Джалиль прагматично встал на сторону реформаторского крыла в правящей элите.

Чем старше становился Муамар Каддафи, тем активнее о необходимости реформ говорил его сын Сейф аль-Ислам, получивший западное образование и имеющий реноме либерала. Сейф убеждал отца в том, что пора улучшить имидж Ливии за рубежом, в частности вступался за политических заключенных. Для этого Каддафи-младшему нужен был свой человек в министерстве юстиции. Тут и пригодился главный судья Эль-Бейды. Во-первых, Мустафа давно заслужил лавры правозащитника. Во-вторых, его, говорят, продвигал кузен жены Муамара Каддафи, выходец из той же Эль-Бейды Джадалла Азуз ат-Тальхи. Опять-таки — дружеский жест соплеменника.

Судя по дипломатическим депешам первого и единственного посла США в Джамахирии Джина Кретца, которые растиражировал WikiLeaks, став министром юстиции, Мустафа Джалиль попал под «крышу» Сейфа аль-Ислама. Будущий революционер отвечал за придание режиму Каддафи «человеческого лица». Прежде чем принять назначение, Джалиль посоветовался со старейшинами своего клана и отказался от положенных ему виллы, служебного автомобиля и колесил по Ливии на личном авто. По рассказам его друзей, дом Мустафы в Эль-Бейде всегда был открыт для просителей.

Популистские очки Джалилю удавалось зарабатывать и на международной арене. Он разрулил скандальную ситуацию с делом болгарских медсестер, которые с 1998 года сидели в ливийской тюрьме якобы за заражение местных детей СПИДом. Верховный суд Ливии несколько раз выносил им смертный приговор, но в конце концов ведомство Джалиля заменило его на пожизненное заключение, а потом и вовсе передало медсестер Болгарии.

Так на чьей же стороне все эти годы играл человек, переигравший самого полковника Каддафи? Выполнял ли он поручения старейшин своего клана, сына Каддафи или самого вождя? Например, как утверждает болгарский журналист Георгий Мирков, пристально следившей за историей с медсестрами, когда адвокаты потерпевших пытались обжаловать смертный приговор, им дважды отказывал в этом не кто иной, как Мустафа Джалиль.

«Представим себе ситуацию, что Сталина вдруг свергают, а во главе демократического движения в СССР встает Берия, — рассуждает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский. — В чем разница? Те, кто работал с Каддафи, ничем от него не отличались».

То же можно сказать и про Абделя Фатаха Юниса аль-Обейди, который возглавлял при Каддафи министерство нацбезопасности (отвечал за выбивание признаний), считался давним и близким другом полковника, а потом внезапно переквалифицировался в командующего войсками повстанцев. Правда, его недавно убили, причем не сторонники Каддафи, а неназванные представители оппозиции.

Поэтому не исключено, что истории о Мустафе Джалиле правозащитнике придуманы повстанцами для того, чтобы пустить пыль в глаза Западу. Скорее всего, он был лишь исполнителем. Пока его не взял под свою опеку Сейф аль-Ислам, позволить себе открыто выступать против Каддафи Мустафа Джалиль не мог. Считается, что две его попытки уйти в отставку (в 2007 и 2010 годах), тоже были частью политических подковерных игр в верхних эшелонах власти Ливии. Апрельские тезисы

В феврале 2011 года Муамар Каддафи посылает министра юстиции Мустафу Джалиля в Бенгази, чтобы успокоить повстанцев. Однако тот неожиданно переходит на сторону революции — предпочитает не возвращаться в Триполи и организует на месте Переходный национальный совет (ПНС). Естественно, расходятся его пути и с Сейфом аль-Исламом. В условиях накалившейся обстановки каждый из ливийских реформаторов пошел защищать собственный клан.

Когда в соседних Тунисе и Египте революции завершились успехом, восточные ливийские племена решили воспользоваться ситуацией и объединиться против Каддафи. Одновременно иностранные послы давали недвусмысленные сигналы, что Запад в случае чего будет оказывать манифестантам поддержку. Во-первых, появился удобный момент избавиться от полутеррористического режима в Ливии (яркий пример деяний Каддафи — взрыв пассажирского «Боинга» над шотландским городом Локерби). Во-вторых, необходимо было защитить многочисленные месторождения нефти, которые разрабатывали французские и итальянские компании.

Если бы у Мустафы Джалиля не было точных сведений о вмешательстве во внутриливийский конфликт НАТО, выступать против Каддафи, на стороне которого была армия, набранная из представителей лояльных полковнику племен, он вряд ли бы стал. Прикрывшись же западным военно-воздушным щитом, бывший министр юстиции мог попытаться создать коалицию из разношерстной публики, оказавшейся в рядах повстанцев. Иными словами, Мустафе Джалилю предстояло навести мосты между идейными либералами и упертыми исламистами.

«В личном общении это очень сдержанный, корректный человек, который сначала думает, потом говорит, — рассказывает спецпредставитель президента РФ по сотрудничеству со странами Африки Михаил Маргелов. — Но когда он говорит, постоянно подчеркивает свою приверженность именно исламу как в политике, так и в повседневной жизни, и в юриспруденции. Производит чрезвычайно серьезное впечатление, в первую очередь тем, что в отличие от других членов ПНС, с которыми мне доводилось видеться летом этого года в Бенгази, он абсолютно лишен какой бы то ни было революционной фразеологии».

Осторожность Мустафа Джалиль проявляет не зря. По словам ведущего научного сотрудника Института востоковедения РАН и бывшего посла РФ в Ливии Алексея Подцероба, в стране сейчас большим влиянием пользуется Ливийское исламское движение (ЛИД). Так стала называть себя Ливийская исламская боевая группа, внесенная ООН в список связанных с «Аль-Каидой» террористических группировок. Руководитель ЛИД Абд аль-Хаким биль-Хадж воевал в Афганистане. «Он уже потребовал для своей организации половину мест в будущем правительстве, что не может не беспокоить председателя ПНС Мустафу Абделя Джалиля», — говорит Алексей Подцероб.

Кстати, именно Джалиль в 2010 году отпустил из тюрьмы одного из лидеров этой группировки Абдельхакима Бельхаджа, который потом стал воевать на стороне повстанцев. Дальше — больше. Пока в НАТО обсуждают, когда сворачивать военную операцию в Ливии, Мустафа Джалиль под давлением исламистов, которые публично обвиняют его в чрезмерной умеренности и прозападности, молчаливо соглашается с действующими в стране законами шариата.

Как долго такое раздвоение будет продолжаться, неизвестно. С одной стороны, Ливия, будучи втянутой в полноценную гражданскую войну, в отличие от Египта и Туниса имеет все шансы скатиться к «исламской революции» иранского толка. С другой — НАТО не для того тратит миллиарды евро на военную операцию, чтобы впоследствии не поучаствовать в организации власти в Ливии. И наконец, умеренный исламизм, который представляет Мустафа Абдель Джалиль, — это общая тенденция в постреволюционных арабских странах: и в Тунисе, откуда есть пошла «арабская весна», и в Египте. Возможно, и Мустафе Джалилю удастся превратить Ливию в некий аналог Турции, где исламистская партия который год стоит у руля вполне себе светской страны. В этом заслуженному юристу могут помочь две силы — западная коалиция и большая нефть. Но опасность превращения Джамахирии во второй Афган еще сильнее. Для этого есть все: и «Аль-Каида», и гордые бедуинские кланы, и разрушенная экономика. Куда качнется политический маятник, в ту сторону и склонит голову правоверный мусульманин Мустафа Абдель Джалиль. Ибо таково его кредо — поддерживать сильнейшего.

Артем Никитин

 

ЖКХ Ее Величества / Политика и экономика / Что почем

 

2,2 млн фунтов (или 3,5 млн долларов)  — таковы счета британского королевского двора за газ и электроэнергию в 2010—2011 годах. Это 6,9 процента от всех средств, которые государство выделяет на финансирование монархии. Сумма внушительная. Если так пойдет и дальше, то Елизавете II грозит так называемая топливная бедность. Этот термин в Соединенном Королевстве обозначает ситуацию, когда на отопление жилья хозяин тратит более 10 процентов своего годового дохода. От «топливной бедности» сейчас страдают 4 миллиона британских домовладельцев. К 2016 году правительство обещало справиться с этой проблемой, а пока экономить свет приходится даже королеве.

По данным британских СМИ, расходы на обогрев четырех дворцов и одного «насквозь продуваемого замка» Ее Величества занимают все большую долю от ее доходов. Это связано с тем, что правительство попросту «заморозило» рост бюджетных расходов на нужды монархов как минимум до 2013 года. При этом тарифы на электроэнергию и отопление продолжают расти. В этом финансовом году королевский двор должен будет потратить на тепло на 1,3% больше, чем в прошлом. Ее Величество очень не хочет дойти до «топливной бедности», поэтому уже приняла меры. Например, в Букингемском дворце появились таблички с напоминанием о строгой экономии электричества. Более того, королева лично инспектирует коридоры и выключает «лишний» свет.

Пока в Великобритании монархи считают каждую копейку, в России свет не экономят даже в самых отдаленных деревнях. Хоть мы и жалуемся постоянно на рост тарифов ЖКХ, но тратить электричество привыкли с поистине королевской роскошью. По данным Росстата, средняя зарплата во втором квартале 2011 года составила 23 154 рубля. При этом в крупных городах квартплата за однокомнатную квартиру составляет порядка 2000 рублей в месяц. Из них на газ и электроэнергию уходит примерно треть. Получается, среднестатистический россиянин тратит на квартплату 8,6 процента своего бюджета, а за тепло платит всего 2,8 процента. Английской королеве, чтобы достичь такого показателя, придется включать свет в Букингемском дворце только по праздникам.

Нина Важдаева

 

Нанодостижения / Политика и экономика / Что почем

 

20 млрд рублей — на такую сумму ОАО «РОСНАНО» собирается произвести высокотехнологичной продукции по итогам этого года. Силами своих предприятий компания хочет к 2015 году довести этот объем до 300 миллиардов. Такие цифры озвучил вице-премьер Сергей Иванов на четвертом форуме Rusnanotech 2011.

Казалось бы, неплохие цифры удастся получить в ближайшие три года компании, призванной развивать высокие технологии. Однако радоваться пока особенно нечему: и без того слабая струйка госинвестиций в наноисследования в ближайшие годы может практически иссякнуть. Достаточно взглянуть на бюджет следующего года. Согласно документу финансирование наноиндустрии пойдет по двум линиям: ассигнования в Фонд инфраструктурных и образовательных программ и внесение капитала в «РОСНАНО». Первый в следующем году получит субсидий на 10,6 миллиарда рублей, а уставный капитал «РОСНАНО» увеличат еще на 22,2 миллиарда рублей.

Даже с учетом докапитализации компании (отнюдь не все эти деньги идут именно на развитие нанотехнологий) получается скромный миллиард долларов. К тому же финансирование Фонда инфраструктурных и образовательных программ в перспективе снизится в разы: до 2,9 миллиарда рублей в 2013-м и 2,3 миллиарда в 2014-м.

Конечно, электроавтобусы и «Эллады» (электромобили марки «Лада Калина»), о которых говорил на форуме глава «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, — это хорошо, но, во-первых, при чем здесь нанотехнологии? А во-вторых, выглядят эти достижения неубедительно на фоне снижения затрат государства на исследования и слабого спроса со стороны нашей экономики на новые продукты. Например, инновационный российский аппарат по профилактике тромбов, по словам Чубайса, заинтересовал Европу и США. Россию глава «РОСНАНО» при этом не упомянул.

Константин Полтев

 

Кому на Руси жить / Политика и экономика / Что почем

 

800 лет — приблизительно столько, судя по исследованию экспертов ООН, осталось до вымирания населения России. Согласно выкладкам демографов Россия стоит на четвертом месте в десятке стран, которые вымрут раньше всех. В этом списке также присутствуют китайские Макао и Гонконг, Босния и Герцеговина. Для составления своего апокалипсического сценария эксперты использовали так называемый коэффициент воспроизводства населения. То есть учитывается среднее число девочек, рожденных за всю жизнь среднестатистической женщиной в той или иной стране, которые дожили до конца репродуктивного возраста. При этом учитывается уровень рождаемости и смертности. Если в результате расчетов итоговое значение составляет больше единицы, то число девочек увеличивается год от года, и вымирание населения этой стране не грозит. Таких примеров насчитали порядка 120. Среди них Ирландия, Израиль, Новая Зеландия. Не исчезнут и государства Африки, Ближнего Востока, Средней Азии и Закавказья. А вот Америка вымрет к стотысячным годам.

Всего же стран, которые рано или поздно вымрут, насчитали около 70. Что касается России, то было установлено, что последняя девочка родится на ее территории через 30 поколений. Средний детородный возраст в нашей стране составляет 26,81 года, значит, произойдет это через 804 года, а учитывая среднюю продолжительность жизни российских женщин — это 74,03 года, — последняя из них вместе с надеждами на продолжение рода умрет в 2888 году. Украина вымрет через 400 лет после России — в 3288 году. Конечно, все это произойдет, если люди продолжат жить по-старому: плодиться естественным образом, не прибегая к биотехнологиям, и жить недолго, игнорируя достижения науки. Что вряд ли: ученые утверждают, что скоро мы сможем жить по 120—130 лет. Хранить яйцеклетки в морозилках и добывать детей из пробирок, планируя их пол. А это значит, что репродуктивный возраст станет неограниченным, детьми можно будет обзаводиться лет до 90 — чтобы к 130 успеть поставить их на ноги. Мы явно протянем больше 800 лет...

Дмитрий Серков

 

Чистая математика / Политика и экономика / Что почем

 

43,5 процента  — столько наберет на выборах 2012 года президент США Барак Обама, что недостаточно для победы. Однако это вовсе не данные соцопроса, а прогноз, составленный профессором Йельского университета Реем Фейром. Формула, которую рассчитал ученый, используется с конца 1960-х годов и практически никогда не подводила — расхождения составляют всего несколько процентов. Переменные в ней — это набор макроэкономических показателей. В Интернет выложена программа, которая автоматически все считает. Надо только ввести данные о прогнозных темпах роста ВВП за первые три квартала 2012 года (в годовом исчислении), значения дефлятора ВВП за первые 15 кварталов правления Обамы, а также число кварталов, когда рост ВВП превышал 3,2 процента. Интересно, а каковы были бы шансы Барака Обамы, если бы ему достались российские экономические показатели?

Прогноз по ВВП в 2012 году возьмем официальный — 4 процента. Средний рост дефлятора ВВП за первые 12 месяцев Владимира Путина во главе правительства — 10 процентов. И наконец, успешных кварталов было 6 штук. Программа выдает... 50,48 процента. Для американского президента это успех. А вот набери столько Владимир Путин в 2012 году, это бы расценили как недостаточный результат.

«Последние 10 лет поддержка Путина была основана исключительно на экономических успехах России, — говорит директор Левада-Центра Лев Гудков. — С начала кризиса мы наблюдаем устойчивую тенденцию снижения рейтинга — с 88 процентов на пике в августе 2008 года, до 66 процентов в октябре 2011 года. Дальнейшее падение сдерживают только обещания поднять зарплаты до тысячи долларов и прочее».

Кстати, в 2000 году, когда выборы нареканий ни у кого не вызывали, Владимир Путин набрал 52,94 процента голосов. Цифра, по всей видимости, близкая к реальности.

Артем Никитин

 

Налетай, подорожало! / Политика и экономика / Что почем

 

350 тыс. рублей, которые до недавних пор просили за место в «Народном гараже», еще могут показаться хорошей ценой. Столичные власти решились на пересмотр проекта, что неизбежно коснется и стоимости машино-места, заявил новый глава ГУП «Дирекции строительства и эксплуатации объектов гаражного назначения» Игорь Кузнецов. Арифметика такова: в центре города места на паркингах раскупили моментально, но они оказались убыточными — себестоимость одного машино-места в ЦАО достигает 700 тысяч рублей из-за затрат на перекладку старых коммуникаций. Убыток рассчитывали покрыть за счет «Народных гаражей» на окраинах, где их себестоимость ниже 350 тысяч, да вот беда: для периферии ценник оказался высоковат. В итоге, по словам Кузнецова, более половины мест в уже построенных «Народных гаражах» до сих пор не продано. «Это в центре машино-мест катастрофически не хватает, и люди готовы платить очень высокую цену. На окраинах предпочитают оставлять машину поближе к подъезду», — говорит руководитель отдела жилой недвижимости Delta estate Олеся Мандзяк. С убытками при этом надо что-то делать, а значит, теперь руководителям программы предстоит продать места дороже 350 тысяч. Смогут ли? Сейчас владелец автомобиля в спальном районе стоит перед выбором — вступить в «Народный гараж» или арендовать место на охраняемой парковке, за которое просят 3—5 тысяч рублей в месяц. Выбрав последнее, на те же 350 тысяч он сможет не волноваться за свою машину в течение семи лет. Точнее, даже больше: покупка машино-места не освобождает от ежемесячной абонентской платы, которая составляет 700 рублей. Есть и третий выход: хранить машину под окном, ежегодно покупая полис каско. За новую иномарку самого популярного в столице класса C страховщики просят около 40 тысяч рублей — получается, 350 тысяч ее владельцу хватит минимум на девять лет спокойной жизни. На что же надеются столичные чиновники? Видимо, на то, чтобы силой загнать людей в гаражи. А это возможно, только если запретить парковку во дворах.

Сергей Иванов

 

Есть такая партия? / Политика и экономика / Те, которые...

 

ЦИК зарегистрировал федеральный список партии «Правое дело» на выборах в Госдуму. Первым номером, естественно, идет новый партлидер Андрей Дунаев. На фоне предвыборной суматохи событие, возможно, не такое уж и значительное. Но это та самая капля, в которой отражается весь процесс.

«Правое дело» оказалась единственной из непарламентских партий, к которой у Центризбиркома не было претензий», — рапортует партийный сайт. Поставлены и другие рекорды. «Праводельцы» опередили своих непарламентских коллег по срокам регистрации и абсолютно все партии — по размеру избирательного фонда. Даже «Единая Россия» на сегодняшний день не столь богата.

Имеется, правда, и один антирекорд. «Правое дело» делит с «Патриотами России» последнее место по популярности. Согласно данным ВЦИОМ на 22 октября* за правых готовы проголосовать 0,44 процента респондентов. Если исходить из того, что в выборах примут участие столько же граждан, что и четыре года назад (69 миллионов 609 тысяч), потенциальный электорат партии составляет около 300 тысяч избирателей. Зато это, пожалуй, самый преданный электорат. Ведь как иначе правым удалось так легко, непринужденно и очень быстро собрать 160 тысяч подписей своих сторонников?

Главное теперь для «ПД» — не снизить взятую планку. Если, неровен час, выяснится, что проголосовало за партию меньше, чем подписалось, ситуация будет выглядеть несколько странно. Хотя правым к подобным странностям не привыкать. Например, на прошлых президентских выборах Андрей Богданов (второй номер списка «ПД») набрал 968 тысяч 344 голоса, в то время как для регистрации было представлено более двух миллионов подписей.

У некоторых оппозиционных партий и кандидатов ситуация ровно противоположная: сторонников полный Интернет, а с регистрацией дела почему-то не ладятся. Правда, что касается сторонников — это утверждения самих «неудачников», проверить которые по понятным причинам невозможно. Но что-то подсказывает, что доля «несистемного» электората не становится меньше от того, что его представителям отказывают в проникновении на легальное политическое поле.

Сможет ли заменить их «оппозиция» в исполнении Дунаева и Богданова? Вопрос риторический. Политическая сцена сильно смахивает на прилавок продмага застойных времен. Мало того что ассортимент скуден, так еще и вместо натурального кофе — продукт из ячменя и цикория... Намеки и совпадения следует, разумеется, считать случайными.

*Всероссийский опрос 1600 человек в 153 населенных пунктах в 46 субъектах РФ. Вопрос: «За какую из следующих партий Вы бы, скорее всего, проголосовали на выборах в Государственную думу, если бы они состоялись в ближайшее воскресенье?» (закрытый вопрос, 1 вариант ответа). Статистическая погрешность не выше 3,4%.

Андрей Владимиров

 

Защита Лужкова / Политика и экономика / Те, которые...

 

Юрий Михайлович Лужков опять разбушевался. Хулит высокопоставленных чиновников. Да что там: самому президенту адресует нелицеприятные характеристики. С чего бы вдруг? Окончательно решил переквалифицироваться из пенсионера федерального значения в политика аналогичного масштаба? Причем радикально оппозиционного? И это после года практически гробового молчания и праведного труда на своей вузовской кафедре и подмосковной пасеке? Вариантов ответа несколько. Точнее, все они скорее всего верны и лишь дополняют друг друга.

Первая причина — на поверхности: неуемный характер экс-мэра, которому и в масштабах Москвы-то всегда было тесно. Отчего он постоянно искал себе дополнительные занятия по душе: то рулил погодой над столичным регионом, то отвоевывал Крым, то планировал поворот сибирских рек... А тут вдруг оказался не у дел — ни тебе стройкомплекса, ни Москва-Сити, ни геополитики с ее размахом. В общем, заскучал Юрий Михайлович без настоящего дела.

Есть, правда, и сугубо прагматические соображения. Пока что по делу о многомиллиардных хищениях в Банке Москвы Юрий Лужков проходит свидетелем. Но, как прозрачно намекнули из Кремля, по ходу расследования его статус может и измениться. Причем не в лучшую для свидетеля сторону. Теперь еще и его, и супругу Интерполом припугивают — на случай, если не явятся на допрос.

А тут еще и остатки семейного бизнеса в столице защитить надо: речь идет об элитном участке в пойме реки Сетунь, который принадлежит супруге бывшего мэра. Не так давно эти земли вернули в категорию сельхозугодий, отчего они сильно потеряли в цене. Это в прежние времена, когда удельный политический вес градоначальника зашкаливал, никто бы не осмелился обвинить его в покровительстве своей супруге. Но времена изменились, друзья-товарищи как по команде отвернулись от опального экс-мэра, никакого админресурса практически не осталось. Вот и пришлось пуститься во все политические тяжкие. Потому как лучшая защита — это нападение. Вроде бы он и подтвердил готовность вернуться в столицу и ответить на вопросы следствия, но при этом предусмотрительно оговорился, что преследуют его исключительно по политическим мотивам. Это — чтобы Западу было понятнее, потому что тут экс-мэру рассчитывать уже точно не на кого. И ситуация почти как в известной сказке: уехать нельзя остаться. Судя по накаляющимся день ото дня страстям, кто и где здесь поставит запятую, выяснится скоро.

Олег Андреев

 

Далее по списку / Политика и экономика / Те, которые...

 

Лозунг «Догнать и перегнать Америку!» и сегодня вдохновляет отечественный МИД. Министр Сергей Лавров, объявляя о том, что Москва составила свой реестр невъездных в Россию американцев, не удержался от гордой ремарки: наш-то пошире будет пресловутого «списка Магнитского»! Собственно, и само по себе появление отечественного антисписка (по слухам, в него попали функционеры, участвующие в делах против «контрабандистов» Виктора Бута и Константина Ярошенко) можно объяснить не иначе как тягой к состязательности. Во всяком случае в рамки здравого смысла такое с трудом укладывается. Ну не мог же кто-то всерьез посчитать, что американцев это хоть как-то огорчит! Их чиновники к нам, мягко говоря, не рвутся, банковских счетов здесь не держат, да и вообще сильно нами не интересуются.

Конечно, Москве было неприятно получить сомнительный привет от партнеров по «перезагрузке». Но стоило ли платить за чужую бестактность той же монетой? Тем более так карикатурно. Теперь и в Москве, и в Вашингтоне говорят, что списки будут пополняться. Основанием для включения в российский будут «преступления в гуманитарной сфере», в американский — «нарушения прав человека». Хрен редьки не слаще. И под обе формулировки можно подогнать любого, включая обоих президентов...

Итак, ссора? Вряд ли. Просто выборы на носу — и у них, и у нас. И вспомнят ли потом о черных списках в Госдепе и в МИДе, большой вопрос.

Елена Петрова

 

Тюремный роман / Политика и экономика / Те, которые...

 

Даже дети знают, что теперь правильный ответ на загадку «Сидит девица в темнице, а коса на улице» — это не морковка, а лидер украинской оппозиции Юлия Тимошенко, которую не удалось полностью изолировать даже в СИЗО. Скорее наоборот. После того как экс-премьер Украины за пренебрежительное отношение к суду была взята под стражу прямо в зале заседаний, внимание к ее персоне усилилось многократно. Причем слова поддержки в адрес Тимошенко звучат уже и с Запада, и с восточной стороны. В частности, МИД РФ дал понять, что в Москве не находят криминала в газовых соглашениях от 2009 года, за подписание которых судят Юлию Владимировну, а установившуюся цену на природное топливо считают справедливой.

Нынешнее руководство Украины придерживается другой точки зрения, и если суду удастся доказать, что Тимошенко превысила должностные полномочия и, как утверждает следствие, фальсифицировала документы, может даже появиться формальное основание для пересмотра действующих российско-украинских соглашений. Впрочем, это только верхушка айсберга, на самом деле процесс над бывшей газовой принцессой — явление многосложное. Если Юлию Тимошенко, которую обвиняют еще и в нецелевом использовании денег, полученных Украиной в рамках Киотского протокола (были потрачены не на улучшение экологии, а на затыкание дыры в пенсионном фонде), удастся надолго упрятать за решетку, на ближайшую перспективу политическая ситуация на Украине принципиально изменится. По совокупности предъявленных обвинений экс-премьеру грозит тюремное заключение сроком до десяти лет, а это значит, что она уже не сможет составить конкуренцию Виктору Януковичу на очередных президентских выборах. И дорога на второй срок ему будет открыта.

Впрочем, съесть-то он съест, да кто ж ему даст. Нет сомнений, что Юлия Владимировна сыграла на опережение и намеренно спровоцировала свой арест, чтобы выглядеть мученицей. Посадить ее на десяток лет после заступничества ОБСЕ и властей ЕС украинскому руководству с его «европейским выбором» будет ой как трудно. Тимошенко продумала, кажется, все. И заранее записанное видеообращение, и наглядная агитация, и хорошо организованная группа поддержки — все это домашние заготовки, предназначенные для того, чтобы поднять волну в стране и за рубежом. Главное теперь не переиграть и вовремя пригасить этот девятый вал, чтобы не случилось так, что у Виктора Януковича просто не останется вариантов почетного для себя и безболезненного для Юлии Тимошенко завершения этого тюремного романа.

Олег Одноколенко

 

На суровую нитку / Политика и экономика / В России

 

В марте 2012 года страна выберет себе президента, а 4 декабря 2011-го — премьер-министра. Именно количество голосов, набранных «Единой Россией», предопределит политический вес будущего кабинета министров и его главы Дмитрия Медведева. Партия власти была и остается премьерской, а президент будет над схваткой. В этом, собственно, и состоит идеология новой конструкции — властной горизонтали, которая уже начинает вырисовываться в контексте программных выступлений участников тандема, звучавших всю прошлую неделю.

Ключевой компонент этой самой горизонтали— «большое правительство». Американская по происхождению новация на российской почве обретет свои национальные черты. Ее предназначение — стать репрезентативным (в идеале) слепком общества, с которым партия и правительство смогут разделить ответственность за то, чтобы в стране было вдоволь хлеба и не случалось бы неприятных общественно-политических зрелищ.

Всерьез и надолго

Риск велик: результат партии власти на выборах должен быть максимально высоким. Ведь как следует из последних выступлений президента и премьера, нынешняя властная конструкция рассчитана не на шесть лет, а на более длительный срок. Критики этого плана намекают на то, что в случае его реализации застой в России неминуем. Однако, по словам Дмитрия Медведева, страну ждет не застой, а «поэтапная реализация программы преобразований российской политической системы».

Засада, правда, в том, что за политические преобразования берутся власть имущие, не намеренные эту власть отдавать. И велик риск получить тот же эффект, что и в известном анекдоте: «Что бы мы ни делали, получается автомат Калашникова». В нашем случае — уже привычная «ручная» модель управления. Единственный шанс разорвать этот круг (по разным поводам об этом говорили и участники тандема) — провести такие преобразования, которые сделали бы возможной мирную, эволюционную ротацию властных элит. Без экономических потрясений и социальных взрывов.

Только вот какие именно? Это пока вопрос открытый. Поэтому в обозримом будущем тандем и намерен сам оставаться у руля, управляя страной «вручную».

Ту же мысль, по сути, высказал неделю назад и Владимир Путин, отвечая руководителям трех ведущих телеканалов на вопрос о мотивах своего возвращения в Кремль: «Достаточно сделать два-три неверных шага, и все, что было раньше, может накрыть нас так быстро, что мы даже оглянуться не успеем. У нас все сделано на живую нитку и в политике, и в экономике». Ту же мысль высказывал и Дмитрий Медведев: «Политические реформы не должны приводить к хаосу и параличу демократических институтов».

То есть главный смысл удержания власти — недопущение хаоса, в который тут же погрузится страна, стоит нынешней управленческой команде отойти от рычагов власти. В этом, во всяком случае, убеждены сами участники тандема. И, надо признать, сермяжная правда в этом тезисе присутствует.

Незаменимые есть

Даже та часть активных граждан, которая на дух не переносит нынешнюю власть, вряд ли, положа руку на сердце, мечтает о том, чтобы в Кремле и Белом доме уселись их оппозиционно настроенные кумиры — что «системные», что «несистемные». У одних вообще не было опыта государственного управления, у других был, но или очень давно, или такой, что лучше не вспоминать. Что если такой народный трибун придет к власти и примется навязывать свои представления о «прекрасном»? Страшно? То-то и оно...

Демократия, рассуждают обыватели, дело хорошее, но желательно, чтобы и государственная казна, и мой собственный холодильник были полны, чтобы платились вовремя зарплаты и пенсии, а за рубли давали доллары, а не по морде. Словом, незаменимые у нас есть, и вы их знаете.

Сермяжная правда, впрочем, и в том, что такое положение дел — не столько причина, сколько следствие политики этих самих «незаменимых». Ситуация отнюдь не уникальна: достаточно взглянуть на большинство лидеров СНГ. Разве есть сегодня альтернатива Александру Лукашенко или Нурсултану Назарбаеву? Короче говоря, «проблема-2012» оказалась куда серьезнее «проблемы-2008». Что уж говорить о проблемах 2018-го и 2024 годов! Нитка, скрепляющая государство, с каждым разом становится все более живой. И значительно более суровой.

Одно из неизбежных следствий этой проблемы — заклинивание тех привычных клапанов, через которые власть стравливает пар общественного недовольства. Как результат — пар скапливается под тяжелой крышкой, а дальше — неконтролируемый социальный взрыв. Но это, будем надеяться, не наш путь.

А каков тогда наш? Как следует из программных установок тандема — речь идет создании альтернативных средств трансляции общественных настроений прямиком на олимп власти. Как вариант — праймериз в рядах «Единой России» или все то же «большое правительство». Практическая миссия последнего института вполне понятна: разделение ответственности между партией власти и элитой гражданского общества.

Достучаться до небес

Первой ласточкой, призванной обеспечить обратную связь между властью и обществом, стал созванный 10 лет назад и благополучно забытый Гражданский форум.

Пять лет спустя появился куда более успешный проект — Общественная палата. Решение о ее создании тоже, кстати, принималось в не самое простое для власти время — сразу после трагедии в Беслане, подтолкнувшей Кремль к отмене губернаторских выборов и выстраиванию жесткой вертикали власти.

В нынешнем году возникли сразу две новые площадки: путинский Народный фронт и — новость минувшей недели — медведевский общественный комитет по формированию «большого правительства». В том, что идеи эти правильные, спору нет. Но способны ли новые институты если не изменить в корне, то хотя бы существенно обогатить реальную публичную политику?

Лучше всего эту проблему сформулировал Дмитрий Медведев, выступая перед своими сторонниками: «В принципе, шансы достучаться до любого уровня власти есть у всех. Вопрос как раз совсем в другом — в том, что люди пишут и сельскому старосте, и президенту, председателю правительства, а эффективность этих обращений ничтожна».

Возможно, что «большому правительству» удастся настроить каналы связи между государством и обществом — по крайней мере это тот самый случай, когда власть в этом очень заинтересована. Страну ждут серьезные испытания, которые (цинично, но факт!) могут оказаться посильнее Беслана.

По уверениям экономистов, предстоящее десятилетие окажется для России не самым благоприятным, на такой прирост бюджетных доходов, какой был в нулевые, рассчитывать уже не приходится. Добро бы не сократились. А бюджетные обязательства, между тем, что ни год, растут. Олимпиада в Сочи, ЧМ-2018, строительство «новой Москвы», перевооружение армии... Согласно открытию, сделанному естествоиспытателем Ломоносовым и подтвержденному финансистом Кудриным, сколько присовокупится к одному телу, столько же отнимется у другого. И есть большое подозрение, что исполнение этого закона природы начнется со снижения астрономического дефицита Пенсионного фонда. Вариантов всего лишь два: либо рост налоговой нагрузки на работающих, либо повышение пенсионного возраста. И оба, мягко говоря, не вызовут восторга у электората.

Вот тут-то и понадобятся механизмы «большого правительства», призванные смягчить кумулятивный социальный эффект от взрывоопасных реформ. Кстати, именно по такой схеме действует американский аналог такого института.

В США перед принятием любого значимого решения проводятся широкие консультации с участием обеих ведущих партий, профсоюзов и профильных общественных организаций. И если уж большинство компромисса достигло, то несогласные оказываются в подавляющем меньшинстве, мнение которого можно смело игнорировать. Такая вот демократия.

Проблема в том, что у нас не Америка с ее неспешно выстроенными общественными институтами. Там в политический процесс вовлечено максимальное число неравнодушных граждан, причем «большое правительство» формирует общество, а не назначает действующая власть. Да и «партий власти» нужно иметь как минимум две. У нас же если вы с чем-то или с кем-то не согласны — добро пожаловать в несистемную оппозицию...

Глубокая перестройка политсистемы в стране неизбежна. И она будет, безусловно, болезненной процедурой. Но куда большая опасность исходит от модели, сшитой, как мы теперь знаем, на живую нитку.

Андрей Владимиров

Андрей Смирнов

 

ЕврАсоюз / Политика и экономика / В России

 

На прошлой неделе страны бывшего СССР обзавелись чуть ли не всеми атрибутами Европейского союза. В СНГ появилась зона свободной торговли. А еще — ЕврАзЭС, объединяющее Россию, Белоруссию, Казахстан, Киргизию и Таджикистан. И, наконец, Таможенный союз первых трех стран, который с нового года превратится в Единое экономическое пространство. Ну а дальше все это должно слиться в Евразийский союз — наш ответ союзу Европейскому. Удастся ли постсоветскому ЕврАсоюзу повторить все успехи ЕС, избежав при этом его же ошибок? Ведь и единая Европа когда-то начинала с «голой» экономики, но об нее же сейчас споткнулась.

Неравный брак

Подписанный в Санкт-Петербурге Договор о зоне свободной торговли СНГ, безусловно, документ исторический. Хотя бы потому, что история его ратификации насчитывает аж 17 лет. И похоже, что случившийся на берегах Невы прорыв — это вовсе не конец этой истории. Чтобы понять, на что больше будет похож Евразийский союз — на СССР или на ЕС, — достаточно взглянуть на экономики экс-советских республик и их торговые отношения.

Со слов Владимира Путина, главного вдохновителя постсоветской интеграции, за первое полугодие 2011 года товарооборот между странами СНГ вырос по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 48 процентов и составил 134 миллиарда долларов. Отличный аргумент в пользу объединения. Но на самом деле внушительный рост — это всего лишь посткризисное восстановление. При этом 60 процентов товарооборота стран СНГ приходится на торговлю с одной Россией. Между собой все прочие «евразийцы» торгуют мало.

Если же посмотреть на то, какую долю занимают товарные отношения с СНГ в общем объеме российского экспорта/импорта, то получится и вовсе капля в море — 14 процентов (по данным на первое полугодие прошлого года). Даже с ближайшими союзниками Белоруссией и Казахстаном товарооборот у нас мизерный: всего 7 процентов. При этом почти весь российский внешнеторговый оборот приходится на страны дальнего зарубежья и прежде всего Евросоюз.

Так зачем вдруг Москве понадобилось искать экономических союзников не в Европе, что было бы куда логичнее, а в ближнем зарубежье?

Надо сказать, что ЕС, структуру которого мы пытаемся скопировать, объединялся на совершенно других принципах. Германия окружена соразмерными экономиками, а львиная доля товарооборота происходит внутри самого ЕС. В этом, собственно, и состоял основной аргумент в пользу интеграции: с кем торгуем, с теми и объединяемся.

В будущем ЕврАсоюзе все иначе. Локомотив здесь безальтернативный. Для сравнения: ВВП России превосходит самую крупную экономику СНГ, украинскую, в семь раз, а следующую за ней казахстанскую — в 11 раз.

«Мы объединяемся с очень слабыми экономиками, — сетует заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Андрей Суздальцев. — Никакого синергетического эффекта в виде увеличения ВВП России не будет».

Кризис без границ

Пока зона свободной торговли в СНГ действует с так называемыми изъятиями (пошлины сохраняются на нефть, газ, сахар и ряд других товаров), наиболее привлекательным объединением на постсоветском пространстве остается Таможенный союз. Пока он распространяется только на Россию, Белоруссию и Казахстан. Внутри союза нет таможенного контроля, все товары передвигаются свободно, отсутствуют пошлины. Этот «банкет» оплачивает наиболее богатый «тостуемый» в лице России. Одно только снижение цен на нефть для Белоруссии из-за отмены вывозных пошлин обошлось Москве в миллиарды долларов.

Вместе с тем приходится платить и нашим союзникам. Они де-факто лишаются самостоятельности в проведении внешнеэкономической политики. Приходится советоваться с Москвой, которая диктует свои правила. Например, в Белоруссии чуть более года назад в 10 раз увеличились импортные пошлины на автомобили. Отсюда отток валюты, так как народ ринулся покупать последние дешевые немецкие авто, увеличение отрицательного сальдо торгового баланса и, наконец, валютный кризис. Правительство провело девальвацию, зарплаты белорусов в долларовом эквиваленте упали до уровня Киргизии. Теперь осталось решиться на приватизацию госпредприятий, которые, скорее всего, скупят российские олигархи и госкорпорации, а также согласиться на единую валюту. И будет у нас союз примерно такой же, как тот, что назывался Советским.

То же касается и Казахстана, у которого с Россией практически идентичные (сырьевые) экономики и поэтому слабые торговые отношения. Можно сказать, основной торговый партнер Астаны — Китай (около 20 процентов экспорта и почти 30 процентов импорта), который в обмен на природные ресурсы отправляет в Казахстан дешевые товары народного потребления. Повышение пошлин в рамках Таможенного союза уже провоцирует рост безработицы среди казахстанских челночников. Еще хуже с этим обстоят дела в соседней Киргизии. Она вообще живет исключительно на реэкспорте китайских товаров (доля импорта из Поднебесной — 60 процентов, из России — лишь 17). Но это не помешало Киргизии заявить о скором вступлении в Таможенный союз.

Однако платить за интеграцию в конечном счете все равно придется самому богатому участнику процесса.

«Для значительной части населения Казахстана, Киргизии и Таджикистана вступление в Таможенный союз — это проигрыш, — считает заместитель директора Института экономики РАН Светлана Глинкина. — Если эти государства переходят на единый экономический рынок, их экономики должны быть однородными, иначе будет много проблем. В таком случае придется включать механизмы по финансовой помощи и исправлению дисбалансов. При этом основное бремя ляжет, естественно, на Россию». И уже легло. От непропорционального объемам внешней торговли распределения импортных пошлин в рамках Таможенного союза Белоруссия и Казахстан «заработали» в 2010 году 22 миллиарда рублей. Россия, соответственно, их потеряла. Ничего не напоминает? Германию, спасающую Грецию, например?

Впрочем, есть и несомненные плюсы. Например, для белорусского машиностроения открывается неосвоенный до этого рынок Казахстана, ведь тот предпочитал закупать технику в Европе. С середины 2009-го по середину 2010 года экспорт Белоруссии в страны Таможенного союза увеличился на 1,548 миллиарда долларов. А Казахстан сможет поставлять больше нефти в Европу, так как весь транзит идет через Россию. Москва же получает новые рынки для экспансии не только наших сырьевых и финансовых «монстров», но и сотовых операторов, например.

Правда, в союзном строительстве следует проявлять разборчивость. Зачем, к примеру, интегрировать Таджикистан? Предполагается, что эта страна присоединится к Таможенному союзу после Киргизии. ВВП Таджикистана процентов на 60 складывается из перечислений гастарбайтеров, работающих в России. Оставшаяся экономика состоит из сельского хозяйства, производства текстиля и электроэнергии на ГЭС. Главный партнер по экспорту — Турция. По импорту — Китай. Кстати, китайцы, по неофициальным данным, заняли почти все сектора экономики Таджикистана, особенно сельское хозяйство.

Получается, что анонсированный Владимиром Путиным Евразийский союз — проект не только экономический. В условиях кризиса интеграция России с единой Европой кажется маловероятной, а с Китаем — политически недопустимой. Остается искать свой собственный путь. «Для России очень важно продвижение на направлении СНГ с геополитической точки зрения, — говорит Светлана Глинкина. — Наша страна сейчас находится в очень сложном положении. Она больше, чем просто национальное государство, но меньше, чем мировой центр силы. Многие механизмы, которые могут использовать ординарные национальные государства, например, кокетничать с несколькими центрами силы сразу, для России не очень подходят. Поэтому мы хотим создать свой евразийский центр. Хотя об этом стараются и не говорить, но все понимают, что нынешняя интеграция — это не только экономика».

Но что будет делать Евразийский союз лет через 5—7, когда станет ясно, что самостоятельным экономическим центром он стать не сможет? России вместе со своими союзниками придется снова делать выбор. И есть надежда, что им будет Европа.

Санкт-Петербург — Москва

Артем Никитин

 

Свои среди чужих / Политика и экономика / В России

 

Проблема «понаехавших тут» продолжает оставаться для россиян одной из самых болезненных и обсуждаемых. Об этом свидетельствуют и результаты свежего социологического опроса. Так, 30 процентов москвичей высказали свое отрицательное отношение к приезжим трудовым мигрантам, а по некоторым данным, 38 процентов обеспокоены ростом их числа. В рейтинге злободневных проблем недовольство приезжими занимает одну из верхних строчек, сразу после переживаний, связанных с ростом цен и повышением коммунальных тарифов. Есть ли у России толковая миграционная политика? Об этом «Итоги» поговорили с директором Федеральной миграционной службы Константином Ромодановским.

— Константин Олегович, какой, на ваш взгляд, должна быть миграционная политика в идеале?

— Свое видение мы постарались заложить в Концепции государственной миграционной политики Российской Федерации, которая до 2025 года будет определять ее основы с учетом общегосударственных интересов, базирующихся на правах и свободах человека и гражданина. В работе над проектом документа участвует не только ФМС, но и общественные деятели, ученые. Проект размещен в открытом доступе. Это сделано для того, чтобы наряду со специалистами в обсуждении могли принять участие и обычные граждане. Концепцию планируем принять в конце этого — начале следующего года.

— Ваше ведомство составило что-то вроде интерактивной карты миграции. Что за инновация такая?

— Понимаете, в нашей работе необходимо исследовать причинно-следственные связи такого явления, как миграция. Вот, например, беженцы-мигранты из Туниса в Европе — хорошо это или плохо? Конечно же, это нагрузка на экономику, определенные сложности в общественно-политической жизни. А если посмотреть на мигрантов из Молдавии или Украины, которые выполняют большой объем работ, закрывают кадровый дефицит, то, безусловно, это положительный фактор, элемент, стимулирующий развитие государства. Современные технические средства, и карта миграции из их числа, как раз и помогают нам различать миграцию как последствие каких-либо событий и миграцию как фактор развития. Такая система помогает оценивать постоянно меняющуюся ситуацию. Допустим, произошли волнения в арабском мире, смотрим на интерактивную карту и определяем факторы риска для нашей страны.

— И каковы сейчас миграционные угрозы?

— Факторов риска, или, как мы говорим, выскакивающих величин, нет.

— Как можно узнать, сколько к нам въезжает мигрантов, а сколько убывает?

— Специально создали центральный банк данных по учету иностранцев. На сегодняшний день он содержит около 100 миллионов единиц учетной информации, то есть данных об иностранных гражданах, из них около 40 миллионов переведено в архив. Данные в ежесуточном режиме поступают из погранслужбы, МВД, МИДа, Федеральной налоговой службы. Сегодня в столичных аэропортах совместно с пограничниками проводим эксперимент по автоматизированному формированию миграционной карты и онлайн-прохождению информации в единую базу данных в момент пересечения границы. Эти данные собираются в каждом месте контакта въезжающих граждан с представителями органов федеральной исполнительной власти. Все сведения поступают в информационную систему, и мы получаем «сигнал-импульс», который обрабатывается машиной и превращается в «аналитику». На интерактивной карте мы можем видеть картинку по каждому субъекту. В бегущей строке отображается количество въехавших иностранных граждан, на 19 октября это 11 588 200 человек. Количество граждан, имеющих право на осуществление трудовой деятельности, — 1 288 542 человека. И дополнительно имеются данные о количестве постоянно проживающих — это 664 998 человек. Есть еще данные о поставленных на миграционный учет, получивших разрешения на работу, визы и приглашения. Выборку можно делать по каждому из существующих параметров. Кроме того, отвечаем на запросы компетентных органов, устанавливаем сведения об иностранных гражданах. Всего за период существования базы получили 2,4 миллиона запросов, из них 75 процентов были удовлетворены.

При этом если величина одного из параметров вышла за пределы значения, то на карте регион выделяется более насыщенным цветом. Когда я представлял карту руководству страны, то обратил внимание на Чукотку. Эта территория была выделена темным цветом. Как оказалось, компьютер отражает соотношение местных жителей и приезжих. А так как на Чукотке коренных обитателей не так уж и много, карта показала большой процент приезжих, что составило 1,44 процента.

— А такой показатель, как межнациональная напряженность, ваша карта фиксирует?

— Вы хотите все сразу. Наверное, в перспективе можно придумать, как учитывать на карте и межнациональную напряженность.

— Когда ваши критики утверждают, что в России отсутствует миграционная политика, то в качестве основного довода приводят несовершенный механизм интеграции приезжих в российское общество. Чем парируете?

— Нам приходится непросто, многие вопросы находились не в нашей компетенции, и поэтому нужно было не требовать, а просить и уговаривать. К нам приезжают граждане трех категорий: туристы, временные трудовые мигранты и люди, стремящиеся получить гражданство и постоянно проживать здесь. Последние две категории так или иначе должны прилично знать русский язык, чтобы элементарно понимать, чего от них хотят. Знание русского языка создает условия безопасности и комфорта. Если выходец из среднеазиатской республики не знает ни слова по-русски, как он поймет команду «Стой, стрелять буду!»? Казалось бы, простой пример, но незнание языка в данном случае может привести к трагическим последствиям. Не секрет, что едут к нам зачастую люди низкой, в лучшем случае средней квалификации, слабо говорящие на русском. Поэтому наша задача помочь им овладеть языком еще при выезде. Мы с коллегами из Россотрудничества и МИДа интенсивно работаем в области языковой адаптации. Есть пилотные проекты по обучению мигрантов русскому языку в Киргизии, Таджикистане. На базе профессиональных училищ в городах Ош и Душанбе набрали двести человек, по сто в каждой стране, которые при условии успешного освоения рабочей специальности и русского языка к марту 2012 года будут трудоустроены в России. Подготовленных и выпестованных мигрантов будем привозить и содержать. А дальше надо будет законодательно закрепить необходимость знания русского языка для желающих работать в нашей стране. В особенности для тех, кто занят в сфере обслуживания, в частности в ЖКХ.

— Неужели планируете экзаменовать всех приезжих? И за чей счет — за государственный?

— Считаю, нет необходимости в том, чтобы обременять государство обучением приезжих языку. Это личное дело каждого. Хочешь жить и работать в России — учи язык. Если государство станет оплачивать обучение каждого украинского рабочего, то, наверное, это будет не совсем правильно. Что касается экзамена по русскому, то только на базе Российского университета дружбы народов как в России, так и за ее пределами уже создано около 160 точек, где можно проводить тестирование при оформлении российского гражданства. Процедура стоит порядка двух тысяч рублей. Прошел тест — приезжай, работай. Этим самым мы защищаем и рынок труда. Иностранный гражданин становится дороже, а труд российских граждан, соответственно, вступает в конкурентную борьбу.

— Многие россияне уже волнуются: мол, приедут свободно говорящие на русском языке граждане Таджикистана и займут все рабочие места.

— Чтобы поднимать экономику, нам понадобится большая концентрация людей. Например, Европа столкнулась с серьезной проблемой: до 70 процентов выпускников европейских вузов уезжают на работу в США. Это мы с вами привыкли в бытовом плане высокомерно относиться к приезжим из Средней Азии, а Европа проводит многоступенчатую селективную политику. Есть специальные программы по привлечению студентов из Азии. Идет «борьба за мозги». Мы в эту борьбу включились только в прошлом году, когда установили преференции для въезда и работы в России высококвалифицированных специалистов, или, как мы их называем, ВКС. Министерство экономического развития посчитало, что стране необходимо 30—40 тысяч ВКС. Думаю, в этом году придем к нижней планке потребности государства в специалистах такого уровня, привезем 30 с лишним тысяч профессионалов. Но понимаете: миграционная бочка не без дна. Те трудовые ресурсы, которые мы сегодня привлекаем из стран СНГ, скоро закончатся. Как только завершится борьба за энергоресурсы, начнется борьба за рабочие руки.

— В вашем ведении, как известно, находится выдача загранпаспортов. Правда ли, что планируется добавить в чип биометрического загранпаспорта информацию об отпечатках пальцев?

— Чип — это пластина, в которой уже сейчас размещена информация: данные с титульного листа и двухмерная фотография владельца паспорта. В Евросоюзе большинство стран внесли в чип отпечатки указательных пальцев обеих рук. Мы понимаем, что и нам никуда от этого не деться, планируем до конца года сделать экспериментальный образец документа. Будем отрабатывать методику внесения «пальцев» в этот чип. Но необходимо внести изменения в закон, которым предусмотрено наличие нового параметра. Есть нюансы, связанные с хранением информации. Сегодня мы только говорим о механизме изготовления паспортов с отпечатками пальцев, о том, достаточен ли в чипе объем памяти, чтобы хранить новые параметры, будет ли эта информация быстро считываться. Кроме того, в ФМС параллельно идет работа над проездным документом беженца, а также документа, подтверждающего вид на жительство лица без гражданства. В конце декабря планируем получить первые результаты. Пилотный участок для обкатки новых технологий будет создан на базе Управления федеральной миграционной службы по Санкт-Петербургу, а к 2013 году новые технологии, надеюсь, внедрим во всех подразделениях.

— Во сколько обойдется оформление загранпаспорта с отпечатками пальцев?

— Конкретные цифры пока назвать сложно. Все зависит от того, насколько будет финансово обременителен сам процесс занесения информации в чип.

  — По осени спадает бум на оформление загранпаспортов. Давайте в конце сезона подведем итоги.

— Действительно, самое пиковое время — с марта по июль. В 2010 году было оформлено 5 миллионов 852 тысячи загранпаспортов, из них 3 миллиона 327 тысяч — паспорта нового поколения. В этом году оформили 4 миллиона 356 тысяч паспортов, из них 3 миллиона 14 тысяч — «новых». В Москве из 700 тысяч выданных паспортов порядка полумиллиона — нового образца. В 70 процентах случаев мы сократили время оказания услуги на 10 дней. Срок изготовления составлял около 20 суток. А в перспективе будет еще быстрее. Когда мы создадим информационное межведомственное и межуровневое взаимодействие, оформление загранпаспортов в городах-миллионниках будет занимать два-три дня. Смысл в том, что с рабочего места можно будет за 5 минут проверить обратившегося на предмет наличия судимостей, приводов в милицию и невыплаченных алиментов. Сегодня этот процесс занимает две недели. Останется всего дня два, чтобы отправить информацию на Гознак, распечатать паспорт и доставить его владельцу.

Впрочем, уже сейчас я как директор службы даже на себе почувствовал, что накал заметно спал. Люди меньше стали возмущаться, жаловаться.

— На что жалуются?

— В основном на очереди. Проблемы, конечно же, остались. Так, например, в отдельных регионах злоумышленники искусственно создают очереди и затем продают место за определенную сумму. Но все это решается.

— Вы снимаете погоны не только с сотрудников ведомства, но и сами стали гражданским служащим. Чем это было обусловлено?

— Прошло то время, когда мандаты выдавали люди с винтовкой в руках, опоясанные пулеметной лентой. Сегодня эпоха демилитаризации. Об этом не раз говорили и президент, и премьер-министр. В большинстве развитых стран выдачей паспортов занимаются гражданские службы. У людей, выдающих паспорта, должна быть другая ментальность, другая психология.

— Насколько успешно ФМС зарабатывает деньги?

— Весьма успешно. Мы стремились к этому, не просто увеличивая процент получения штрафов, а эффективно расходуя средства. Основные источники доходов ФМС — это пошлины за оформление гражданства, паспортов, патенты.

— Можете на конкретных цифрах показать свою рентабельность?

— Пожалуйста, за 8 месяцев этого года расходы миграционной службы составили 14,5 миллиарда рублей, а доходы — почти 18 миллиардов рублей. На 22,6 процента мы оказались в плюсе. Административных штрафов взыскано на сумму 2,4 миллиарда рублей, от распределения патентов получили ровно столько же. Проще всего сказать: «Дайте нам деньги, а мы вам потом докажем, чего стоим». Мне кажется, что доказывать это нужно постоянно. И сейчас уже наступило время, когда нужно не на словах, а на деле чего-то стоить. Уметь жить, уметь зарабатывать, быть экономически эффективными для государства и не чувствовать себя прожигателями казенных денег.

Дмитрий Серков

 

Диагноз зло / Общество и наука / Общество

 

Кадры глумЛения над Муамаром Каддафи обсуждал весь мир. Всех потрясло одно и то же: с полковником расправились с такой жестокостью, словно на дворе не постиндустриальный XXI век, а эпоха раннего Средневековья. Отличие лишь в том, что «расправа мясников» транслировалась по всем мировым телеканалам. Но это лишь внешнее проявление странной эпидемии, которую отметили эксперты ООН: за последние годы на планете запредельно вырос уровень агрессии. В мире только за год число зарегистрированных преступлений достигло полумиллиона. А сколько не зарегистрировано? Ведь в эту канву ложатся и арабские революции, и массовые беспорядки, и тихое домашнее насилие. Что происходит с нами? Специалисты констатируют — человечество вновь пытается запустить механизм самоуничтожения. И этому уже найдено научное объяснение.

Мышиное царство

Американский ученый Джон Калхун еще в 1972 году провел уникальный эксперимент. Он попробовал создать для лабораторных мышей настоящий рай. Им выделили просторный отсек, где чисто, сытно, комфортно и безопасно, есть где резвиться, совокупляться и вить гнезда для потомства. В вольеру отправили четыре пары здоровых породистых зверушек. Поначалу грызуны жили в любви и согласии, и каждые 55 суток население «рая» удваивалось. Однако спустя 315 дней рождаемость стала падать. В «раю» к тому времени обитало более 600 особей. Самцам стало труднее защищать свою территорию и доминировать в социуме. В коллективе появились группы маргиналов, которые совершали налеты на другие гнезда, где встречали жестокий отпор. В конечном итоге мыши перестали создавать семьи, увеличилось число матерей-одиночек, которые жестоко обращались с потомством. Некоторые самцы потеряли интерес к жизни — перестали ухаживать за самками, контролировать территорию и выяснять отношения между собой. На смену основному инстинкту пришли самодовольство и самолюбование. Но в то же время в дальних углах «рая» процветали каннибализм, разврат и насилие. Через 18 месяцев мышиный рай окончательно превратился в кромешный ад. А еще через месяц смертность среди молодняка достигла 100 процентов. В общем, выжили единицы. Джон повторял свой опыт много раз, но все время получал один и тот же результат.

Ставя опыты над мышами, ученый вряд ли предполагал, что сделал слепок человеческой популяции начала XXI века. Специалисты выдвигают разные научные версии, почему у людей происходит то же самое, что и у мышей. Есть две группы версий — демографическая и социальная. В основе первой лежит теория о том, что человек, хотя и социальное, но все-таки животное, поэтому в определенных обстоятельствах и ведет себя как биологический вид. Что происходит с животными, когда их становится слишком много на одной территории? Они начинают истреблять друг друга. Повышенная агрессивность homo sapiens не что иное, как реакция людей на перенаселение планеты. Кстати, на этой неделе нашего полку прибудет — на Земле ожидают появления 7-миллиардного жителя…

Ученые подтверждают, что скученность и неблагоприятная окружающая среда отрицательно воздействуют на умственное и физическое здоровье человека. «Физические стрессоры (шум, жара, загрязнение воздуха, перенаселение и т. п.) вызывают стойкое эмоциональное возбуждение, которое может стать генерализирующим мотивом всего последующего поведения людей, — говорит Татьяна Румянцева, доктор философских наук, профессор кафедры философии культуры факультета философии и социальных наук Белорусского государственного университета. — Еще академик Павлов отмечал, что такие внешние раздражения, как ограничение пространства, свободы движений и прочее, вызывают у животных реакцию нападения. У человека многие физиологические механизмы работают сходным образом, и здесь из своей биологической природы не выскочишь».

Жители Руанды и без научных выкладок время от времени испытывают эту теорию на себе. В крохотной стране, где на один квадратный километр приходится свыше 400 жителей, с пугающей регулярностью вспыхивают кровавые войны, сопровождающиеся жесточайшим геноцидом. Американский эволюционный биолог Джаред Даймонд отметил, что периодичность конфликтов жестко коррелируется с численностью населения: практически каждая демографическая вспышка влечет за собой гражданскую войну. Проблема заключается еще и в том, что на таком маленьком участке земли вынуждены сосуществовать представители разных культур и к ним принцип в тесноте да не в обиде, увы, неприменим. Причем западная цивилизация, выступая за мультикультурность, практически запускает такую модель у себя.

«Современные государства своей навязанной политкорректностью запустили механизм взаимной ненависти, — рассуждает психиатр-криминалист профессор Михаил Виноградов, — возьмите старую Москву: Армянский переулок, Большую и Малую Грузинские улицы — все жили своими тесными поселениями, но при этом принимали московский уклад жизни. Сегодня во время праздника можно резать барана на детской площадке, и это вызывает конфликт». Быть может, эту самую «искрящую» мультикультурность мы ошибочно принимаем за перенаселенность. На самом деле проблема не в том, что нас в принципе много, а в том, что слишком разные люди со своими устоями и традициями вдруг начинают жить на ограниченной территории. А главный парадокс заключается в том, что обитатели будут выплескивать агрессию не на власть, создавшую такие условия, а друг на друга. Плюс ко всему при отсутствии сдерживающих рамок — моральных, культурных, семейных — мы очень жестко ведем себя, сталкиваясь с представителями иных культур и национальностей. Как известно, Римская империя погибла, когда стала делить людей на своих и чужих.

Война мальчиков

Кроме перенаселения есть еще одна версия, объясняющая, отчего мы звереем. Она появилась в Германии и наделала немало шума в научном мире. «Агрессия, которая сейчас наблюдается во всех странах, четко коррелируется с одним важным фактором: как только соотношение числа мальчиков до 4 лет и мужчин около 40 превышает определенные показатели, неизбежно возникает напряженность, — объясняет доктор медицинских наук Сергей Агарков. — Например, в Палестине на каждого взрослого мужчину приходится 8 мальчиков (коэффициент 800). В других арабских и африканских странах — коэффициент от 300 до 500, что тоже очень много. В Европе и России — ниже, около 100. В Афганистане около 400. В Иране и Турции наблюдается тенденция к снижению рождаемости в целом и количества мальчиков в частности. Поэтому эти страны, как бы ни «зеленели» по религиозным соображениям, не очень будут вмешиваться в региональные конфликты».

По словам Сергея Агаркова, это социобиологическая закономерность: большое количество мальчиков перерастает в армию подростков, бурлящих энергией, которых легко сподвигнуть на какую-нибудь революцию. Они вырастают, и «самцов» становится слишком много, а это всегда война за место под солнцем. Даже характер революций задается этим соотношением. Там, где мальчиков много, революция приобретает кровавый характер: бои, масса погибших, свержение режима — как в Ливии. И наоборот, где соотношение меньше, революция носит цветочный характер. «Эта теория работает, если приложить ее к разным ситуациям, — считает Сергей Агарков. — Даже история освоения Америки связана с ней. Надо сказать, что в то время в Испании случился демографический кризис: сильно увеличилось количество мальчиков — потенциально молодых мужчин, которым нечем заняться и которые не могут себя найти в сложившейся веками системе отношений. Именно поэтому они и отправились на завоевание других земель. Средний возраст конкистадора на тот момент был 15—17 лет, то есть по нашим характеристикам они были несовершеннолетними, а по тем меркам — люди середины жизни».

Что делать, если в государстве стало расти число мальчиков? По мнению Сергея Агаркова, необходимым клапаном становится миграция — тогда соотношение выравнивается естественным образом. Другой способ сохранять равновесие — проводить политику регулирования рождаемости. Например, с некоторых пор стало спокойнее на Северном Кавказе — там сейчас тоже не хотят много рожать. Считают, что лучше растить меньше детей, но делать это более качественно. «Такая система уменьшения рождаемости в пользу более успешной социализации способствует снижению агрессивности, — уверен ученый. — Некоторое время назад богатые люди — Билл Гейтс и другие — пожертвовали средства в специальные программы по снижению рождаемости в африканских и других бедных странах. В мире это восприняли как фашизм, как евгенику, заговорили о суперэксплуатации. Но рациональное зерно в этой политике есть. На Земле уже 7 миллиардов человек, причем особенно мы прибавили за последние 10 лет. До предела осталось недолго — 10 миллиардов на Земле прожить не могут. Если сохранятся подобные тенденции, то взрывы будут учащаться».

Впрочем, у теории перенаселения есть противники, которые считают, что Земля, наоборот, недонаселена и как раз в этом кроются причины повышенной агрессии. «Еще в 1960-х годах известный британский физик заявил, что предельная численность населения планеты составляет 60 квадриллионов человек, это число с 16 нулями. В 2005 году румынский физик провел уточнение и вывел число в 1,3 квадриллиона. Это в 200 000 раз больше, чем сейчас проживает на Земле, — рассуждает директор Института демографических исследований Игорь Белобородов. — Мои собственные расчеты показали, что нынешнее население планеты совершенно комфортно может разместиться в одной лишь Австралии, это двадцатая часть суши. При этом на каждого человека будет приходиться 1000 квадратных метров. Земля недонаселена, люди стали меньше рожать, потому что отмирают семейные и религиозные ценности, мораль... Человечество идет по пути саморазрушения». Эксперт также считает, что легкое отношение к абортам, распространение антирепродуктивных технологий — это форма отрицания будущего, которая программирует будущие проблемы. «Дети из малодетных семей по определению больше склонны к эгоизму. Полностью деформируются детско-родительские, супружеские и межпоколенческие ролевые модели. Внутрисемейная агрессия выражается в конфликтах, разводах и абортах, стремительно перерастая в агрессию на уровне всего общества. Именно такие тенденции способствуют появлению радикальных экстремистских идеологий, в том числе идеологий национальной исключительности, основанных на теориях евгеники, — вплоть до нацизма. Часто в сети экстремистских движений попадают дети из неблагополучных и неполных семей. А что такое эвтаназия? В большинстве случаев — практика убийства пожилых родителей. Это также последствия кризиса семейных отношений. Агрессия растет именно отсюда», — говорит Игорь Белобородов.

Но главная проблема заключается еще и в том, что биологические причины агрессии умножаются на социальные.

Общество неравных

Мы с гордостью говорим, что человек может противопоставить животной агрессии доводы рассудка. Однако тут срабатывает социальный парадокс: чем лучше, комфортнее и разнообразнее мы пытаемся сделать свою жизнь, тем больше поводов для агрессии создаем. «Одна из теорий, объясняющих агрессивность человека, — рассуждает профессор кафедры политической социологии РГГУ Геннадий Козырев, — теория относительной депривации. Она говорит о том, что у человека, чьи возможности искусственно ограничены или чей потенциал выходит за рамки предложенного сценария, внутри возникает протест. Он может выражаться по-разному, но чаще всего это открытое сопротивление, агрессия».

Западная культура очень четко сформулировала образ успешного человека и убедила, что заданного эталона легко достичь. И кто-то достигает, но, как правило, легче всего это дается тем, кто имеет выигрышные стартовые возможности, например возможность получить «дорогое» образование. У остальных накапливается элементарная злость: несправедливо, я же умнее! «Социальное неравенство — очень важный аспект, — говорит Геннадий Козырев. — Есть такой специальный термин — децильный коэффициент, когда в обществе берут десять процентов доходов богатых людей и делят его на десять процентов доходов бедных. Согласно постулатам западной социологии, если этот показатель больше десяти, то страна находится на грани социальных беспорядков. Для сравнения: у нас по официальным данным соотношение составляет 17,5». По словам Козырева, большую роль в росте психической напряженности этот коэффициент играет в странах с развитым средним классом. Для индийского бедняка раджа, купающийся в роскоши, — абстрактный образ. Для офисного клерка воротила с Уолл-стрит, в кризисное время получающий поддержку от государства, — реальный враг. Беспорядки в Лондоне из этой категории — обезумевшая толпа грабила магазины, пытаясь таким образом доказать: она ничем не хуже обладателей дорогих телефонов. Это состояние загнанности, когда человек не видит перед собой ни малейшей перспективы, в психологии называют фрустрацией. У забитого обстоятельствами индивида выходов немного — внутренняя регрессия, сопровождающаяся депрессивными состояниями разной степени тяжести, или же внешняя агрессия. Она необязательно будет направлена на конкретный источник неудач. Случай с травлей девушки, сбившей в Брянске ребенка, как раз из этой серии. «Дело в том, что народу нужен был повод, настолько надоело ему положение, когда он боится всего — полиции, чиновника, приезжего таджика или кавказца. Это комплекс жертвы, когда жертва переступает через свое униженное состояние и становится агрессивной совершенно не по делу», — объясняет Геннадий Козырев.

Фрустрированный индивид — потенциальный клиент психолога, но когда фрустрированно целое общество, оно может стать жертвой ловких манипуляторов. В психологии существует понятие аффективного действия — это то, что не подчиняется ни голосу разума, ни существующим традициям и устоям. Достаточно красноречиво указать человеку на источник всех зол и убедить, что именно такое развитие событий решит все проблемы, и он подчинится. На этом строили свою риторику многие тоталитарные лидеры. История тоталитарных режимов — это вообще история фрустрированных народов, готовых пойти за тем, кто пообещает им светлое будущее. «Когда мы говорим уже об агрессии масс, имеет место феномен заражения, — объясняет Татьяна Румянцева, — и дело не просто в количественном сложении, когда сумма единичных вспышек дает десяток или сотню. Энергия толпы может в огромное количество раз превосходить сумму энергий составляющих ее индивидов».

Очевидно, что с каждым годом сдерживать эту энергию правителям и западных, и восточных стран становится все сложнее. Похоже, что тот ад, в котором оказалась мышиная цивилизация, помещенная в стеклянный куб, человечество может заполучить уже в ближайшее время.

Однако пока еще выход есть. Человеку, который не хочет стать частью агрессивной и свирепой толпы, придется начать с себя: например, попробовать улыбнуться человеку, толкнувшему тебя в метро. Кстати, эксперимент с мышами дал и положительный опыт — в мышином аду выжили только те особи, которые лучше всех умели общаться и приспосабливаться к окружающей ситуации.

Виктория Юхова

Максим Морозов

 

Железные люди / Общество и наука / Образ жизни

 

Звон оружия, лязг доспехов, победные возгласы герольдов и звуки труб — еще восемь столетий назад для представителей рыцарских орденов не могло быть ничего милее музыки сражений. До 700 современных воинов из Москвы, Питера, Рязани, Тулы и Воронежа ежегодно собираются на Большие дружеские маневры. Апофеозу болезни под названием «историческая реконструкция» предшествуют месяцы подготовки. Участники плетут кольчуги, куют мечи и укрепляют именные щиты. Ведь ранения, полученные в бою, совсем не бутафорские.

 

Стоп-тест / Общество и наука / Медицина

 

В америке разгорается медицинский скандал. Зачинщиком выступила Американская урологическая ассоциация. Медики намерены оспорить рекомендации рабочей группы по медицинским профилактическим мероприятиям при правительстве США. На стороне протестующих не только представители фармкомпаний, но и множество знаменитостей. Известный бейсболист Джо Торре, финансист Майкл Милкен, бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани хотят использовать все свое влияние, чтобы не дать хода докладу рабочей группы при правительстве. «Я разочарован, — возмущается Томас Кирк, руководитель Us TOO, крупнейшей в США правозащитной организации для пациентов, страдающих раком простаты. — Подчеркну: на сегодняшний день это лучшее из того, что мы имеем, и нельзя просто так сказать людям: забудьте о тестировании».

Из-за чего сыр-бор? Речь идет об одном из самых массовых в США медицинских тестов, которые там рекомендуют проходить всем мужчинам после 50 лет. Медицинские эксперты, входящие в рабочую группу, предлагают отменить анализ на простатический специфический антиген (ПСА) для скрининга рака простаты.

Тест на здравый смысл

Обычно ПСА в небольшом количестве содержится в крови любого взрослого мужчины: его вырабатывает предстательная железа. При различных заболеваниях простаты уровень этого белка повышается. Увеличивается он и при раке простаты. Именно на этом основан тест. В США, где его начали применять с 1986 года, из 44 миллионов мужчин, перешагнувших за 50, этот тест прошли уже 33 миллиона. Некоторые, кстати, даже не подозревают об этом: он числится в длинном списке рутинных анализов. Но благодаря ПСА-скринингу количество мужчин, проходящих лечение в американских онкологических госпиталях, значительно увеличилось. Ведь теперь туда приходят люди без всяких клинических признаков болезни, но с повышенным уровнем ПСА. Многим из них впоследствии назначают операцию простатэктомии или лучевую терапию. Среди американцев, выживших после рака простаты, немало тех, кто считает, что сделанный вовремя анализ ПСА спас им жизнь. Теперь правительственные эксперты доказывают, что это не так.

Шум по этому поводу начался после демарша Ричарда Аблина — ученого, открывшего простатспецифический антиген еще в 1970 году. Так вот, в марте прошлого года в своей колонке, опубликованной «Нью-Йорк Таймс», он назвал использование белка ПСА для диагностики рака «неимоверно дорогостоящим бедствием публичного здравоохранения», которое обходится налогоплательщикам в три миллиарда долларов ежегодно. Ричард Аблин признался, что уже долгие годы убеждает врачебное сообщество не использовать белок ПСА для скрининга рака простаты — его уровень может повыситься и при простом увеличении простаты, и при инфекциях, и при приеме некоторых распространенных анальгетиков. По мнению Аблина, это не значит, что ПСА-тестирование совсем не нужно. Например, с его помощью можно контролировать ход лечения рака простаты. Если уровень белка ПСА у пациента резко растет, это означает наступление рецидива. Однако поголовный ПСА-скрининг Аблин считает изобретением тех, кто гонится за наживой. Он даже высказался в том духе, что для определения рака простаты было бы эффективнее и дешевле бросать монетку: орел или решка.

Конечно, после таких высказываний Ричарду Аблину не видать Нобелевской премии. Но его поступок трудно не оценить. «Мы восхищаемся его мужеством и честностью», — заявила представитель Американского совета по науке и здравоохранению Элизабет Вилан от имени членов совета. То, что открыватель ПСА выступил против его применения в скрининге рака простаты (массовое обследование людей, у которых может не быть клинических симптомов, для выявления признаков заболевания), произвело впечатление и на экспертов, входящих в рабочую группу по медицинским профилактическим мероприятиям при правительстве США. Группа уже прославилась тем, что пробует на зуб известные методы, которые, как кажется, вошли в плоть и кровь медицинской профилактики, и доказывает их несостоятельность. Например, два года назад они выступили против ежегодного проведения маммографии женщинам после сорока лет, предлагая начинать скрининг после 50 и проводить маммографию раз в два года.

Теперь группа взялась за ПСА скрининг, изучив результаты пяти масштабных контролируемых клинических исследований, проведенных в США и Европе.

Операция на выживание

Эксперты выяснили, что с 1986 по 2005 год хирургические операции и лучевую терапию в США прошли более миллиона тех, кто чувствовал себя здоровым и без ПСА-тестирования ни за что не обратился бы к онкологу. Что в результате? Почти пять тысяч пациентов умерли после хирургического вмешательства, а от 10 до 70 тысяч получили серьезные осложнения. От 200 до 300 тысяч приобрели импотенцию, недержание мочи, а иногда и то и другое. Некоторые после операции или облучения проходили гормональную терапию — в результате антиандрогенные препараты вызвали у них проблемы с сердцем и сосудами, импотенцию. На этом фоне то, что от 12 до 13 процентов тестов на ПСА оказываются ложноположительными — проведенная после тестирования биопсия не обнаруживает рака, зато чревата серьезными инфекциями почти в каждом сотом случае, — кажется совсем уж легким осложнением вроде насморка. Но, может, все эти жертвы позволили предотвратить множество летальных исходов? Вовсе нет. Смертность от рака простаты практически не снизилась или снизилась незначительно. В США этот вид онкологии занимает по летальным исходам стабильное второе место после рака легких.

Но дело не только в этом. Специалисты уверены, что многие люди, которые не ощущали никаких симптомов заболевания, но шли на операцию, потому что у них в простате обнаружили признаки злокачественной опухоли, могли до самой кончины, которая последовала бы совсем по другим причинам, так и не узнать, что у них был еще и рак. Почему? «С этим видом опухолей особая история», — говорит директор клиники урологии им. Р. М. Фронштейна член-корреспондент РАМН Юрий Аляев.

Рак простаты редко встречается у мужчин до 50 лет. Возраст большинства из тех, кто умирает от него, — 75 и больше. Злокачественные опухоли простаты у пожилых мужчин обычно медленно развиваются в течение десятилетий. До клинических проявлений своего рака они могли бы просто не дожить. Этот факт хорошо известен врачам: по данным посмертных вскрытий, рак простаты обнаруживают у трети мужчин в возрасте от 40 до 60 и трех четвертей тех, кому за 85. Американские эксперты предположили, что в определенных случаях для самих же пациентов лучше не знать о раке простаты, если болезнь находится на ранних стадиях. Например, это касается пациентов в возрасте после 75 — в США именно такие люди чаще всех проходят ПСА-скрининг, потому что поголовно получают лечение в рамках государcтвенной программы Medicare. Результаты тестов нередко оказываются положительными, пациентов направляют на лечение, которое в этом возрасте неэффективно и чревато осложнениями. Между тем отпущенных им лет жизни попросту не хватило бы, чтобы опухоль дошла до последних стадий. При условии, конечно, что рак развивается неагрессивно. Но именно на этот вопрос ПСА-скрининг не дает ответа. «К сожалению, наши данные показывают со всей очевидностью, что этот тест не снижает смертность, — говорит Вирджиния Мойер, председатель рабочей группы. — Он не может определить разницу между злокачественными опухолями, способными и неспособными развиться в течение естественной продолжительности жизни человека. Значит, нужно искать тест, с помощью которого можно будет это сделать».

Знать или жить?

Однако простой тест, выявляющий в организме злокачественный опухолевый процесс, создать будет сложно. «Раковая клетка по большому счету состоит из тех же компонентов, что и обычная, ведь других белков нет в организме, — говорит директор НИИ канцерогенеза ГУ РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН Борис Копнин. — Исключение составляют мутантные белки, но они, как правило, не выходят за пределы опухолевых клеток. К тому же любые мутации, характерные для рака, регулярно встречаются только у части пациентов. В крови, взятой из вены, мутантные белки можно найти еще реже». По мнению Копнина, если и возможно было бы создать диагностический тест на основе мутантных белков, то он должен был бы включать анализ количественного соотношения не менее чем двух десятков протеинов. Да и в этом случае скорее всего обладал бы низкой чувствительностью, то есть работал далеко не у всех пациентов.

Так что пока тест ПСА, хорош он или плох, — первая ступенька для выявления рака простаты. И вопрос о том, применять его или нет, пока остается открытым. Конечно, иногда милосердно оставлять человека в неведении. Но такое же милосердие заключается в том, чтобы не лишать его права знать о своем заболевании и лечиться. Или хотя бы заподозрить болезнь и лишний раз провериться. «К сожалению, в арсенале урологов не так много доступных простых инструментов ранней диагностики рака, — говорит главный уролог Минздравсоцразвития РФ Дмитрий Пушкарь. — Это пальпация предстательной железы, тест ПСА и УЗИ. Вот, пожалуй, и все». К тому же у России совсем другие проблемы.

Повального тестирования на ПСА, как в США, у нас не существует — тесты оплачиваются по ОМС только в Москве, Пензе, Екатеринбурге и Ростове. «Основной нашей бедой является не гипердиагностика, а позднее выявление рака простаты — 70 процентов случаев обнаруживают на 3—4-й стадии. У российских мужчин это первая причина смертности от новообразований. Как инструмент ранней диагностики я бы не стал сбрасывать ПСА со счетов», — говорит Пушкарь.

Поскольку в нашей стране врачам пока нет надобности накручивать медицинские счета, нет и смысла заниматься гипердиагностикой. «Важен комплексный подход, — говорит заведующий кафедрой урологии и андрологии факультета фундаментальной медицины МГУ, президент российского общества «Мужское здоровье» Армаис Камалов. — Например, выявив положительный результат на простатспецифический антиген у пациента с сопутствующим воспалительным заболеванием предстательной железы, мы можем провести пациенту противовоспалительную терапию, а потом еще раз проверить уровень ПСА. Часто становится очевидно, что результат был ложным. Но в любом случае основанием для постановки онкологического диагноза может быть только биопсия, а не скрининг». По словам Армаиса Камалова, пожилых пациентов с уже выявленным раком простаты сейчас тоже никто не гонит на операцию. По морфологическим характеристикам опухоли можно понять, насколько она агрессивна. «Затем мы оцениваем общее состояние человека, — говорит Камалов. — Некоторые люди и в 80 имеют довольно крепкое здоровье. Если мы видим, что они могут прожить еще свыше 10 лет, ставим вопрос о необходимости операции. Другим мы не рекомендуем операцию простатэктомии и в более молодом возрасте — из-за букета болезней. В любом случае мы пробуем альтернативные методы лечения и стараемся замедлить развитие опухоли. Я считаю, безнадежных случаев нет».

Небезнадежен и тест на ПСА. Важно только, чтобы вопрос о его диагностической ценности решали квалифицированные специалисты — исходя из интересов пациента. Однако если определяющим фактором в решении вопроса опять станут деньги, Ричарду Аблину еще не раз придется пожалеть о том, что он поделился с человечеством своим открытием ПСА.

Алла Астахова

 

Черно-белый расклад / Общество и наука / Телеграф

 

Автомобили светлых оттенков не только экономичнее темных, но и наносят меньший вред окружающей среде. Американские исследователи из лаборатории Лоуренса в Беркли провели серию экспериментов, выставив идентичные модели авто черного и серебристого цветов на самый солнцепек. Выяснилось, что крыша черного цвета раскалилась на 25 градусов сильнее, чем светлая, да и в салонах разница температур составила 5—6 градусов. Чтобы охладить салон за полчаса, светлой машине нужен менее мощный кондиционер, чем темной. Ученые подсчитали, что серебристая краска позволяет сэкономить 0,21 литра на 100 километров и сократить выбросы СО2 на 2 процента.

 

Не буди лихо / Общество и наука / Телеграф

 

Поведение вдруг проснувшегося вулкана Утурунку на юго-западе Боливии настораживает не только ученых, но и местных жителей. Пугает скорость, с которой шестикилометровый гигант накапливает магму: это происходит в 10 раз быстрее, чем обычно. Такие темпы грозят превратить Утурунку в супервулкан, и уж если он взорвется, то мало не покажется никому. В этом случае пепел и серные газы могут достичь стратосферы и накрыть весь земной шар. Это приведет к снижению температуры в мире. Такое уже было в 1815 году, когда из-за извержения супервулкана Тамбора в Индонезии на Земле похолодало на 2,5 градуса и среди лета ударили морозы. Есть еще одна опасность: газы могут превратиться в серную кислоту, которая прольется на нашу планету в виде дождя. Будем надеяться, что этот катастрофический прогноз не оправдается.

 

Слесарь на орбите / Общество и наука / Телеграф

 

Не пропадать же добру — решило Агентство по перспективным оборонным исследованиям Пентагона (DARPA) и запустило программу «Феникс». Она призвана превратить космический мусор в запчасти для новых сателлитов. Действительно, приборы и узлы, которыми напичканы отработавшие спутники, представляют собой огромное богатство, но еще дороже обходятся их спуск и утилизация на Земле. Если получится грамотно разобрать эти объекты на орбите, можно сэкономить миллионы. С этой задачей должен справиться «Феникс». Главной частью комплекса станет база — аппарат, оснащенный роботизированными руками и различными инструментами. Он-то и будет снимать полезные детали со старого спутника и «приживлять» их к новым. Первый эксперимент по отделению антенны DARPA намерено осуществить уже в 2015 году.

 

Нано с нами / Общество и наука / Телеграф

 

Опасения экспертов по поводу того, что малоизученные пока наноматериалы могут представлять угрозу здоровью людей, сильно преувеличены. Человечество, оказывается, давным-давно имеет дело с наночастицами. Американские ученые пришли к этому открытию, изучая процессы, происходящие на поверхности различных материалов под воздействием температуры, влажности, освещения и других факторов. Они обнаружили, что на поверхности предметов, с которыми мы часто сталкиваемся в повседневной жизни — серебряных украшений, столовых приборов, медных проводов, — постоянно образуются наночастицы. Причем их размеры и структура очень изменчивы. Источником таких частиц скорее всего являются все металлы, используемые нами в быту. То есть в течение длительного исторического периода человечество живет в окружении наноматериалов, не ведая об этом, и, как ни странно, пока еще не вымерло.

 

Спрячьте розги / Общество и наука / Телеграф

 

Жесткая дисциплина и строгие порядки, по мнению многих, необходимы для продуктивной работы. Они же требуются и для правильного воспитания. Однако исследование канадских психологов показало, что все не так однозначно. Они наблюдали за поведением учащихся двух школ. В одной, с авторитарным стилем управления, детей за любые провинности сурово наказывали. В другой школе царила вполне демократичная атмосфера. Затем с малышами провели эксперимент: их оставляли по одному в комнате и просили не смотреть на игрушку, расположенную в углу. Понятно, что удержаться от соблазна не смог никто. Но интересно другое. На вопрос психолога, выполнили ли они требование, все ученики из строгой школы говорили «да». Дети из второй группы отвечали честно. Исследователи пришли к выводу: авторитарная система заставляет людей лгать и изворачиваться. Америку они, конечно, не открыли, но аргументов у противников жесткой системы управления явно прибавилось.

 

Глас вопиющего / Общество и наука / Телеграф

 

Руководство Женской теннисной ассоциации (WTA) собирается буквально заткнуть рот спортсменкам, сопровождающим удары по мячу сильными криками. По словам главы WTA Стэйси Алистер, начать борьбу с выкриками на корте ее вынуждают многочисленные жалобы зрителей, у которых резкие звуки вызывают сильное раздражение. Недовольны и сами теннисистки — они считают это нечестным трюком, нацеленным на то, чтобы отвлечь внимание соперницы. Самые громогласные в туре — россиянка Мария Шарапова, чей крик достигает 105 децибел, и Виктория Азаренко из Белоруссии. Ей, кстати, во время матча с Сереной Уильямс в Торонто судья уже сделал замечание. Но начать решили с тех, кто учится в знаменитой Академии Ника Боллетьери, из которой вышли самые крикливые девушки. Правда, ученые выяснили, что крик увеличивает силу удара и улучшает баланс. Так что без этой особенности женский теннис может потерять остроту и стать менее азартным.

 

Не счесть алмазов... / Общество и наука / Телеграф

 

Знаменитая физико-географическая карта СССР площадью 26 квадратных метров, выполненная из яшмы, алмазов и рубинов, станет еще богаче после реставрации, которой займутся петербургские мастера.

 

Error while converting HTML content. URL : java.lang.IllegalArgumentException: String is not valid

Лицензия на убийство / Общество и наука / Культурно выражаясь

 

Нам говорят, что гибель Муамара Каддафи в истории Ливии «открывает новую светлую страницу». Что та дикость, которую мы видели на телеэкранах, когда толпа терзает окровавленного, но еще живого ливийского лидера, — это высшее торжество демократии. Хиллари Клинтон еле удалось скрыть радость. «Вау!» — произнесла она, когда ей показали труп Муамара Каддафи.

Представители НАТО не раз заявляли, что резолюция Совбеза ООН под номером 1973 якобы дает им право на нанесение ударов непосредственно по Каддафи, хотя об этом в резолюции не было ни слова. Именно в ходе «охоты на полковника» авиация НАТО доблестно уничтожила его дом. Каддафи выжил, зато погиб один из его сыновей и трое внуков.

Вдохновленное самой демократической страной мира и самым демократическим военным альянсом, убийство Каддафи стало неоспоримым торжеством демократии. В конце концов, и убит он был очень демократично — толпой повстанцев, то есть, извините, подонков, самым ярким моментом в жизни которых так и останется позирование рядом с трупом их растерзанного лидера, который не захотел покидать свою страну. Каддафи, что бы ни говорили, был, безусловно, лидером. Он был одним из последних в плеяде революционеров ХХ века, перевернувших мир от Латинской Америки до Китая. От той плеяды остался только Фидель Кастро, но надолго ли?

Я встречался с Каддафи в конце декабря 2009 года, когда брал у него интервью в его резиденции Баб-аль-Азизия в пригороде Триполи. Туда, на территорию бывшей военной базы, Каддафи переехал после очередного покушения на него — по их числу он был тоже лидером арабского мира. Ливийский лидер принял меня не в своем знаменитом бедуинском шатре, а в огромной библиотеке. Разговор длился больше часа. Передо мной сидел очень уверенный в себе — возможно, даже слишком уверенный в себе человек в длинных коричневых одеждах и черной шапочке, из-под которой выбивались курчавые волосы. Он говорил негромко, медленно, словно подчеркивая значение каждой сказанной им фразы. Говорил, что дружит с Путиным и Берлускони, и заверял меня, что президент Обама как лауреат Нобелевский премии мира просто еще не успел проявить себя, но обязательно проявит. Ведь Обама — сын Африки, первый черный, прошедший через все страдания и ставший президентом США. А потому он, Каддафи, хотел бы, чтобы Обама остался президентом США пожизненно.

Что ж, Обама с тех пор проявил себя — и в полной мере. Узнав о расправе над Каддафи, он с улыбкой заявил, что с этого момента начинается новая демократическая страница в истории Ливии. Но может ли начаться «новая светлая страница» со зверского убийства и глумления над трупом? Лауреат Нобелевской премии мира Обама, видимо, считает, что может.

Был ли Каддафи виновен перед народом Ливии, а если и виновен, то в чем — правды об этом мы уже не узнаем. Вердикт «виновен» был вынесен ему задолго до его убийства. А остальное доделает мощная пропагандистская машина. Нам теперь станут постоянно объяснять, каким он был страшным тираном, проклятием для своей страны, и как чудовищно было при нем жить в Ливии.

При этом нам не будут говорить, что ВВП на душу населения в Ливии в 2009 году превышал 14 тысяч долларов (для сравнения: в России он составляет 16 тысяч долларов). Что именно при Каддафи Триполи стал современным процветающим городом с прекрасными дорогами — и это я видел собственными глазами. Что бензин там стоил — на наши деньги — 75 копеек за литр. Или что сами ливийцы давно уже не убирали мусор и не чистили канализацию — все за них делали иммигранты из более бедных арабских стран.

Нет, этого мы не услышим, потому что высшее торжество западной демократии — убийство Каддафи — требует совсем другой легенды. А также сокрытия правды, той правды, которая совершенно не нужна Западу и его лидерам. Потому Каддафи и не должен был дожить до суда или судилища — ни в Триполи, ни в Гааге. Сошлюсь на американское издание «Форин полиси», которое откликнулось на смерть Каддафи статьей «Человек, который слишком много знал». Издание считает: участь Каддафи была предрешена. «Говоря по-простому, Каддафи слишком много знал. Если бы его взяли живым… он бы почти наверняка рассказал о том, насколько близкими были его отношения с французским президентом Николя Саркози и британским премьером Тони Блэром, о подробностях сотрудничества его правительства с западными разведывательными службами в деле борьбы с терроризмом». Иными словами, Каддафи просто нельзя было оставлять живым.

Но его смерть — это и урок. Мы видим, что несколько держав во главе с США выписали себе бессрочную лицензию на убийство. До Каддафи был Милошевич. Потом был Саддам Хусейн. Будут и другие.

Каддафи казалось, что, отказавшись от собственной программы создания оружия массового уничтожения и предоставив западным концернам крупные контракты, он избежит такой участи. Но он ошибся. Демократия в исполнении НАТО, как языческий идол, требует постоянных жертв.

Но я отказываюсь верить в такую демократию, которая выписала себе лицензию на убийство.

Алексей Пушков

ве­ду­щий прог­рам­мы «Постскрип­тум»

 

Охота на Безногого / Общество и наука / Общество

 

Недавняя ликвидация американским спецназом Усамы бен Ладена уже вошла в историю спецслужб как одна из самых результативных спецопераций. В ней был применен весь инструментарий средств — филигранная агентурная работа, спутниковое слежение, использование беспилотной авиации и в финале — молниеносный бросок спецназа. Но мало кто вспоминает о том, что пять лет назад — 10 июля 2006 года — по еще более изощренному сценарию российские спецслужбы уничтожили одного из самых опасных и одиозных лидеров северокавказского подполья Шамиля Басаева. Кстати, именно тогда западные эксперты по борьбе с терроризмом предположили, что следующим будет бен Ладен.

Всех 26 участников «спецмероприятия» по ликвидации Басаева наградили боевыми орденами — в основном это были ордена Мужества и медали ордена «За заслуги перед Отечеством» разных степеней. Мало кто знает, что больше половины награжденных — 18 человек — в приказе, подписанном Владимиром Путиным, имеют так называемую литеру «С». Это означает, что даже приказ о награждении совершенно секретный, не говоря уже о самом задании. Кстати, в операции принимали участие практически все российские спецслужбы. О том, как на самом деле ликвидировали Басаева, спустя пять лет «Итогам» на условиях анонимности рассказал один из непосредственных участников той операции.

— Сколько времени готовилась операция?

— Мы активно охотились за Безногим (так в спецслужбах называли Басаева, потерявшего стопу после ранения. — «Итоги») давно — с 1995 года, после его рейда в Буденновск, но он все время опережал спецслужбы буквально на несколько часов. Например, ногу ему оторвало в 2000 году, когда путем оперативной комбинации его вместе с отрядом заманили в пойму реки Сунжи. Эту зону артиллерия утюжила сутки, были сотни трупов, а Басаев ушел, хоть и раненый.

После того как два года спустя сотрудники УСО (Управление специальных операций ФСБ. — «Итоги») ликвидировали Хоттабыча (полевой командир Амир ибн аль-Хаттаб. — «Итоги»), Шамиль тени собственной боялся. Общался только с проверенными людьми из ближнего окружения, которых было не больше двух десятков, по спутниковому телефону звонил очень редко. В Чечне почти не показывался, отсиживался в горах в Ингушетии. Одной из самых успешных операций могла стать попытка его ликвидации в феврале 2004 года. Тогда мы получили информацию о том, что Басаев и его группа могут базироваться в лесном массиве на границе Чечни и Ингушетии неподалеку от селения Али-Юрт. «Духов» накрыла авиация, а когда «спецы» добрались до места, там были только трупы — человек шесть или восемь. Среди убитых был опознан некий Ризван, который отвечал у Безногого за связи с прессой и представителями всяческих правозащитных организаций и официальных структур. При нем обнаружили записную книжку с телефонами некоторых чиновников и корреспондентов в основном иностранных СМИ. Однако Басаева среди убитых не было, хотя, по оперативной информации, буквально накануне авиаудара он записывал очередной видеоролик для экстремистского сайта именно на этом месте. После спецоперации в прессе появилась информация о гибели Басаева. Журналисты писали, что он скончался от тяжелого ранения и тайно захоронен в горной части Веденского района Чечни. Однако тогда Басаев нас переиграл. И вот зимой 2005 года мы получили информацию, что у его банды серьезные проблемы с оружием и боеприпасами. Люди есть, а вот вооружать их нечем. Прошли те времена, когда Безногий мог спокойно покупать оружие у продажных ментов или военных — к пятому году, не поверите, отчитываться приходилось едва ли не за каждый патрон. На этом и решили сыграть.

— Кто участвовал в операции и как она готовилась?

— Все докладывалось Директору (глава ФСБ России, на тот момент Николай Патрушев. — «Итоги»), а участвовали практически все службы — ФСБ, СВР, ГРУ и даже МВД на определенном этапе. Через агентуру Безногому «загрузили» информацию о том, что братья по вере из Ирана готовы прислать ему крупную партию оружия. В основном это были мины, самодельные пусковые установки для НУРСов, ну и стрелковое оружие, включая гранатомет АГС-17 «Пламя». Точный маршрут движения оружейного каравана называть не стану — многие участвовавшие в цепочке на территории других стран до сих пор могут попасть под удар. Арсенал формировался в Иране и собирался, что называется, с миру по нитке — по крайней мере, на некоторых упаковках с реактивными снарядами был нанесен логотип ВВС Саудовской Аравии. Для спецслужб уже давно не секрет, что ряд поддерживающих мировой джихад экстремистских группировок, базирующихся в Иране, имеет прочные связи с чеченскими сепаратистами. Из Ирана оружие перебросили в Турцию, где партию уже ждали люди Басаева. Кстати, по политическим или каким еще мотивам роль Турции в войне на российском Северном Кавказе замалчивается. Хотя именно там по сей день отлеживаются в частных клиниках все раненые амиры, оттуда идет финансирование и даже оружие бандподполью. Но хоть разведка наша, слава богу, работает.

Вот тут недавно читал где-то (улыбается), что раненый Умаров тоже может скрываться в Турции, где у его брата в Стамбуле есть дом. Дать, что ли, наводку «морским котикам»…

В общем, из Турции оружие ушло в Грузию и уже потом в Ингушетию.

— Как оружие перемещалось по российской территории?

— На территорию Ингушетии партия оружия въехала на КАМАЗе с осетинскими номерами. Она была спрятана в кузове с двойными бортами. Чего я только не читал в СМИ потом — что водителям подсыпали снотворное, что их отвлекали какие-то специальные женщины. На самом деле все было гораздо проще — водилу, получившего, кстати, пять тысяч долларов за перегон грузовика из Осетии в Ингушетию, просто отправили спать, а машину загнали в большой ангар. Было это в одном из небольших приграничных поселков в Ингушетии. Вот тут и началась работа.

Понимаете, это только в кино все просто — устраивай засаду, всех мочи в сортире, а потом считай трупы и трофеи. Мы же, как и все спецслужбы, — бумажная контора. Это означает, что все оружие необходимо было переписать, внести в протокол, ведь за него государевы деньги уплачены — около 300 тысяч долларов! Если бы по каким-то причинам оружие попало к боевикам, под суд отправились бы все причастные к планированию операции.

Предстояло за считаные часы извлечь всю партию, переписать оружие, включая его номера, а потом максимально аккуратно загрузить обратно. Прокурорские (следователи прокуратуры. — «Итоги») буквально падали от усталости, но за четыре часа все сделали. В арсенал заложили дистанционно управляемую мину, собранную нашими специалистами.

Я не могу рассказывать обо всех деталях последней фазы операции, но как только все было готово, Безногий получил информацию, что его груз пришел в Ингушетию. На всякий случай в КАМАЗе было аж три радиомаячка, по которым перемещение грузовика отслеживалось где через обычную сотовую связь, а где при помощи средств космической разведки.

— Неужели все прошло гладко?

— Конечно, нет. Ведь об операции знал строго определенный круг лиц, а машина с оружием не раз пересекала и государственную, и административную границы. Что бы там ни говорили, но на блок-постах ребята работают нормально, то есть КАМАЗ этот вытряхнули бы при первом же шмоне. Вводить в курс дела стоящих на блоках или их начальство было очень рискованно — информация могла запросто утечь к боевикам. Поэтому работали по старой проверенной схеме угонщиков — перед грузовиком шла машина, а то и несколько машин с сотрудниками местных республиканских МВД. Ребята заходили на блок и говорили, что следующий сзади грузовик — их машина, выполняет коммерческий рейс, шмонать ее не надо, а то груз протухнет, и даже, не поверите, взятки давали! Причем начальство на радостях потом никого не наказало из тех, кто взятки брал.

На ингушской границе грузовик с оружием встречал ближайший помощник Безногого, так называемый амир ингушского Джамаата Али Тазиев, известный под прозвищем Магас. Этот бывший милиционер (до 1998 года служил в Управлении вневедомственной охраны МВД Ингушетии. — «Итоги») был одним из самых кровавых боевиков, а арестовать его удалось лишь прошлым летом. Магас был организатором всех самых крупных терактов на территории Ингушетии — начиная от взрыва РОВД Назрановского района и заканчивая многочисленными покушениями на сотрудников МВД республики. Тазиев по спутниковому телефону сообщил Басаеву, что грузовик с оружием пересек ингушскую границу, и Безногий лично отправился встречать караван.

Ночью 10 июля грузовик в сопровождении трех легковых машин, включая бронированную «Ниву» с Басаевым, появился на окраине села Экажево Назрановского района Ингушетии. Кстати, машина террориста внешне ничем не отличалась от обычной, а бронировали ее местные умельцы, наварив на двери и элементы кузова стальные листы. На спинки сидений были надеты армейские бронежилеты, что делало пассажиров практически неуязвимыми для стрельбы из стрелкового оружия по их уезжающей машине.

Мы просто не имели права на ошибку, а потому пришлось взрывать КАМАЗ. Рвануло по-доброму, там же как-никак было больше двухсот мин и килограммов 140 тротила. Жахнуло так, что во всей округе стекла повылетали. Шансов там ни у кого не было, Безногого и троих моджахедов просто в пыль разорвало, еще троих, включая водителя, можно было опознать. Прокурорские до шести часов утра все это фиксировали. Я описываю примерный ход операции — поймите правильно, некоторые из ее участников до сих пор на службе, в том числе и на нелегальном положении, какие-то излишние подробности могут им очень навредить, поскольку есть вещи, известные очень узкому кругу людей — буквально двоим или троим.

— На этом операция закончилась?

— Первый этап — да. Но еще надо было людей из-под удара вывести, которые в операции участвовали. Ведь боевики потом еще месяца два шерстили цепочку, пытаясь понять, как все произошло. Не нашли. Распространяться на эту тему не буду, скажу только, что деньги все любят. Как я понимаю, и бен Ладена по той же схеме прибрали — кто-то из ближнего круга получил хорошую прибавку к жалованью боевика, ну и сдал своего шефа с потрохами. Есть вещи, на которые родина денег не жалеет.

— О какой сумме может идти речь?

— Без комментариев.

— Почему нельзя было взять Басаева живым?

— Вы просто не знаете Басаева, это же не спящий в окружении жен бен Ладен! Если бы Безногий даже не увидел, а почувствовал что-то тревожное, он бы сразу же скрылся, как уже бывало не раз. Шамиль был едва ли не самым «продуманным» из террористов. Есть информация, что эти качества недоучившемуся студенту Московского института инженеров землеустройства привили некие инструкторы, которые готовили его для участия в боевых действиях на территории Абхазии в 90-е годы. Я лично так не думаю. Басаев сам по себе был человеком, обладавшим поистине звериной хитростью. Ведь посмотрите, он, по сути, все время оставался неформальным лидером чеченских боевиков. Нет, были, конечно, и Дудаев, и Масхадов, но Безногий так смог поставить себя, что основные решения принимал сам. Более того, в его случае поговорка о том, что короля играет свита, подходит как нельзя лучше. Он окружил себя действительно профессионалами. Это и бывшие сотрудники милиции, входившие в его личную службу безопасности, и бывшие военнослужащие, и даже те, кто работал над его имиджем, организуя интервью в иностранных СМИ. В отличие от того же Радуева все операции Безногий планировал самым тщательным образом. К тому же есть информация, что при всей своей одиозности Басаев имел неформальные контакты с некими влиятельными чиновниками из околоправительственных структур. По моему мнению, Шамиля совсем не зря называли русским бен Ладеном.

— Почему же до сих пор не ликвидированы другие лидеры бандподполья на Кавказе?

— Ну почему? Основных всех практически вышибли, остались самозваные амиры и Умаров, который вроде как ранен после авиаудара в Ингушетии. Адресная ликвидация лидеров требует длительной проработки. Особенно если речь идет о работе среди моноэтнических террористических групп. Информацию порой приходится ждать годами, а люди, которые ее добывают, каждый день рискуют жизнью — контрразведка у боевиков работает отлично, да и, что греха таить, в некоторых республиках из силовых ведомств течет информация прямо к лесным братьям.

Григорий Санин

Ека­те­ри­на Мас­ло­ва

 

Защитник в Отечестве / Общество и наука / Спецпроект

 

Артельные старатели и известные юристы, коммунисты-номенклатурщики и те, кого в прессе называют мафиози, олигархи-миллиардеры и подпольные коллекционеры, несостоявшиеся политики и знаменитые актеры… У этих невероятно разных представителей рода людского общее одно: всех их защищал или защищает Генрих Падва. Львиную долю из своих восьмидесяти лет Генрих Павлович посвятил служению Фемиде. Человек доступный и простой, о своем юридическом призвании он говорит по-державински высокопарно.

«Итоги» встретились с Генрихом Падвой в его рабочем кабинете в адвокатском бюро «Падва и Партнеры». Там, под сенью миниатюрной фигурки Дон Кихота (а вовсе не Фемиды), и состоялась эта беседа.

— Смотрю, Генрих Павлович, на ваш послужной список, и складывается впечатление, будто вы специально подбираете клиентов. Что ни судебное дело, так непременно громкое имя подзащитного…

— Чепуха какая! Есть, конечно, адвокаты, которые звонят и предлагают людям, попавшим в беду, свои услуги. Но я в жизни этим не занимался, видит Бог! Напротив — люди сами всегда мне звонили и просили о помощи. Почему именно ко мне обращались? Наверное, профессиональное имя уже за себя работает.

— И каждого защищаете? Совершенно любого?

— Взялся бы за любого. Хоть за Чикатило, Гитлера и Сталина. Принципиально нельзя отказываться от защиты ни одного человека, в чем бы его ни обвиняли. Иначе я не профессионал. Выходит, если я выбираю подзащитного, значит, я ему уже судья. А на самом деле это должен выяснить суд. Я не вправе отказываться от защиты любого обвиняемого по аналогии с врачами, которые должны лечить каждого. Скажем, врачу привозят раненого бандита, насильника, и врач его оперирует, лечит. Исполняет свой профессиональный долг. Так и адвокат защищает не преступника, а гражданина, которого обвиняют в том, что он нарушил закон.

Да, я защищал Славу Япончика — Вячеслава Иванькова, провозглашенного вором в законе, — но только суд решал, бандит он или нет…

— Но вряд ли вы будете оспаривать тот факт, что Япончик являлся «крестным отцом» преступного мира?

— Ну и что? Такое мнение вовсе не являлось поводом для отказа от защиты Иванькова. Как-то в середине 70-х ко мне пришли двое мужчин весьма респектабельного вида. Они утверждали, что Иваньков необоснованно привлекался к уголовной ответственности, и попросили меня о помощи. Иванькова обвиняли в грабеже, покушении на жизнь работников милиции плюс еще в хранении и применении огнестрельного оружия. А дело было так… Один известный в ту пору театральный администратор — назовем его М. Г. — направлялся к своему автомобилю, припаркованному на Новом Арбате, когда появился Иваньков и завел с ним разговор. После чего администратор передал Иванькову ключи от своего «Москвича», за рулем которого тот благополучно поехал по своим делам. А М. Г., не теряя времени, пошел в милицию и сделал заявление, что под угрозой оружия у него отобрали машину. Вечером того же дня «Москвич» с Иваньковым за рулем и с молодой девушкой рядом с ним появился у Театра Советской армии. Как только машина остановилась, к ней поспешил М. Г., которого сопровождали два рослых человека в штатском. Заметив их, Вячеслав Иваньков дал газу. И неспроста: люди, сопровождавшие администратора, выхватили пистолеты и открыли огонь по машине. По дальнейшим заявлениям обвинения, мой клиент тоже начал стрелять.

Короче, у «Москвича» оказалось пробито три колеса, но, как говорится, «на честном слове и на одном крыле» Иванькову удалось оторваться от преследования. Вскоре милиция обнаружила изрешеченный автомобиль, в котором лежала в полуобморочном состоянии барышня, сопровождавшая Иванькова, к счастью, даже не раненная. Сам же водитель пропал. След его нашли только через полгода. Иваньков опять был за рулем, на этот раз — собственной машины. После ареста Иванькову предъявили обвинение в том, что завладение «Москвичом» М. Г. является грабежом, а бегство от работников милиции (которые, правда, были в штатском) и стрельба расценены как преступления против органов правопорядка.

Иваньков же изложил свою версию. Театральный администратор задолжал ему немалую сумму, которая равна стоимости автомобиля. Когда во время встречи Иваньков потребовал вернуть деньги, М. Г. в качестве залога отдал ему машину и обещал вечером при встрече на площади Коммуны вернуть долг в обмен на ключи. Что было дальше, вы знаете. Кстати, оружия у Иванькова не было: чтобы отпугнуть нападавших, он направил на них зажигалку в виде пистолета. Именно ее вспышки и были приняты за выстрелы…

Любопытно, что в суд это дело так и не пошло. Обвинители быстро сообразили, что им не удастся оспорить версию защиты, и поэтому, как мне показалось, они с облегчением согласились с не слишком убедительной судебно-психиатрической экспертизой, признавшей Иванькова душевнобольным и, соответственно, не несущим ответственности за свои действия. Через много лет его осудили совершенно за другое преступление… После отбытия наказания он уехал в Америку, а по возвращении его вновь арестовали и обвинили в убийстве. Впрочем, тогда его адвокатом был не я, а мой друг и ученик Александр Гофштейн. Дело дошло аж до Верховного суда, до президиума, и признали, что обвинение не доказано.

— Вижу, у вас в кабинете много красивых вещей: статуэток, шкатулок, антикварных кукол… Наверное, это подарки клиентов, чьи дела вы выиграли?

— Нет, это презенты от моих друзей — по случаю дней рождения, юбилеев всяких... Подарки мне после процессов дарят очень редко. Из всех обвиняемых, которых мне пришлось защищать, только двое остались моими друзьями. Большая часть тех, кого оправдали моими стараниями, никогда не звонит мне по праздникам, они живут так, словно меня вообще не существует… Кто-то сказал, что это синдром пациентов врача-венеролога: те, кого он когда-то вылечил от «нехороших» болезней, завидев доктора, тут же перебегают на другую сторону улицы.

— Изменилось ли сегодня в глазах властей и общественного мнения восприятие профессии адвоката по сравнению с советским периодом?

— Существенно изменилось. В СССР адвокаты были чем-то вроде пятого колеса в телеге правосудия. Неспроста мне часто приходилось защищать коллег-адвокатов. В восьмидесятые годы, когда в Москве правил Ельцин, в столице появилась следственная группа во главе со следователем из Свердловска Владимиром Каратаевым. У нас даже термин такой появился: «каратаевщина». Тот громогласно заявлял, что «прижмет адвокатуру», которая якобы подстрекает к даче взяток и мошенническим путем завладевает деньгами клиентов. Это был абсолютный абсурд. Пусть некоторые мои коллеги будут меня ругать, но я должен сделать признание. Долгое время в Советском Союзе в адвокатской среде существовало понятие «микст». То есть получение денег сверх таксы, помимо кассы юридической консультации. Существовал жесткий тариф услуг адвокатов, но жить на эти деньги было совершенно невозможно. Кажется, гонорар за уголовное дело составлял двадцать рублей. За особо трудное дело — тридцать… Смех, да и только! Поэтому в кассу клиент платил, скажем, двадцать рублей, а остальное лично вручал адвокату. Не в качестве взятки для следователей и судей. Это была просто достойная оплата работы. Как ни странно, но в то время совершенно не было развито взяточничество. Случались отдельные попытки подкупов, но такой повальной коррупции у судей, как сегодня, не наблюдалось… Так вот, как раз с делом моего коллеги Эдуарда Сафронского, которого я защищал в эпоху каратаевщины, и связана одна из наиболее драматических страниц моей биографии.

Сафронский помимо прекрасных профессиональных качеств обладал ироничным, порой язвительным умом и редкостной общительностью. Он мог сказать громко о каком-то судье: «А это мой старинный друг, мы вместе учились…» В таком стиле. Эта «звучность» Сафронского привела к тому, что на него обратили внимание определенные структуры. Следственные органы заподозрили, что он получал от клиентов деньги и создавал впечатление, будто эти деньги станут не только его гонораром… Полная ахинея! Но ситуация сложилась зловеще не только для моего клиента, но и лично для меня.

Одна из свидетельниц со стороны обвинения заявила, что накануне к ней приходил некто, предлагавший за мзду изменить показания. Этот человек, по ее описанию, походил на меня. В ответ на вопрос, видит ли свидетельница этого субъекта в зале заседаний, она прямо показала на меня. И добавила: «И ботиночки у него были те же, я на них внимание обратила». Эту ложь нужно было немедленно опровергнуть, и я предпочел обороне атаку. Стал уточнять, когда и в какое время у нее был посетитель. Она уверенно сказала, что вчера, около семи вечера. Это может подтвердить и ее муж. Тогда я потребовал его вызвать и допросить, а после подтверждения им времени прихода неизвестного стало ясно, что это неправда, поскольку «вчера» я провел на глазах у огромного количества людей. Сперва участвовал в судебном заседании, потом прямиком на партсобрание, где делал доклад. Упоминание этого партийного собрания и поломало доводы дамы: дескать, видимо, произошло какое-то редкостное совпадение во внешности… Сафронского полностью реабилитировали.

В тот же год я провел шесть подобных дел! Никто из моих коллег не оказался осужденным к лишению свободы.

— Помнится, вы защищали Анатолия Быкова. Он что, тоже был белый и пушистый?

— Он, председатель совета директоров Красноярского алюминиевого завода, был истинным хозяином края. В прошлом спортсмен и преподаватель физкультуры, Анатолий Быков навел в 90-е годы порядок в крае. Его боялись… Но при этом Быков слыл большим меценатом, построил в Сибири три храма разных конфессий...

Напомню, на выборах в крае в 1998 году Быков поддерживал Александра Лебедя, генерал легко победил и занял пост губернатора. Тогда-то двум медведям и стало тесно в одной берлоге… С каждым днем разногласия становились все заметнее. Вскоре Лебедь публично объявил, что Быков вор и поэтому должен сидеть в тюрьме. Органы расценили это как команду «фас!» и возбудили дело. Когда был убит один красноярский предприниматель, кое-где тут же «возникли подозрения», что Анатолий Петрович к этому причастен. Следователи не утверждали, что он сам убивал, но недвусмысленно намекали, что алюминиевый магнат мог быть заказчиком. Тут же обнаружились и показания, косвенно подтверждающие причастность Быкова к преступлению. Якобы именно в его доме состоялся сговор на убийство. Там же, дескать, спрятали и пистолет, из которого был застрелен несчастный предприниматель.

Для меня было ясно, что дело дутое, но Интерпол задержал Быкова в Венгрии. Вскоре его экстрадировали в Россию. Мы обращались в суды Красноярска с ходатайствами об освобождении Быкова из-под стражи, он никогда ранее не привлекался к уголовной ответственности, за него ручались уважаемые люди. И суд в конце концов внял этим просьбам. Это вызвало гнев у Лебедя. «Какая же б...ь посоветовала ему обратиться к Падве?» — спросил генерал свою помощницу. И услышал в ответ: «Она сидит перед вами...» Дело в том, что эта женщина ранее работала в Москве, где занимала видный пост на телевидении. Телевизионщики, которых на фестивале в Красноярске принимал Быков, восторженно о нем отзывались. Кстати, по их просьбе я и принялся защищать тогда Быкова...

Итак, дело застопорилось, и тут прокуратура решила начать против моего клиента новое дело. Так получилось, что доверенным лицом Быкова в ту пору, когда он находился за рубежом или сидел в тюрьме, являлся Павел Струганов по прозвищу Паша Цветомузыка. Он, кстати, и заключал договор с нами, адвокатами. Он же и стал главным действующим лицом в новом деле. Быкова обвинили в том, что он нанял киллера — некоего Василенко — для убийства Паши Цветомузыки. И якобы произошло это как раз перед тем, как Быков поручил своему облеченному доверием человеку — тому же Струганову — координировать свою защиту. Невероятное противоречие с обвинением!

Дальше — больше. Следствие пошло на инсценировку убийства! Причем сразу двух человек: Паши Цветомузыки и его приятеля Исмендирова. На этот раз — в Москве, на Кутузовском проспекте. На всю страну растрезвонили, что нашли трупы. Налетели журналисты, телевидение. У них на глазах выносят из подъезда завернутые в какой-то полиэтилен два тела и увозят.

Мне все это изначально показалось подозрительным. Едва обнаружили трупы и тут же стали выносить их с места преступления. По правилам должны были приехать следователи, осмотреть место происшествия, опросить потенциальных свидетелей… Затем должен прибыть судебно-медицинский эксперт. Это кропотливая, многочасовая работа. А тут трупы сразу вынесли! Причем вперед головами, а не ногами, заметьте!

Обо всех этих неувязочках я заявил публично. Сообщил, что никто не видел лиц убитых, что трупы увезли в морг на «скорой помощи», а не на специальной машине… Мои сомнения переросли в уверенность: это спектакль, не более того. Позднее, познакомившись с делом, я увидел — это и в самом деле фальшивка. Впрочем, работники милиции и правда выносили двух людей. Только не Струганова с другом, а сотрудников МВД — живых, согласившихся сыграть роль покойников. Для чего была необходима вся эта катавасия? А для того, чтобы после этой инсценировки Василенко мог приехать к Быкову с диктофоном в кармане. Нужно было уличить его в том, что он действительно сделал заказ на убийство.

Запись беседы, сделанная тогда, по моему мнению, скорее опровергала причастность Быкова к преступлению, а не доказывала ее. Увидев Василенко, Быков поражается: «Ты что тут делаешь?» Киллер в ответ: «Ну вот, я Пашу убил». «Так это ты? — еще больше удивляется Быков. — За что?» — «Так он что-то вроде против тебя мутил», — крутит вокруг да около Василенко. Он не говорит: ты мне сам поручил, заказ сделал! Но в процессе разговора, когда Василенко спрашивает, что ему теперь делать, Быков дает совет: беги, удирай. Таким образом, как бы поддерживает убийцу — и Василенко, раскрученный милицией, принимается давать против Быкова показания. В конце концов дело против Быкова направили в суд. Дело рассыпалось на глазах, и в итоге судьи решились на невероятное. Быкова признали виновным в организации покушения на убийство, но наказание определили условным с испытательным сроком в несколько лет и освободили его из-под стражи. Вдумайтесь только: человек вроде бы причастен к организации тяжелейшего криминала, а его выпускают с испытательным сроком. Абсурд!

С приговором Мещанского суда Москвы мы не примирились и обратились с жалобой в Страсбург, в Европейский суд по правам человека. Он признал, что Быков незаконно содержался под стражей, и присудил России выплатить более двадцати тысяч евро. Как адвокат я, казалось бы, мог радоваться победе. Но мне было горько: доколе российские налогоплательщики еще будут платить по счетам наших правоохранительных органов, не соблюдающих законы?

— Как я понимаю, вопрос чисто риторический. Для некоторых российских правоведов честь и достоинство — понятия табуированные. Вы же сами в своей практике с такими людьми сталкивались.

— Да, я одним из первых в России начал вести такие дела. История с наследством Шаляпина была особенно громкой. Дело это длилось более двух лет и закончилось нашей безоговорочной победой. Моими доверителями были Музей музыкальной культуры имени Глинки и Павел Пашков, ученый, доктор физико-математических наук, душеприказчик дочери Шаляпина Ирины Федоровны. Они обратились в суд с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации к газете «Рабочая трибуна» и к автору, напечатавшему в ней статью. Суть конфликта такова: газета написала, что Шаляпин оставил своей дочери Ирине Шаляпиной-Бакшеевой большое наследство в виде драгоценностей, картин, икон. Ирина же, драматическая актриса, которая была замужем за художником Павлом Пашковым — в этом роду все мужчины Пал Палычи, — в свою очередь распорядилась после ее смерти передать все отцовские ценности указанным в ее завещании не только родственникам, но и музеям, школам… Однако, по версии «Рабочей трибуны», часть коллекции Шаляпина исчезла. Якобы Пашков недобросовестно распорядился наследством. Недвусмысленно намекалось и на то, что музей имени Глинки в Москве, где хранилась часть шаляпинского наследия, причастен к его разбазариванию.

Чтобы это опровергнуть, мне пришлось провести страшно кропотливую работу: я стал едва ли не биографом Шаляпина! Ведь огромную роль играли малейшие детали завещания великого певца. Мне даже потребовалось доказывать суду, что Пал Палыч-старший из того самого дворянского рода, который владел знаменитым Домом Пашкова в Москве, был мужем Ирины Шаляпиной. Свидетельство-то об их браке было утеряно… Для подтверждения правоты моего доверителя нам даже пришлось разыскивать какую-то серебряную кружку Шаляпина, которая была указана в описи, но в музее имени Глинки почему-то не оказалась. Ответчики удовлетворенно потирали руки: «Все-таки украли...» Однако суду в конце концов были представлены доказательства, что кружка не потеряна, а находится в экспозиции музея. Только не московского, а питерского.

Нанервничался я тогда с избытком. Но был очень рад, когда справедливость восторжествовала. Суд обязал ответчиков не только опубликовать опровержение, но и выплатить Пашкову за моральный ущерб один миллион рублей, которые он — идеалист! — так и не получил.

— Многие вспоминают еще и так называемое ижевское дело, или дело Высоцкого, которое на рубеже 70—80-х стало одним из наиболее ярких проявлений противостояния «адвокат — власть». До того, как вы стали защищать Владимира Высоцкого, вы давно были с ним знакомы?

— В жизни многое зависит от случайностей. В начале семидесятых в семье встал вопрос, куда на лето пристроить дочку. В итоге Ирку отправили вместе с ее троюродным братом в пионерлагерь ВТО — Всероссийского театрального общества. Тогда-то моя дочь и подружилась — не разольешь водой! — с девочкой, носившей известную театральную фамилию Абдулова. Юля была внучкой великого актера Осипа Абдулова и дочерью Всеволода Абдулова, артиста Московского художественного театра. И после каникул, по возвращении в Москву, девчонки продолжали «взапой» дружить. В один прекрасный день мне позвонила мама Юли: «А не пора ли родителям познакомиться, если их дети так дружат?» В общем, мы были приглашены на ужин. Так мы подружились с Севой. А благодаря ему я познакомился и с Высоцким.

Произошло это в ресторане-поплавке на Москве-реке во время работы над картиной «Место встречи изменить нельзя». Снималась сцена, когда Глеб Жеглов задерживает подозреваемых деляг в ресторане. А через несколько дней я оказался за кулисами Театра на Таганке. Там впервые увидел Высоцкого близко и, не скрою, поразился. Зная его роли и песни, я думал встретить если не богатыря, то просто крупного мужика с внешностью горлопана-биндюжника. А передо мной стоял щуплый молодой человек небольшого роста, модно одетый, я почему-то обратил внимание на узконосые туфли… Вопреки досужим слухам у Владимира Семеновича было немного друзей. Но мы с ним время от времени пересекались в разных компаниях, бывал я у Высоцкого и дома, и в театре. Вскоре настала и пора, когда мне пришлось оказать Володе профессиональные услуги.

— В каком году это было?

— В семьдесят девятом. Я с моим другом отправился на машине отдыхать на юга. Ездим по Кавказу, приезжаем в Тбилиси — и начинаются чудеса! Уже на въезде в город видим афиши Театра на Таганке. Оказывается, он в Грузии гастролирует. Говорю Коле: «Надо найти ребят. И на спектакль заодно сходим, а то в Москве до «Таганки» не доберешься…» Играли они в каком-то клубе. Помню, идем, спрашиваем у грузин, где тут у вас артистические уборные. А коридор длинный-длинный такой. Вижу, издали три человека идут. Разглядеть не могу, света мало. И тут слышу неповторимый, знакомый, хриплый голос Высоцкого: «Мать твою, сам Герка здесь!» Я остолбенел: «Чего так?» А Володя: «Мы идем и думаем, как тебя найти…» Оказывается, возникли очень тревожные для Высоцкого обстоятельства. Накануне к Володе приезжал следователь из Ижевска, он допрашивал его и Валеру Янкловича.

— Того самого Янкловича, который был администратором Театра на Таганке и порой помогал Высоцкому организовывать его выступления?

— Да. Валеру Янкловича я знал раньше, он жил в моем переулке — Большом Сухаревском — как раз наискосок… Так вот, выяснилось, что арестованы администраторы концертов Высоцкого. Высоцкого и Янкловича допрашивали в связи с гастролями Володи в Удмуртии. Взялись следаки за это дело серьезно. Дело вел полковник — не рангом ниже. Фамилия его, никогда не забуду, Кравец… Высоцкий говорит: «Решили к тебе обратиться. Надо людям помочь». Меня поразил альтруизм этого человека. В критический момент он думал «о людях», а не о себе. Я же сразу понял, что эта катавасия складывается для него весьма опасно… Суть простая. Даже самые известные гастролеры Советского Союза — Муслим Магомаев, Валентина Толкунова, Алла Пугачева, Геннадий Хазанов — имели совершенно мизерные концертные ставки. Собирали же они целые стадионы. Знаете, каким был гонорар звезды такого ранга в ту пору? Семь рублей пятьдесят копеек.

— Я читал, что Владимиру Высоцкому оплату одного концерта едва ли не в исключительном порядке подняли до девятнадцати рублей…

— Потом так оно и было. Что делали администраторы? Чтобы привлечь звезду, они платили по устной договоренности и наличными. И, конечно, вынуждены были мухлевать. Способов было немало. Продавали билетов во дворец спорта, предположим, на пятнадцать тысяч рублей. Часть денег официально проводили по ведомости, оприходовали. А часть — клали себе в карман. Неучтенные билеты уничтожали, в прямом смысле слова сжигали, зрителей же в зал проводили, минуя контроль, «со стороны» — ведь часть денег собирали буквально из рук в руки по организациям. Потом, конечно, расплачивались за аренду зала, кое-что отдавали государству, а что-то и себе оставляли…

Парадокс в том, что про эту кухню знала вся страна. Иначе артистам по-человечески невозможно было заплатить. Высоцкому платили 200, а иногда 300 рублей за концерт. Тогда это были немалые деньги. По такой схеме действовали и в Ижевске. Администратор там был очень грамотный, толковый мужик, принципиально не желавший работать на советскую власть. Фронтовик, сам бывший артист балета. Он бы, конечно, так просто перед провинциальными следователями не раскололся. Но они взяли первым молодого парня, тоже из администраторской бригады, и раскрутили его по полной. Произошло это после концерта в городе Глазове. Деталей сейчас уже не помню. Кажется, по весне кто-то «подписался» под концерт Высоцкого в клубе на берегу реки. А там дорог нет, к клубу, если низину развезет, не подъедешь. Но на это не обратили внимания. И как назло, река разлилась: моста нет, много народа на лодках не подвезешь. В общем, концерт все равно состоялся, но администраторам пришлось с нереализованными билетами слишком грубо химичить…

Летом 1979-го Владимир Высоцкий неожиданно узнает, что арестованы организаторы его концертов в Удмуртии. Его самого вызывают для дачи показаний в Ижевск, но Володя уезжает на гастроли. Тогда следователь летит за ним в Грузию, чтобы провести допрос… И вдруг — я в Тбилиси тут как тут!

— Но при чем тут Высоцкий? Он же в махинациях непосредственно не участвовал?

— Конечно же, не участвовал. Но следствию было очень желательно опорочить имя артиста, который в своих стихах и песнях говорил людям правду, и поэтому, хотя формально речь шла об администраторах, было сделано все возможное, чтобы бросить тень на Высоцкого и Янкловича. К счастью, все эпизоды хищения, связанные с именем Высоцкого, суд в конце концов вынужден был исключить. Имена Высоцкого и Янкловича не были запачканы. Добиться этого было нелегко.

— Вы рисковали?

— О чем вы говорите! Они такую провокацию против меня устроили. Я висел буквально на волоске. В жизни бы потом не отмылся… Привозит как-то конвойный взвод на встречу со мной того самого ижевского администратора Кондакова, а он мне сразу: «Генрих Павлович, жуткая неприятность!» Оказывается, утром сокамерник попросил его передать письмо на волю через меня. «У нас не принято отказывать, — объяснил мне Кондаков. — Я взял письмо, но вовсе не собирался вам его отдавать. Однако его у меня обнаружили… Учинили допрос. И тогда сокамерник дал показания, что он неоднократно через меня и вас отсылал письма». А в этом письме, как выяснилось, содержались инструкции по уголовному делу, как его развалить. Если бы было доказано, что я письма осужденных передаю «в город», во-первых, с профессией можно расстаться. Во-вторых, это означает уголовное дело против меня… Провокация — без вариантов!

Начинается суд, и судья говорит: «Мне из конвойного взвода поступил сигнал…» И рассказывает известную мне историю. Я встаю: «В таком случае прошу вызвать в суд и допросить человека, который это написал». Думаю, была не была! Что-то сумею выяснить. Я-то знаю, что это подставное лицо, никаких писем я не видел и не передавал. Суд вызывает сокамерника Кондакова, и я принимаюсь его допрашивать. Раз вопрос, два!.. Вижу — поплыл, голубчик! Мне удалось его расколоть. Выяснилось, что этот человек уже давно осужден. Не первый год сидит. Так его специально привезли из лагеря и подсадили в камеру Кондакова. Он вообще не имел никакого права находиться в следственном изоляторе: он же осужден… Кроме того, какие он мог дать указания по развалу дела, если два или три года назад оно уже было рассмотрено? Значит, то, что он писал, — чистая фикция. И, представьте себе, человек признался, что его подвигнули на составление и передачу письма оперативные работники. Зачем? Я даже раскручивать дальше не стал — судья допрашиваемого перебил: «Все-все! Суду и так ясно…» Больше об этом эпизоде в ходе слушания дела не вспоминали. Вот такие бывают провокации против адвокатов…

— Вы ощущали себя диссидентом?

— Нет, я только занимался своим делом. Всегда оставался профессионалом, если так можно о себе говорить… Диссидентом в адвокатуре не был, но отказникам, отъезжающим в Израиль, помогал и диссидентов защищал. В частности Андрея Дмитриевича Сахарова.

Были неприятности у его семьи. Точнее — у Елены Боннэр, ее детей. Против дочери Боннэр совершенно определенными органами предпринималась интрига как раз тогда, когда Сахарова советские власти прессовали. Андрей Дмитриевич и Елена Георгиевна попросили меня помочь им, и, конечно, отказать я не мог. Наше общение мы пытались законспирировать, конечно же, очень наивно. Так, звонили мне только из телефонных автоматов. Когда приходили, занавешивали все окна… Смешно, конечно: органы, которые отслеживали Сахарова, все знали. Да и я надежно был у них под колпаком. Верх цинизма: эти бойцы невидимого фронта мою дочь пытались завербовать! Склоняли к стукачеству и ее подругу, девчонка прибежала ко мне вся в слезах и рассказала об этом. Свинство!

— А непосредственно на вас не оказывалось давление?

— Было дело. Дело Островского… Он был профессором, доктором наук, лауреатом Госпремии, занимал высокий пост в Госплане. Много лет преданно дружил с одинокой женщиной, незаконной дочерью царского полковника и в прошлом красавицей. После революции она стала женой сперва большевистского наркома, а потом — и одного академика. Когда-то жила как сыр в масле и всю жизнь собирала антиквариат. У дважды вдовы был единственный сын, который погиб на войне… В общем, последним близким человеком на земле у нее оставался этот Островский. Перед смертью одинокая женщина все наследство отписала Островскому. А список того, что у нее оставалось, можно было читать как приключенческий роман. Уникальные люстры, редчайшие картины, роскошные колье, музейная мебель… Все это стоило миллионы в стране, где официальных миллионеров и в помине быть не могло.

Когда после похорон отмечали девять дней, одна из приживалок нашей героини говорит Островскому: «А не считаете ли вы, что и мне что-то должно перепасть?» Тот же, человек решительный, отрезал: «Вот уж вам и нет! Вы больше других крысятничали, когда она была жива». — «Ах вот как! Тогда я знаю, куда обратиться». И обратилась. В комитете сразу же заинтересовались Островским и его наследством. Назначили — вообразите только! — посмертную психиатрическую экспертизу, которая заочно признала завещательницу сумасшедшей.

О, как характеры проявляются в такие моменты! Один полковник в отставке, Герой Советского Союза, обратился ко мне с готовностью свидетельствовать о нормальном психическом состоянии этой женщины, с которой он нередко встречался. Так на него было оказано давление на его работе: отказались отпускать его в дневное время на суд. Тогда он взял отпуск за свой счет и все равно на суд пришел…

В общем, все имущество Островского — все, до последней кровати! — арестовали и вывезли, потому как опротестовали через суд, что завещание недействительно. Я вел это дело. Оно было единственным, когда меня вызвали кое-куда и сказали: «Вы понимаете, что действуете против государства?» Я ответил: «Понимаю». На этом разговор окончился.

Выиграть это дело было совершенно невозможно. Хотя частично мы все-таки победили. Сложность заключалась в том, что приживалка-клеветница утверждала, что имеющаяся в суде опись имущества не полная, что существовало большое количество других драгоценных вещей: колец с бриллиантами, подвесок, браслетов и многого другого. Если бы этот факт был признан, Островский рисковал тем, что с него до конца дней будут взыскивать за эти якобы сокрытые вещи. Но нам удалось отбиться. Слушал дело довольно приличный человек — судья, который явно страдал сам от всей этой грязи…

Несмотря на то что суд не признал никакой вины Островского в произошедшем, его исключили из КПСС. Человек едва не потерял работу, и здоровье его было подорвано. Через некоторое время, где-то в начале 70-х, Островский заболел и умер. Когда о деле его вспоминаю, мурашки по коже бегут.

— Может, вы платили таким образом за вашу удачливость. Говорят, что большинство дел вы все-таки выигрываете.

— О чем вы? Адвокаты в нашей стране, если судились с государством, то практически всегда проигрывали. Причем без всякого прямого давления на адвоката. Такова система. Судья олицетворяет собой государство. И не надо было тратить время на доказательство вины.

— А как же презумпция невиновности?

— Да бросьте вы, это лишь красивые слова в наших условиях… Но, как я понимаю, вы перешли на уголовные дела. Задача адвоката по этим делам достаточно сложна. Если обвиняемый говорит о своей невиновности, то адвокат не должен позволить себе даже мысли допустить, что это не так. Не может же адвокат на самом деле быть уверенным, что его подзащитный, скажем, убийца или насильник, а все равно доказывать его невиновность. Это было бы безнравственно и психологически очень сложно. С другой стороны, я не могу быть убежденным в его невиновности только на основании его слов. В этом случае я должен быть только убежден в сомнительности обвинений, которые выдвигаются против моих подзащитных. Обратите внимание на формулировку: убежден в сомнительности. Вот мое адвокатское кредо. Долг человеческий должен совпадать у адвоката с долгом профессиональным, иначе грош нам цена.

— А какое дело осталось для вас самым, если можно так сказать, болезненным?

— Занозой во мне живет дело Ивинской. Ведь я проиграл его, что, увы, можно было предвидеть. Опять шел, формально говоря, против интересов государства. Против ФСБ. Они хотели все забрать, ведь речь шла о миллионах…

Ольга Ивинская была возлюбленной Бориса Пастернака, литературным секретарем и его музой. Их связывали четырнадцать лет самых близких отношений. Это она стала прототипом Лары в «Докторе Живаго». Ей поэт посвятил многие свои поздние произведения, в том числе и цикл гениальных «Стихотворений Юрия Живаго». Ивинской и ее детям Пастернак подарил рукопись своей последней работы «Слепая красавица». Им же поэт завещал и часть авторских гонораров, которые он не смог получить, за заграничные издания «Доктора Живаго». Эти деньги явились причиной повторного ареста Ольги Всеволодовны вместе с дочерью Ириной и их ссылки в политический женский лагерь под Тайшетом. Ивинскую дважды судили. Когда во второй раз посадили, все пастернаковские архивы у нее отобрали. В том числе и стихи, которые Борис Леонидович лично ей посвящал и дарил.

Циничнейшая история! Вообразите себе, по поводу этих стихотворений меня спрашивают в суде: «А где договор дарения?» То есть Пастернак должен был прежде, чем посвятить любимой стихи, оформить у нотариуса договор дарения… Мрак какой-то! Короче говоря, ничего Ивинской не вернули. Ни строчки. И я до сих пор болею этим.

— И все-таки гигантский разброс у вас, Генрих Павлович: то вы защищаете интересы Сахарова и Ивинской, то коммуниста-ленинца Лукьянова, причастного к заговору ГКЧП, то вора в законе...

— До сих пор не могу понять, как таким же образом, что и вы, могут рассуждать интеллигентные, демократически настроенные люди. Вот обратился ко мне за помощью Анатолий Лукьянов, последний председатель Верховного Совета СССР, которого зачислили в путчисты. Он имел право на защиту, как и любой другой гражданин. Да и не знал никто, виноват ли он. И в чем его обвиняли? В измене Родине. Что за бред! Родина и власть — разве это одно и то же? Если вы, исходя из вашего представления о «любви к Отечеству», будете ругать Путина или, скажем, Медведева, то что — вы изменник Родины? Члены ГКЧП не предлагали разрушить страну, закрыть ее или превратить Россию в доминион какой-нибудь Англии. Нет, они во имя России — правильно ли они понимали интересы России, другой вопрос — хотели бороться с властью, которая уже существовала.

— И тем не менее Анатолия Лукьянова не оправдали?

— Да, Анатолия Ивановича амнистировали, как и всех остальных обвиняемых по делу ГКЧП. Не согласился на амнистию только Валентин Варенников, которого в двух инстанциях оправдали. Мы с Лукьяновым долго обсуждали, стоит ли ему соглашаться на признание амнистии. Дело в том, что он несколько раз лежал в больнице. У него слабое здоровье. Хотя когда он вышел из тюрьмы, стал депутатом и долго в политике оставался. Но одно дело — жить на свободе возле жены, которая за тобой ухаживает, совсем другое — на нарах. У Лукьянова были инсульты. И тогда он мне сказал: «Если продолжать бороться, могу не выжить. Черт с ним, пусть будет амнистия!..»

Лукьянов вообще человек образованный, разносторонний. В какой-то момент нашего появления у него в тюрьме (помимо меня Анатолия Ивановича защищал Александр Гофштейн) приведенный конвоем Лукьянов говорит: «Я написал стихи». Прочел несколько стихотворений. Потом это сделалось традицией: мы приходили в «Матросскую тишину», а Лукьянов читал нам новые стихи. Потом он стал писать сонеты. Закончил целым «Венком сонетов». Причем делал он это умело, с пониманием специфики и тонкостей стихосложения… Мы были первыми слушателями его стихов. Позднее они вошли в сборник, подписанный псевдонимом Осенев.

— Вернемся к августу 91-го. Где вас застал путч?

— В Америке, где я был вместе с дочерью. Вместе с моим коллегой и соратником по Союзу адвокатов СССР Петром Баренбоймом мы написали обращение к иностранным юристам: «Обращаемся к вам с призывом поднять голос протеста против незаконной попытки военно-партийной хунты захватить власть и разрушить складывающуюся демократическую конституционную систему…» Вернулся в Москву, когда еще баррикады стояли, и не знал, что со мной будет. Морально был готов ко всему, вплоть до ареста.

— А вас самого в политику не тянули?

— Было, один раз. Когда создали Союз адвокатов, меня выдвинули кандидатом в депутаты. Я поварился немного в этом котле и понял — не мое. На Западе чуть ли не сорок процентов политиков юристы по профессии, а у нас пока что мало. Хотя вот Андрюша Макаров стал, с моей точки зрения, серьезным парламентарием… Я — вице-президент международных профессиональных союзов. Их два: Международный союз юристов и Международный союз (содружество) адвокатов. В первый союз входят адвокаты всех стран мира, и его центр — Страсбург. Второй союз — это правопреемник Союза юристов СССР, это адвокаты стран СНГ. Участия в работе этих организаций мне вполне хватало для успокоения моего политического темперамента.

Кирилл Привалов

 

Палата выживания / Общество и наука / Здоровье

 

В кардиологию деда устроила внучка. Для своих 80 лет он держался молодцом. Правда, пошаливало сердце, и поэтому его решили подлечить. На третий день в больнице у старика подскочила температура. А еще через несколько дней, выдавая свидетельство о смерти, где в качестве причины было указано заболевание сердца, врачи разводили руками. Дескать, что поделаешь, возраст... Но перед смертью пожилого человека лечили от пневмонии. Типичная история, но, по словам президента Лиги защитников пациентов Александра Саверского, подобные редко доходят до суда. Большинство врачей, говоря об инфекциях, подхваченных пациентами в больнице, отводят глаза. «А зачем вам это знать? — отреагировал на мои расспросы руководитель одной из российских хирургических клиник. — Это закрытая информация». Скрытность медиков понятна: на самом деле мы просто не знаем, каким количеством смертей обязаны обычным больничным микробам.

Цена молчания

Во второй половине прошлого века Леонид Генчиков, заведующий лабораторией эпидемиологии внутрибольничных инфекций Научно-исследовательского института эпидемиологии и микробиологии им. Н. Ф. Гамалеи, долго обивал пороги министерств и ведомств, добиваясь разрешения работать в больничных архивах. В конце концов ему удалось проникнуть в святая святых медицинской статистики. Лично просмотрев более ста тысяч (!) историй болезни, историй родов и карт развития новорожденных, он пришел к поразительным выводам: многие пациенты перенесли госпитальные инфекции. Но официальная статистика в 3—10 раз преуменьшала реальные данные. Генчиков долго пытался донести эти данные до руководителей здравоохранения, но его не услышали. «Сегодня высказанные им мысли стали общим местом для экспертов, — говорит руководитель лаборатории молекулярной эпидемиологии госпитальных инфекций НИИ имени Гамалеи Игорь Шагинян. — Исследователи пишут записки, обосновывают предложения, а воз и ныне там. Родственники пациента часто даже не догадываются, что причиной его смерти стало не основное заболевание и что, не случись госпитальная инфекция, он прожил бы еще».

По мнению специалистов, количество госпитальных инфекций сейчас не уменьшается, а растет — это плата за высокотехнологичную медицину. Количество разнообразной медицинской техники, которая используется для лечения больного, увеличивается. На таких приборах многоразового использования неминуемо образуется биопленка из бактерий, которые могут вызвать инфекцию. Возьмем, например, отделения реанимации, буквально напичканные техникой.

«Если пациент находится в реанимации больше десяти дней, возможность заразиться госпитальным штаммом составляет для него больше 50 процентов, — говорит президент Альянса клинических химиотерапевтов и микробиологов Сергей Яковлев. — Если человек попал в отделение интенсивной терапии с инсультом, то вполне возможно, что он умрет не от основного заболевания, а от пневмонии, вызванной внутрибольничной инфекцией. Но это нигде не будет указано как причина». По словам Игоря Шагиняна, каждая пятая смерть в отделении интенсивной терапии случается именно из-за инфекций.

Еще один источник неверных записей в свидетельстве о смерти — сфера онкологии. «На фоне лечения у пациентов часто наблюдается недостаток лейкоцитов, — рассуждает сотрудник одной из онкологических клиник, пожелавший остаться неизвестным. — И здесь любая инфекция становится губительной. К сепсису может привести банальный микроб, который при других обстоятельствах не принес бы человеку вреда». Что считать причиной смерти в этом случае? Рак или инфекцию? Собеседник «Итогов» смиренно разводит руками: «Тут может быть двоякое понимание того, что является причиной — основное заболевание или осложнение». Что назовут причиной в свидетельстве о смерти? Врач соглашается: только основное заболевание. Никому не захочется объясняться с убитыми горем родственниками и растолковывать, почему онкобольной умер от инфекции.

Конечно, не все согласны с таким подходом. «Если больной умирает не от основного заболевания, надо иметь мужество это признать. Только так можно строить доказательную медицину, — считает хирург-онколог Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина РАМН, директор Евразийской федерации онкологии Сомасундарам Субраманиан. — Ведь так можно узнать, какие микроорганизмы вызвали осложнение, предсказать, каких неприятностей от них ожидать, и выяснить, как с ними бороться».

Чудеса статистики

В мире доказательной медицины подсчитан демографический ущерб, наносимый госпитальными инфекциями. В США, например, они ежегодно уносят 90 000 жизней. А выявляют их еще больше — около двух миллионов случаев в год. В России совсем другая картина. У нас регистрируется всего 30 тысяч таких случаев, о смертельных исходах — ни слова. И это при том, что количество людей, попадающих в больницу, в обеих странах примерно одинаковое — около 30 миллионов человек в год. Есть еще одна странность. «На Западе в больницах больше всего распространены инфекции мочевого тракта, их 40 процентов. А у нас их нет вообще!» — удивляется Игорь Шагинян. Может, наши стационары более чистые? Или пациенты более здоровые? Верится с трудом.

Причина, как выясняется, чисто российская. Выявив госпитальную инфекцию, медики обязаны сообщить об этом в органы эпиднадзора. Однако делать это себе дороже. «В России медиков по старинке наказывают за каждый выявленный случай госпитальной инфекции, думая, что виной всему немытые руки, грязные стены, а не больничные штаммы бактерий или проблемы с иммунитетом у самого больного», — рассказывает Сергей Яковлев. Естественно, что неприятностей на свою голову не хочет никто. И об инфекциях просто умалчивают. «Несколько лет назад мне удалось выиграть в суде дело о том, как пожилая женщина с переломом бедра поступила в московский стационар без признаков инфекции и вскоре умерла от сепсиса, вызванного золотистым стафилококком», — рассказывает Александр Саверский. Правозащитник сумел доказать, что пациентка заразилась в больнице. Но он до сих пор негодует при мысли, что об этом случае так и не сообщили в эпиднадзор.

В США, наоборот, поощряют «доносительство» на больничные штаммы. Это даже выгодно. Если врачи вовремя сообщают о них, то страховые компании выделяют больницам специальное финансирование для лечения пострадавших от инфекции. Поэтому регистрируется буквально каждый случай. Если бы такую систему удалось наладить и у нас, картина была бы иной. «По нашим экспертным оценкам, число случаев госпитальных инфекций в России больше, чем в США, и приближается к 2 миллионам 250 тысячам в год», — говорит Сергей Яковлев. Есть и другие расчеты. За океаном производят больше высокотехнологичных медицинских манипуляций. Поэтому количество госпитальных инфекций в нашей стране должно быть немного меньше, примерно полтора миллиона в год. В любом случае реальный счет должен идти на миллионы.

«Когда мы предлагаем главным врачам стационаров наладить эффективный мониторинг, в половине случаев они отвечают, что этой проблемы у них просто нет, — говорит Шагинян. — Например, в таком большом многопрофильном стационаре, как МОНИКИ, в позапрошлом году было выявлено всего четыре случая госпитальных инфекций, в прошлом году — три. Получается, что за год руководству больницы удалось снизить эту цифру на 25 процентов. Все в порядке, все довольны. Но так просто не может быть!»

Многие скажут — какая разница? Пациентам больниц не до статистики, лишь бы вылечили... Все не так просто. Нет проблемы — нет финансирования. «В бюджетах российских больниц статья расходов на лечение внутрибольничных инфекций вообще не предусмотрена. Ведь инфекций-то нет!» — говорит Яковлев. Что это означает для конкретного больного? Врач вынужден откуда-то взять лекарство, значит, он попросит родственников больного купить антибиотик, но это незаконно, и его могут обвинить в поборах. Или потратит на лечение человека с внутрибольничной инфекцией средства, которые должны пойти на других пациентов. В результате их будут лечить хуже. Насколько? «Давайте посчитаем, — предлагает Сергей Яковлев. — Лечение госпитальной пневмонии в среднем обходится в 5—10 тысяч рублей, а на один день содержания пациента в отделении хирургии по ОМС выделяется 200—300 рублей. Представляете, до какого минимума нужно довести лечение остальных больных, чтобы выходить того, что с пневмонией?» Умножим эти 10 тысяч хотя бы на миллион и представим, какая дыра существует в бюджете российского здравоохранения. Но министерство этой дыры не видит и предпочитает о ней не говорить. Как и о тех пациентах, которых не вылечили от госпитальных инфекций, потому что не нашлось денег. Если даже в США, где эти инфекции усиленно выявляют и лечат, от них умирают 90 тысяч человек, то какие потери из-за них должна нести наша страна?

Выход есть

Парадокс в том, что речь идет о вещах, уже достаточно хорошо изученных. Больничным инфекциям столько же лет, сколько самим больницам. Они досаждали еще раненым римским легионерам и пациентам средневековых госпиталей. Проблема по-новому зазвучала в эру антибиотиков, когда выяснилось, что микробы очень легко вырабатывают механизмы устойчивости к ним. Позже ученые обнаружили, что не все опасные микроорганизмы больной получает в госпитале. Есть эндогенные формы внутрибольничной инфекции. Из-за болезни или особенностей лечения иммунитет человека претерпевает изменения. В этом случае вред ему могут принести свои же собственные микробы, которые до этого присутствовали в организме. Именно поэтому, по мнению специалистов, полностью искоренить госпитальные инфекции нельзя. «Сейчас известно, что количество инфицированных в любом стационаре не может быть меньше одного процента», — говорит Игорь Шагинян. Известно, откуда берется эта цифра. Человеческая популяция неоднородна. У одного из ста пациентов, поступивших в стационар, обязательно будут проблемы с иммунитетом, или он окажется пожилого возраста (это группа риска), или будет страдать ожирением, диабетом, другими хроническими заболеваниями, резко увеличивающими риск заражения. В некоторых случаях вероятность развития у больного госпитальной инфекции становится практически стопроцентной. Конечно, это не значит, что ситуация безнадежная и ее нельзя улучшить. Но в реальности ориентироваться нужно на этот один процент. «Если количество зараженных близко к проценту, больница «чистая», если их значительно больше — надо принимать меры, — говорит Шагинян. — Если учесть, что в самых лучших стационарах Европы и США заболевают и два, и три процента пациентов, медикам есть над чем работать».

Впрочем, для начала нужно подсчитать эти самые проценты в нашей стране. «В ближайшее время мы начнем мониторинг ситуации в 25 различных стационарах страны от Москвы до Владивостока, чтобы потом экстраполировать данные на всю Россию и получить объективные оценки распространенности госпитальных инфекций», — говорит Сергей Яковлев. Лаборатория молекулярной эпидемиологии госпитальных инфекций НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н. Ф. Гамалеи уже проводит молекулярно-генетический мониторинг внутрибольничных микроорганизмов в отделении реанимации ФНЦ трансплантологии и искусственных органов имени академика В. И. Шумакова, где под наблюдением находятся пациенты после трансплантации, и в отделении медицинской генетики Российской детской клинической больницы: там лечат детей, больных муковисцидозом. Биологи впервые смогли разделить микроорганизмы по способности образовывать биопленки на поверхности приборов. Оказалось, что одни более склонны к этому, другие менее. Теперь, выделив определенные штаммы микроорганизмов и проведя молекулярно-генетический анализ, биологи могут дать врачам особые рекомендации. Например, они уже доказали, что для борьбы с золотистым стафилококком в роддомах полезнее не только стены мыть, а и следить за личной гигиеной рожениц: бактерии, колонизирующие кишечник ребенка, имеют происхождение из слизистой носа матери. Если нужно, ученые смогут быстро наладить подобный мониторинг и в других стационарах.

Теперь дело за Минздравсоцразвития: нужно, чтобы оно наконец признало существование проблемы госпитальных инфекций и перестало хоронить ее в больничных архивах.

Алла Астахова

 

Тише едем / Общество и наука / Общество

 

Год прошел с тех пор, как в подмосковном Красногорске состоялось историческое заседание объединенной коллегии правительств Москвы и Московской области. Тогда едва лишь заступивший на пост мэра столицы Сергей Собянин впервые заявил, что отныне Москва должна развиваться в полной гармонии с соседним регионом. Чтобы состыковать обе транспортные системы, создали специальный координационный совет, который возглавил министр транспорта Игорь Левитин и куда вошли представители двух субъектов — Москвы и Подмосковья. Последнее совещание совета прошло в середине октября в Минтрансе России. Журналистов туда не позвали, дабы не нагнетать страсти вокруг больной темы: год прошел, а результаты где? Чтобы понять, что изменилось, мы решили прокатиться из Москвы в Подмосковье вместе с министром транспорта Московской области Петром Кацывом.

Развязка близка

На интервью к министру транспорта Подмосковья на Старую площадь я, признаюсь, опоздал. Застрял в бесконечной пробке. Министр отнесся к этому философски:

— Кто мог предвидеть такой высокий уровень автомобилизации? Никто. К тому, что сегодня происходит на дорогах, привел ряд факторов. Среди них, не удивляйтесь, и отмена института прописки в столичном регионе, и, конечно же, темпы строительства жилья. Я понимаю, что есть планы по строительству, но, прежде чем проектировать объекты, необходимо смотреть, а есть ли там дороги. Семь миллионов квадратных метров жилья сдается в Подмосковье каждый год, но дороги-то не строятся. Все это привело к тому, что они не выдержали напряжения. Сейчас разработана программа развития транспортного узла Московского региона. В этом документе прописаны и согласованы по деньгам и по времени все мероприятия. Его отправили в правительство РФ, где он проходит экспертизу.

— Легко ли удалость состыковать планы столицы и области?

— Сроки проектирования и реконструкции федеральных автодорог отстают от темпов реконструкции улично-дорожной сети Москвы. Это принципиальная вещь, поскольку участки трасс входят в состав вылетных магистралей столицы. По предварительной оценке отставание составляет от двух до четырех лет. В частности, это касается трасс «Балтия», «Урал», «Холмогоры», Калужского шоссе, дороги «Москва — Дмитров — Дубна».

Именно потому, что въезды и выезды из Москвы вечно забиты, пояснил министр, власти решили первым делом взяться за реконструкцию 19 вылетных дорог. В понятие реконструкции вкладывают много смыслов: тут и обновление развязок с Московской кольцевой автодорогой, и расширение проезжей части, и организация дублеров.

О расширении проезжей части хочется сказать отдельно, тем более что именно из-за разницы в подходах к проектированию дорог до МКАД и после нее возникают пресловутые бутылочные горлышки. В проектной документации работа по раскупориванию горлышек называется «мероприятиями по улучшению пропускной способности». Вот конкретный пример. Большая Ленинградка в районе Химок с шести полос скукоживается до трех. До сих пор правительство Московской области и администрация Химок щедро раздавали разрешения на строительство у трассы многочисленных торговых комплексов. Они строятся и сейчас, а потому особенно интересно, как власти намерены реализовывать планы по расширению Ленинградки на две полосы в каждом направлении до 29-го километра (это поворот на аэропорт Шереметьево). Проект реконструкции подготовят уже в этом году, а окончание работ запланировано на 2014-й. Кроме того, этот участок дороги станет входом в Москву так называемой Северной рокады — скоростной магистрали, соединяющей Санкт-Петербург и Нижний Новгород.

Впрочем, к тому времени, возможно, станет ясно, что увеличивать полосность придется еще раз. Так уже случилось при проектировании трассы «Беларусь» (М-1): выяснилось, что ширина проезжей части, которая согласно документации должна составлять четыре полосы в каждую сторону вплоть до 27-го километра, недостаточна, так как одну полосу предстоит выделить для общественного транспорта. Приоритет в развитии общественного транспорта и выведении выделенных линий в область был определен не так давно, а проект готовили три года назад. Как ни крути, но после реконструкции уровень загрузки Минского шоссе останется высоким. Внимание к Минке не случайно. Дело в том, что к 2014 году у этого шоссе должен появиться дублер — платная дорога, которая пересечет Подушкинское и Можайское шоссе и соединится с трассой М-1 в районе 33-го километра.

— Платные дороги нам жизненно необходимы, — утверждает наш собеседник. — Они должны пойти параллельно основным магистралям, которые перегружены. Планируется возведение дороги «Северный обход Одинцова» с выходом на трассу «Беларусь», а также платные дублеры автодорог «Украина», «Дон», «Столица» и «Волга».

План «Перехват»

Если в единой столично-подмосковной транспортной программе реконструкция вылетных магистралей — задача № 1, то задача № 2 — это строительство транспортно-пересадочных узлов (ТПУ). Логика такова: обновленные вылетные трассы позволят беспрепятственно передвигаться из столицы и обратно, а ТПУ, оснащенные перехватывающими парковками и удобными пересадками на разные виды транспорта, оттянут на себя существенную часть пассажиропотока.

Подсчитано, что ежесуточно общественный транспорт из области в столицу перевозит порядка 800 тысяч пассажиров. Среднесуточная интенсивность на основных участках федеральных трасс составляет от 90 до 150 тысяч автомобилей в сутки, а уровень их загрузки превышает нормативный в 1,5—2,5 раза. Самые проблемные в этом отношении Ярославское, Горьковское, Минское, Ленинградское, Новорязанское и Щелковское шоссе. Почти весь этот поток упирается в расположенные неподалеку от МКАД станции метро. Сегодня, например, район у «Бульвара Дмитрия Донского» запружен машинами с областными номерами. Это конечная станция метро, откуда стекается транспорт с юга Подмосковья. Такая же ситуация у метро «Планерная» — это северо-западное направление. Однако если на юге обещают построить удобный ТПУ для желающих бросить машину и пересесть на метро или скоростной автобус, то на северо-западе такой надежды нет. Узел уже построили, но он не только не решил проблему, но и усугубил ее крайне неудачной компоновкой и непродуманной схемой движения автобусов. Каков шанс, что новые узлы будут комфортны? Проектировщики исполнены оптимизма. ТПУ, по идее, должны принимать все виды транспорта — автобусы, метро, маршрутные такси, пригородные электрички и личные авто. Одно из требований к ним — многоуровневые парковки. В целом по Москве и области к 2016 году планируется построить 90 ТПУ, вместимость каждого из них составит от 500 до 2500 машино-мест. Пока амбиции проектировщиков не поднимаются выше 200 тысяч машино-мест, но и это было бы неплохо.

По своему расположению узлы делятся на две зоны: первая — территория Москвы, включая Малое кольцо Московской железной дороги (здесь запланировано 50 ТПУ, из них 31 — у станций метрополитена, а 19 — на Малом кольце МЖД); вторая — территория области (40 ТПУ в районе станций Московской и Октябрьской железных дорог). Такую схему власти называют единой системой транспортно-пересадочных узлов. Чтобы лучше понять ее назначение, достаточно представить себе карту столицы, в центр которой по областным радиальным дорогам движутся сотни тысяч автомобилей. Два пояса ТПУ можно назвать перехватывающими. На дальних подъездах к городу водителям предлагается пересесть с автомобилей на электричку. Приблизительные расчеты показали, что на этом рубеже можно разгрузить въезды в Москву на 20 тысяч автомобилей только в утренний час пик.

Ближе к Москве в состав ТПУ будут входить автобусные станции и кое-где станции метрополитена. И уже в пределах МКАД ТПУ перехватят поток транспорта, направляющийся непосредственно в центр города. Здесь поток автомобилей в час пик по расчетам сократится на 16,5 тысячи, на общественный транспорт, как предполагается, пересядут еще порядка 20 тысяч человек. Транспортники уверяют, что система позволит сократить общее время поездки для жителей столичного региона на 10—15 процентов. Напомним, что идея перехватывающих парковок возникла еще лет десять назад, была так же мощно, как и теперь, презентована, но амбициозный проект так и остался на бумаге.

По рельсам

Главное, о чем мечтают транспортники, — чтобы граждане вообще не садились за руль. Но для этого человек должен иметь комфортную альтернативу. Для жителей Подмосковья это электрички. Только назвать все их удобными пока язык не поворачивается. Петр Кацыв говорит, что железнодорожный транспорт получит максимальную долю внимания и финансирования:

— Этот вид транспорта наиболее удобен с позиций скорости, объемов и возможности доставки пассажиров из ближнего и дальнего Подмосковья в Москву. С одной стороны, резервы железной дороги достаточно большие, а с другой — они ограничены, например, скоростью поездов, повышение которой влияет на увеличение пробок на железнодорожных переездах. Сократятся интервалы движения поездов, соответственно, уменьшится интервал, когда переезд открыт для автотранспорта. В 2005 году была принята программа развития путепроводов, согласно которой планировалось построить 28 сооружений в местах пересечения автомобильных и железных дорог. Сделали четыре путепровода, потом деньги закончились.

Сегодня железная дорога используется неэффективно. Представляется неизбежной реконструкция Малого кольца МЖД, по которому пассажирские поезда рассчитывают пустить уже через три года. За этим последует строительство новых линий и соединительных путей. Власти не скрывают, что намерены из железной дороги сделать альтернативу метрополитену: отказаться от технологических окон, сократить интервалы движения между поездами, повысить комфортабельность вагонов, переоборудовать остановочные пункты и платформы. В Берлине, например, метро и электрички практически невозможно отличить — они входят в единую сеть, имеют совмещенные станции и даже интервал движения различается незначительно.

Однако только электричками фантазия разработчиков не ограничивается: из Москвы в область проложат рельсы для трамваев. В частности, из центра города по шоссе Энтузиастов к 2020 году планируется пустить первую линию скоростного трамвая в подмосковную Балашиху. Протяженность линии составит 22 километра. Время в пути — полчаса. В целом на территории области запланировано проложить 190 километров скоростных трамвайных линий. И всю эту сеть еще придется привести к единому знаменателю.

— Нам предстоит объединить усилия по многим вопросам, — уточняет Петр Кацыв, — разработать единый билет на все виды транспорта Москвы и области, создать центр диспетчерского обслуживания. Объединять будем транспортные потоки и информацию, в частности, даже о таких вещах, как регулирование светофоров, придется думать вместе.

Фантазии на тему

В докладах экспертов звучит, что московский транспортный узел должен соответствовать уровню мультимодальных моделей Парижа, Лондона, Берлина и Рима. Но это пока только на бумаге. Специалисты с карандашом в руках читают и перечитывают новую программу, подвергая сомнениям то, что еще недавно казалось простым и понятным. Громадье амбиций, конечно, не может не радовать. Только вот не окажутся ли эти планы по-тихому свернуты, как уже происходило не раз? Незаметно для публики принято решение отказаться от реконструкции грузовых дворов МЖД, а этот момент, между прочим, был очень важным в развитии железнодорожного узла. С формулировкой «вопрос прорабатывается» повисла идея организации дорог-дублеров на месте прохождения высоковольтных ЛЭП, которые намеревались упрятать под землю. Дальше начальной стадии пока так и не продвинулся проект строительства Центральной кольцевой автомобильной дороги (ЦКАД), о которой говорят не иначе как о единственном способе вывести из Москвы грузовой транзит.

— По ЦКАД проекты четырех пусковых объектов закончены и прошли экспертизу, — говорит Петр Кацыв. — Есть все для того, чтобы двигаться дальше. Но нет главного: федеральных денег, чтобы можно было начать строительство. ЦКАД можно было бы действительно сделать скоростной дорогой, по которой поедет грузовой транзитный транспорт. Планируется, что ЦКАД длиною в 517 километров будет оборудована 31 въездом и выездом.

Вопрос о реконструкции вылетных магистралей, кстати, тоже до конца не решен. Еще неизвестно, хватит ли средств провести работы в полном объеме. Эксперты говорят, что на раскупорку пробок потребуется 7,1 триллиона рублей. Это без учета транспортного развития так называемой Большой Москвы. К этой проблеме специалисты пока еще даже не приступали. Мы прямо спросили Петра Кацыва:

— Стоит ли перед вами задача транспортного развития новых территорий?

— Как будет развиваться новая территория, я пока не знаю. Создана специальная рабочая группа под руководством главы администрации президента Сергея Нарышкина, в которую вошли мэр Москвы Сергей Собянин, губернатор области Борис Громов и представители целого ряда министерств. Они разрабатывают концепцию. Хотя я лично думаю, что подобие Вашингтона лучше было бы строить где-нибудь в Саратове.

Дмитрий Серков

 

Условно-досрочно / Дело

 

«Чтоб ты жил на одну зарплату!» — в сердцах говорил герой Анатолия Папанова в ностальгической «Бриллиантовой руке». Однако в стране, где средняя пенсия составляет едва ли треть от средней зарплаты, этот знаменитый тезис пора переформулировать: «Чтоб ты жил на одну пенсию». Как считают эксперты, именно перезагрузка пенсионной реформы станет главной задачей для правительства, которое будет сформировано после думских и президентских выборов. Параметры перезагрузки оглашены по итогам совещания с участием первого вице-премьера Игоря Шувалова: накопительную часть пенсии предложено выплачивать ускоренными темпами, чтобы граждане смогли почувствовать ежемесячную прибавку к пособию по старости. Впрочем, это отнюдь не означает, что в России на эту пенсию можно будет прожить.

Хотели как лучше

Заявление правительства по поводу нового порядка выплаты накопительной части пенсии стало первым действительно программным. Чиновники рассматривают возможность ускоренной выплаты накопительной части для отдельных категорий граждан. Нет, речь идет не о том, что последние смогут выйти на пенсию раньше срока, а о том, что по достижении пенсионного возраста пенсионеры будут получать накопленные деньги на протяжении не девятнадцати последующих лет, а только десяти.

Новация, правда, рассчитана исключительно на участников программы софинансирования пенсионных накоплений и тех, кто направил материнский капитал в счет будущей пенсии. Для остальных категорий накопленную к моменту выхода на заслуженный отдых сумму распределят на весь период «дожития».

Сегодня работающие граждане несут двойную нагрузку, связанную с пенсионной системой. Одна часть страховых взносов, взимаемых с фонда оплаты труда, поступает в Пенсионный фонд России и идет на выплаты нынешним пенсионерам, а другая — на счета будущих. Новация касается вторых. Беда в том, что накопленных сумм недостаточно, чтобы пенсия составила-таки те самые 40 процентов от зарплаты. Особенно если речь идет о зарплатах выше средних.

Расчет чиновников прост. Сокращение так называемого срока дожития на 9 лет позволит добавлять к нынешней страховой части не 548 рублей ежемесячно, а «целых» 1041 рубль. Сумма хоть и небольшая, зато позволит отчитаться, что пенсии в России продолжают повышаться. Иных источников роста благосостояния пенсионеров в правительстве, похоже, не видят. Дефицит Пенсионного фонда, покрываемый за счет бюджета, достиг триллиона рублей, и наращивать его нет уже никакой возможности. Практически каждый десятый бюджетный рубль идет на выплату пенсий. Страховые взносы предприятий с фонда оплаты труда не покрывают пенсионные потребности. Увеличивать же этот налог — значит загонять бизнес и зарплаты в тень.

Пенсионная реформа как раз и призвана была разорвать этот замкнутый круг. Однако ее авторы серьезно просчитались. Накопительная система не только уменьшает суммы, идущие на выплаты нынешним пенсионерам, но и, мягко говоря, не сулит золотых гор пенсионерам будущим. Ибо накопительная надбавка оказывается мизерной. Средняя пенсия сегодня составляет около 9 тысяч рублей в месяц. В лучшем случае к ней прибавится тысяча. Это и есть результат пенсионной реформы. Не говоря уже о том, что «повышенную» пенсию можно будет получать лишь в течение 10 лет. А потом — извините.

В происходящем чиновники склонны винить кризис. Дескать, именно он не позволил снизить уровень инфляции, съедающей пенсионные накопления. По словам опрошенных «Итогами» представителей негосударственных пенсионных фондов, сегодня средний показатель их доходности оставляет желать лучшего. Впрочем, и накоплений, сделанных в предыдущие годы, не хватит для достойного обеспечения будущих пенсионеров. В результате ситуацию с пенсионной реформой трудно расценить иначе, как скандал.

Получилось как всегда

Уже в этом году должны были начаться массовые выплаты накопительной части пенсий. По оценке президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов Константина Угрюмова, их должны получать около 500 тысяч человек (это льготные категории граждан, выходящие на пенсию раньше обычного срока). Но не случилось — накопительная часть пенсий не выплачивается. «Отсутствие выплат является прямым нарушением прав застрахованных пенсионеров», — говорит Константин Угрюмов. Но причина в том, что до сих пор не принят закон, который должен определить порядок ее начисления и выплаты.

Кто-то скажет, что загвоздка с принятием «выплатного» закона произошла именно потому, что речь идет о слишком маленьких суммах и чиновникам просто стыдно за проведенную реформу. Другие — что они надеются ее вовсе отменить, изъяв деньги с накопительных счетов и направив их на покрытие текущего пенсионного дефицита. Правда, надолго пенсионных накоплений не хватит. По итогам 2010 года их всего-то 1,3 триллиона рублей. А Пенсионному фонду России ежегодно необходимо более пяти триллионов. То есть наши накопления покрывают лишь четвертую часть годовых расходов на пенсионеров.

Ситуация заставляет правительство спешить. Ведь в будущем году «новых» пенсионеров будет уже 4 миллиона. И затягивание с принятием закона может привести к взрыву социального недовольства. Интересно, что соответствующий законопроект был разработан Минэкономразвития еще в 2009 году, но из-за позиции Минздравсоцразвития попал в парламент только через два года. Как стало известно «Итогам», в социальном ведомстве не соглашались с двумя принципиальными положениями — возможностью выплаты накопительной части пенсии в ускоренном порядке в течение семи лет и правом родственников пенсионера наследовать накопления в случае его смерти. Собственно, итоги совещания в правительстве стали компромиссом, которого в конце концов удалось достичь. Ключевым стало решение о том, что на ускоренную выплату пенсионных накоплений смогут претендовать только те, кто участвует в программе софинансирования или направляет материнский капитал на увеличение размера выплат.

Тем самым государство пытается стимулировать граждан копить на пенсию самостоятельно. Суть программы заключается в том, что граждане получают возможность отчислять на свои накопительные счета еще и часть заработка. В ответ на это государство к каждому отложенному гражданином на старость рублю добавляет свой рубль. Но здесь есть условие: сумма, положенная вами на счет, не должна быть меньше 2 тысяч и больше 12 тысяч рублей в год. Программа действует десять лет. И за это время можно накопить максимум 120 тысяч рублей и получить столько же от государства. Подобная схема позволит прибавить к пенсии еще 2 тысячи рублей в месяц, если получать ее вы планируете в течение тех же десяти лет.

Звучит такая перспектива заманчиво. Но только на первый взгляд. Максимальная сумма личных накоплений по программе софинансирования — 120 тысяч рублей. НПФ, как уже было сказано, на длительном отрезке времени показывают крайне низкую доходность. Если же эти деньги банально разместить на рублевом банковском счете под 10 процентов годовых, то через десять лет вы получите 240 тысяч рублей — столько же, сколько можно накопить с участием государства. Но поскольку ограничения по максимальному размеру вкладов в банках не существует, самостоятельно скопить на старость можно куда больше. Неудивительно, что, по официальным данным, в программе софинансирования пенсий сегодня участвуют лишь 5 миллионов 700 тысяч человек. Цифра не такая уж большая, если учесть, что всего пенсионные накопления сегодня формируют 71,6 миллиона наших сограждан.

Государство явно дает понять, что исключительно за счет налогов достойную пенсию обеспечить не получается. В итоге не около 6 миллионов, а все 70 миллионов человек, в перспективе имеющих право на средства накопительной части пенсии, должны начать откладывать на старость свои кровные. Авось тогда будущая пенсия не окажется в разы меньше текущей зарплаты. Правда, для этого придется откладывать значительно больше, чем 12 тысяч рублей в год. И без всякого государственного софинансирования. А значит, нынешнюю пенсионную реформу в любом случае пора сдавать в архив и начинать изобретать пенсионный велосипед заново.

Константин Угодников

 

В Греции ничего нет / Дело / Капитал

 

Всю эту кутерьму вокруг Греции и европейских проблем иначе как бесплатным цирком не назовешь: слишком уж долго и нудно шли переговоры между греческими кредиторами и лидерами Европейского союза. И вот вроде бы они окончательно договорились. Цена вопроса — списание 100 из 350 миллиардов евро афинских долгов.

После того как Николя Саркози и Ангела Меркель озвучили решение по Греции, рынки тут же воспряли духом, а евро стал укрепляться. Казалось бы, все должны радоваться. Отнюдь...

Лидеры крупнейших европейских экономик почему-то не раскрыли деталей механизма списания греческого долга. А ведь именно в деталях вся суть! От того, каким образом будет реализована эта неприятная процедура, зависит размер убытков мировой финансовой системы.

Есть одна небольшая, малоизвестная, но очень влиятельная организация — Международная ассоциация свопов и деривативов. Вот уже более 25 лет она стоит на страже интересов крупнейших мировых инвестиционных банков и очень успешно борется с попытками властей регулировать международный рынок производных финансовых инструментов (деривативов). Именно она будет решать, является частичное списание афинского долга полноценным дефолтом или всего лишь невинной реструктуризацией долговых обязательств. Если Греция все-таки объявит себя банкротом, то у мировых и локальных банков, а также хедж-фондов возникнут проблемы аж на 1,5—2 триллиона долларов: им придется выплачивать страховые суммы по кредитно-дефолтным свопам. Такой вариант развития событий вполне реален. Например, за признание решения о списании части греческого долга страховым случаем выступают такие банки, как Barclays и Credit Suisse (их представители входят в совет директоров вышеупомянутой ассоциации). Зато американские банки вполне могут быть против, поскольку тогда, по некоторым оценкам, им придется выплатить 600 миллиардов долларов, которых у них попросту нет.

К таким «виражам» добавляются еще и неожиданные проблемы самого Европейского центрального банка, выкупившего греческие бонды на 60—70 миллиардов евро. Если ему придется списать половину афинских обязательств, то у него появится огромная дыра в балансе, потому что собственного капитала Европейского центробанка для того, чтобы «переварить» все потери, просто не хватит. И тогда европейский регулятор становится банкротом! Все это уже находится, на мой взгляд, на грани абсурда. Куда смотрят политики?

После того как Ангела Меркель и Николя Саркози показали, как сильно они беспокоятся о своих банках (к слову, имеющих международный статус), ни у кого не должен вызывать иллюзий правильный ответ насчет реальных хозяев Европейского союза. Мировые банки по сути — это одно большое «масонство», которое держит политиков в узде и заставляет считаться со своими интересами. Однако последние должны учитывать мнение не только банкиров, но и европейских избирателей, которые все больше возмущены бессмысленным заливанием деньгами греческих проблем.

Стоит евролидерам сделать один неверный шаг, и они тут же потеряют доверие и с легкостью полетят со своих мест на следующих же выборах. В Германии, например, скоро будет избираться новый канцлер, а партия Ангелы Меркель — Христианско-демократический союз сдает в ходе региональных выборов одну землю за другой. Поэтому европолитики и действуют так осторожно и тратят месяцы на бесполезные поиски компромиссов.

А ведь решение европейских и мировых проблем лежит на поверхности, оно просто элементарно. Я думаю, что такие страны, как Греция, Испания и Италия, рано или поздно объявят нормальный дефолт. Это приведет к неизбежному банкротству большого числа банков. Да, будет больно, обидно и неприятно для всех — но что поделать! Плохие инвестиции должны быть обнулены, должна пройти череда банкротств, чтобы экономика оздоровилась от того безмерного объема долга, который она сейчас не в состоянии обслужить.

Политики и экономисты не смогут остановить этот процесс естественного очищения системы. Это мне напоминает поговорку времен моей учебы в Физтехе: «Как ты поле ни квантуй, все равно получишь...» Что бы они ни делали, результат будет один и тот же.

Не понимая этого, сильные мира сего вместо того, чтобы провести хирургическое вмешательство и вырезать раковую опухоль, кормят пациента морфием. А ведь эта болезнь дает метастазы по всему телу, да и число больных может резко возрасти.

В итоге случится стандартный дефляционный коллапс, динамика которого прекрасно описана австрийскими экономистами. Объявляются многочисленные дефолты, экономика встает, и мир скатывается в депрессию. Только если в 30-е годы прошлого века в мире была Великая депрессия, то сейчас будет величайшая.

Степан Демура

эк­сперт РБК-ТВ

 

Объявляется посадка / Дело

 

Конечно, профессор университета Северной Каролины Джон Касарда передвигается на самолетах куда реже, чем герой Джорджа Клуни в фильме «Мне бы в небо». Тем не менее крупнейшие аэропорты планеты ученый знает как свои пять пальцев. Вот и из Москвы, где он дал интервью «Итогам», автор экзотической концепции аэротрополиса отбывал в ЮАР, где намерен проинспектировать воздушный хаб Йоханнесбурга. Работа у него такая — приучать все передовое человечество жить и работать в аэропорту.

— Господин Касарда, как вам в России?

— Это мой третий приезд в вашу страну. К тому же у меня самого русские корни: мои прапрабабушка и прапрадедушка переехали из Санкт-Петербурга в США. Я работаю по всему миру и очень часто пересекаюсь с русскими.

— Что такое аэротрополисы, с идеей создания которых вы носитесь по всему свету?

— Идея родилась в начале 90-х годов прошлого века на основе моих работ о рациональном размещении аэропортов. Размышляя над вопросом, что делает ту или иную страну конкурентоспособной, я понял, что развитие торговли в течение десятилетий и даже веков было неразрывно связано с развитием инфраструктуры транспорта. В особенности это стало заметно с появлением глобальной системы воздушных сообщений. Именно авиация сыграла основную роль в формировании так называемого физического Интернета, способа соединять людей и продукты по всему миру быстро и эффективно.

Связующими звеньями этой глобальной транспортной паутины являются аэропорты. Именно они не только задают темпы экономического развития регионов, но и работают магнитами для тех отраслей индустрии, процветание которых зависит от степени близости к транспортным узлам. К таким сферам, например, относятся, микроэлектроника, фармацевтика, аэрокосмическая отрасль и даже производство свежей рыбы и цветов. Вы знаете, где находится крупнейший в мире рынок рыбной продукции?

— И где же?..

— В порту Гамбурга, который тесно связан с Франкфуртским аэропортом. Для того чтобы понять, почему хорошо развитые аэропорты сегодня критически важны для экономики страны и мира, необходимо уяснить, что на самом деле движет бизнесом в XXI веке: глобализация, конкуренция, основанная на времени (выживает быстрейший), и авиация. Аэротрополис является следствием процесса глобализации, его физическим символом.

— Какими примерами вдохновлялись?

— Примерами для меня служили два аэропорта: это амстердамский Схипхол и окружающая его зона и международный аэропорт Гонконга. На территории голландского аэротрополиса расположено более тысячи предприятий. А кроме этого, штаб-квартиры мировых банков ABN AMRO и ING находятся в шестиминутной доступности от аэропортового терминала — в стремительно растущем бизнес-округе Зюйдас. В нем же, к слову, располагается 1,86 миллиона квадратных метров офисов класса A, торговых сетей, гостиниц, а также порядка 9 тысяч многоквартирных домов.

— Получается, что слово «полис» в названии вашего детища появилось не случайно?

— Да, фактически аэротрополис — это город, построенный вокруг аэропорта. На его территории расположены предприятия и офисы компаний, для которых очень важно находиться непосредственно вблизи аэротранспортных узлов, чтобы успешно развиваться не только в рамках страны, но и всего мира. В аэротрополисе есть и жилые комплексы с необходимой инфраструктурой. Главное, чтобы человек имел возможность спокойно и полноценно жить, работать, учиться и развлекаться в 15 минутах езды от аэропорта.

— Является ли наличие крупного мегаполиса необходимым условием для развития аэротрополиса?

— Успешные аэропорты находятся вблизи крупных городов, приблизительно в 30 километрах от их центра. Но когда аэропорт начинает развиваться в сторону от мегаполиса, последний по инерции тянется за ним. Получается, что аэропорт, который еще недавно помогал развитию мегаполиса, сам становится полноценным городом. Городской аэропорт превращается в аэропортовый город, аэротрополис.

— Как спроектировать «правильный» аэропорт?

— По моим подсчетам, «правильный» аэротрополис способен на каждый доллар выручки в данном регионе генерировать дополнительные три доллара. Я начинаю с того, что готовлю дорожную карту, где детально планирую все: принципы, направления развития, детальные схемы того, как надо развивать аэропорт, чтобы он превратился в экономически эффективный и в то же время привлекательный для жизни аэротрополис. Дизайн очень важен не только для развития, но и для создания позитивного имиджа у иностранцев. Ведь первое и последнее впечатление о стране создается по прилету и вылету.

— Верно ли, что третий мир динамичнее, в том числе и в плане строительства аэротрополисов?

— Да, потому что в БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай. — «Итоги») понимают, что именно аэропорты являются основным инфраструктурным преимуществом и ценнейшим активом страны. Например, в течение следующих пяти лет только Китай собирается инвестировать порядка 250 миллиардов долларов в свой авиационный сектор, включая возведение 11 новых аэропортов. Индия строит 20 новых воздушных портов и модернизирует 58 старых. В развитых государствах на первое место ставят другие вопросы: загрязнение окружающей среды, уровень шума, трафика. Например, лондонскому аэропорту Хитроу никак не могут построить третью взлетно-посадочную полосу из-за протестов защитников окружающей среды. В итоге самолеты с 66 миллионами пассажиров, ежегодно прилетающих и улетающих из этого аэропорта, вынуждены садиться всего лишь на две полосы. Этого явно недостаточно для такого крупного авиационного хаба. В странах же БРИК на первое место ставятся экономическое развитие и создание новых рабочих мест, выстраивание более конкурентоспособных экономик. Или взять, например, проект южнокорейского аэротрополиса Нью-Сонгдо возле международного аэропорта Инчеон, расположившегося на 600 гектарах. Стоимость его постройки — порядка 30 миллиардов долларов. На три миллиарда долларов дороже обойдется возведение Дубайского всемирного торгового центра, урбанистического комплекса возле нового международного аэропорта Аль-Мактум. Если я не ошибаюсь, это крупнейший частный девелоперский проект в мире.

— Комфортно ли жить в аэротрополисе?

— Конечно, у обычного города в этом плане есть преимущества. Тем не менее основная идея заключается в том, что у людей, выбравших жизнь и работу в аэротрополисе, на первое место ставится не шум или экологические проблемы, а возможность сделать свой бизнес успешнее.

— Россия может стать страной аэротрополисов?

— Конечно. Вокруг московских аэропортов полно свободных земель, необходимых для развития. Например, вокруг Домодедово более 14 тысяч неосвоенных гектаров. Их можно использовать для строительства очень успешного аэротрополиса. К тому же здесь есть хорошая железнодорожная сеть, а также быстро развивающаяся дорожная инфраструктура.

— Сколько времени потребуется, чтобы построить полноценный аэротрополис?

— Это процесс, зависящий от рынка коммерческой недвижимости, финансовых условий, уровня заинтересованности властей. Если говорить о том же аэропорте Домодедово, то для построения полноценного аэротрополиса ему может понадобиться от 10 до 30 лет.

Константин Полтев

 

Кредит доверия / Дело

 

Октябрь уж отступил... 2011-й финансовый год пролетел без осложнений и потрясений, без ожидания чуда и без самих чудес. Вихри враждебные пронеслись лишь однажды — над Банком Москвы. Но и они из прошлого. Правда, на минувшей неделе международное рейтинговое агентство Moody"s изменило прогноз для банковской системы России со «стабильного» на «негативный». Но и это, собственно, не про нас, а про мировые финансы: аналитики опасаются, что слабые перспективы глобальной экономики отразятся и на российском банковском секторе — на объемах ликвидности и темпах роста кредитования. Для кредиторов российских банков позитивным фактором остается господдержка, если таковая сохранится.

А в том, что сохранится, сомнений нет. Хотя события штормового 2008-го научили и ЦБ, и Минфин, если грянет гром, быть экономнее. Только грянет ли? Это и обсудим 16 ноября. На Дне Банкира, который уже в восьмой раз проводит журнал «Итоги» совместно с международным рейтинговым агентством Fitch Ratings и РСПП.

Как обычно, будут все: руководители более 80 крупнейших банков, а также Банка России, Минфина, главы федеральных ведомств финансового блока правительства, ММВБ, влиятельные СМИ. В соответствии с традицией День Банкира был и остается местом встречи банковского сообщества и подведения итогов финансового года. Своими взглядами на ситуацию поделятся и. о. министра финансов Антон Силуанов и первый заместитель председателя Банка России Алексей Улюкаев.

Международное рейтинговое агентство Fitch Ratings представит рейтинги российских банков и банков СНГ. И как всегда — награждение победителей премии «Большие Деньги».

Специальный гость встречи — Алексей Кудрин, один из отцов-основателей Дня Банкира. Придет и наш большой друг маэстро Владимир Спиваков. А еще...

Впрочем, вспомним о том, ради чего это действо затевается, — о банках. Коллективный портрет наших фининститутов занятный. По данным ЦБ РФ, на 1 сентября 2011 года в России таковых всего 1126. Главное месторасположение — Центральный федеральный округ (57,9 процента). Меньше всего банков на Дальнем Востоке — 26. Тут в коллективном портрете и проявляются национальные особенности отечественной банковской системы. Территориальные диспропорции компенсируются ударным трудом первой пятерки самых крупных банков страны. У них распределение активов по регионам вполне себе равномерное: 55,5 процента в ЦФО (на 1 сентября 2011 года), 74 процента — на том же Дальнем Востоке. Иными словами, первые пять — они же в основном госбанки — по существу и питают кровеносную систему нашей экономики. Судите сами. По данным на 1 сентября 2011 года первые топ-5 обладают почти половиной (48,8 процента) всех банковских активов! Банки, занимающие с 6-го по 20-е место, — 20,5 процента; с 21-го по 50-е место — 11,6; стоящие на ступеньках с 51-й по 200-ю держат 13,2 процента активов; с 201-й по 500-ю — всего 4,6. Прочие же располагают и вовсе 1,3 процента. Вот и судите, сколько у нас реальных оазисов кредитов и депозитов. Словом, правы эксперты: случись что, государство поможет. Хотя поможет, видимо, не всем. В последнее время банки активно привлекают рублевую ликвидность, предлагаемую Минфином и ЦБ. Последний вообще готов предоставить ее столько, сколько потребуется (хотя там убеждены, что скорее всего не потребуется). О кризисе речь пока не идет: октябрь, конец года — время налоговых выплат...

Кстати, о том, как оценивает ситуацию Центробанк, Алексей Улюкаев расскажет в следующем номере «Итогов». А подробнее — на Дне Банкира.

И, наконец, слова благодарности в адрес партнеров Дня Банкира — ВТБ24, компании КРОК, а также нашего медиапартнера «Вести FM»: полезное делаем дело, спасибо.

Наталья Калашникова

 

Первый пошел / Дело / Капитал / Акции

 

С 5 октября, то есть за неполный месяц, российский индекс ММВБ вырос почти на 20 процентов. При высоких ценах на нефть рубль не заставил себя ждать и бодро укрепился к доллару — с отметки 32,6 рубля за доллар на 8 процентов. Некоторые эксперты полагают, что локальный потенциал для роста практически себя исчерпал и тем, кто нынешний шторм решил все-таки переждать в бумагах, пора бы подумать о выходе в кэш. Один из поводов для размышлений дает коррекция, случившаяся 28 октября: запала от частичного решения греческой проблемы (списание 100 миллиардов евро долга) хватило только на одну торговую сессию. Инвесторы прекрасно понимают, что озвученных планов по спасению Афин явно недостаточно, чтобы вызволить европейскую экономику из предкоматозного состояния. Следующими на очереди со своими проблемами стоят Италия и Испания. Если и им придется объявить дефолт (пусть и частичный), никаких фондов финансовой стабильности в триллион евро не хватит.

 

Купи-продай / Дело / Капитал / Купи - продай

 

Александр Потавин, руководитель аналитической службы «Айти Инвест — Проспект»:

— Европейские лидеры наконец-то утвердили антикризисные меры. Цена вопроса — списание 30 процентов вложений в греческие облигации и обязанность европейских банков привлечь 106 миллиардов евро дополнительного капитала. На ожиданиях и по факту принятия этого плана можно было наблюдать стремительный рост биржевых индексов, укрепление позиций евро против доллара (до уровня 1,41 доллара за евро) и, как следствие, стремительный взлет цен на сырье. Какое-то время фондовые индексы могут продолжить этот спекулятивный рост. Однако с учетом того, что индекс ММВБ за неполный месяц вырос уже на 23 процента, создалась существенная перекупленность в отдельных ликвидных бумагах. Но даже с учетом этого спекулянтам не стоит играть на понижение. Лучше дождаться сильного сигнала на открытие «коротких» позиций, например когда индекс ММВБ поднимется значительно выше отметки в 1520 пунктов. Нужно лишь немного подождать. Не думаю, что снижение будет длительным, но поиграть на нем стоит, ведь проблемы слабой европейской экономики никуда не делись.

Иван Фоменко, начальник отдела доверительного управления Абсолют Банка:

— Несмотря на общий позитивный настрой инвесторов на фоне относительно успешного завершения экстренного саммита ЕС, на этой неделе вероятна неглубокая техническая коррекция рынков. Охлаждение может наступить после заседания ФРС США, ожидаемый позитив от которого уже отчасти заложен в текущих котировках. Из выходящей статистики особое внимание стоит обратить на ежемесячные данные о состоянии рынка труда в США, а также на индекс деловой активности в производстве. Ожидаемые уровни по индексу ММВБ — 1450—1550 пунктов, нефть сорта Brent, вероятно, останется в диапазоне 110—115 долларов за баррель, котировки золота — 1680—1750 долларов за унцию. Привлекательность для покупателей сохраняют акции нефтегазовых компаний, которые можно рекомендовать к покупке после коррекции рынка.

Сабина Мухамеджанова, старший аналитик «Ренессанс Управление Активами»:

— За прошедшую неделю индекс РТС прибавил еще около 10 процентов на оптимизме относительно плана выхода Европы из долгового кризиса. Среди лидеров роста стоит отметить акции металлургов (НЛМК и «Северсталь»), «Газпрома» (после новостей о возможном увеличении дивидендов), «Уралкалия» (после объявления новой стратегии, предполагающей существенное увеличение мощностей в течение 10 лет). Хуже рынка выглядели акции ГМК «Норильский никель» на фоне новостей о грядущем снижении доли компании в индексе MSCI. На этой неделе состоится саммит «большой двадцатки», в ходе которого должны проясниться технические детали, касающиеся увеличения Европейского фонда финансовой стабильности. Кроме того, внимание рынков будет приковано к заседанию Федеральной резервной системы США.

 

Фишка недели / Дело / Капитал / Фишка недели

 

Всю прошлую неделю огромная толпа частных инвесторов пикетировала регистратор «Компьютершер», собиравший заявки на выкуп акций «Норильского никеля». ГМК объявил, что с 28 сентября по 28 октября готов приобретать свои акции по цене, которая существенно выше рыночных котировок. Пожелавших на этом заработать оказалось так много, что «Компьютершер» не смогла обработать все заявки. В итоге часть спекулянтов, понимая, что им ничего не светит, решила избавиться от акций во вторник, вызвав обвал котировок «Норникеля» более чем на 5 процентов.

 

Темная лошадка / Дело / Капитал / Темная лошадка

 

Глобальные депозитарные расписки компании «Полиметалл» могут быть включены в расчет британского фондового индекса FTSE. Аналитики считают, что это событие благоприятно скажется на бумагах российского эмитента: мол, включение их в список самых-самых сделает бумаги «Полиметалла» более ликвидными. Сейчас, когда происходит обмен российских акций компании на Polymetal International, некоторые владельцы предпочтут получить деньги, что держит бумаги под давлением. Тем не менее инвесторы, полагают аналитики, могут «поймать» порядка 30 процентов роста. Стоит только подождать...

 

Нужен ли экономике мировой центральный банк? / Дело / Бизнес-климат

Empty data received from address [ ].

Поиграли — и хватит / Дело / Капитал / Загранштучки

 

Прошла информация о том, что крупнейший разработчик онлайн-игр для соцсетей — компания Zynga — может провести публичное размещение акций в середине ноября. Ее владельцы и топ-менеджмент рассчитывают на то, что предприятие, существующее всего-то 4 года, будет оценено инвесторами более чем в 11 миллиардов долларов. При этом стоимость компании сейчас оценивается аналитиками примерно в 7—9 миллиардов. Размещение акций Zynga является в своем роде уникальным событием, поскольку до нее на рынок еще не выходил ни один разработчик игр для соцсетей. В принципе это неудивительно, поскольку и самая большая сеть Facebook не торопится с IPO. Поэтому имеет смысл поговорить о Zynga подробнее.

Всего ее клиентов (игроков) по всему миру насчитывается около 270 миллионов человек, из них в Facebook — 230 миллионов. Компания демонстрирует бурный рост во многом благодаря мощному развитию детища Марка Цукерберга. По итогам 2010 года чистая прибыль Zynga составила 90 миллионов долларов при выручке 597 миллионов. По нашим прогнозам, в 2011 году выручка компании может приблизиться к отметке в 1,5 миллиарда долларов, а прибыль — к 0,5 миллиарда.

Из прочих публичных компаний игрового сектора, которые представлены в социальных сетях, можно выделить только Electronic Arts (биржа NASDAQ, тикер ERTS). В 2009 году она купила за 400 миллионов долларов компанию Playfish, занимающуюся разработкой игр для социальных сетей (Restaurant City, Pet Society и т. д.). На момент покупки Playfish акция Electronic Arts стоила 19,53 доллара, сейчас одна бумага оценивается в 24,5 доллара, но так как эта компания большая и занимается разнообразными проектами, сложно судить о влиянии подразделения социальных игр на ее стоимость. Впрочем, известно, что по итогам 2011 года Electronic Arts ожидает получить не менее 20 процентов выручки за счет игровых приложений для мобильных устройств и социальных сетей.

Главный «социальный» проект EA и Playfish — это, конечно, The Sims Social, запущенная в августе 2011 года. Игра занимает одно из лидирующих мест среди приложений Facebook и продолжает набирать обороты. На данный момент уже около 8 миллионов человек ежедневно играют в Sims. Бурно развивается и азиатский рынок социальных игр. Крупнейший игрок — китайская Happy Elements. Одним из ее популярных проектов является игра My Fishbowl, аудитория которой превышает 1,5 миллиона. В 2011 году Happy Elements привлекла более 30 миллионов долларов инвестиций.

Рынок игр для социальных сетей еще не сформировался окончательно, но его уже можно назвать достаточно зрелым: лидеры отрасли определились. Остается дождаться публичных размещений акций, чтобы заработать на игромании.

Дмитрий Юрцвайг

член прав­ле­ния ФГ БКС

 

Перечитывая «Капитал» / Дело / Капитал

 

Лозунги активистов движения «Оккупируй Уолл-стрит», уже больше месяца терроризирующих сотни городов по всему миру, обнажили основные очаги болезни мировой финансовой системы. Но не ее истоки. А между тем то, что написано у демонстрантов на транспарантах, — это лишь верхушка айсберга. Коренные проблемы кроются в структурных диспропорциях глобальной экономики.

Бурное развитие компьютерных технологий в развитых странах обусловило в последние 20—30 лет небывалый рост эффективности производства. Чтобы обеспечить западного человека необходимым набором товаров и услуг, больше не требовалось держать на производстве тысячи работников. Осознание этого факта, а также наличие дешевых трудовых ресурсов в странах Азии, привело к значительному смещению производственной базы в развивающиеся страны Юго-Восточной Азии, прежде всего Китай.

Население же Старого Света и США стало все в большей степени зависеть от способности генерировать блага нового типа — не традиционные реальные товары (машины, утюги, джинсы), а интеллектуальные услуги, связанные с обеспечением функционирования в том числе и мировой финансовой системы.

Чтобы избежать сильных потрясений в виде быстрого роста безработицы и социальных трений, правительства западных стран стали искусственно занижать уровень безработицы путем создания дополнительных рабочих мест в госсекторе, а также в той части финансовой индустрии, которая принадлежала государству. Параллельно правительства поддерживали программы стимулирования потребления, наращивая при этом государственный долг. Но сложившейся в результате таких действий экономической и финансовой системе не потребовалось столько рабочих мест, сколько есть сейчас. Круг замкнулся.

Если сравнивать нынешнюю ситуацию с историческими периодами в развитии мировой экономики, то налицо классический кризис перепроизводства, подобный тому, что был в середине XIX века, на ранней стадии развития капитализма. Тогда это привело к закрытию производств, резкому росту безработицы, политической нестабильности и, наконец, к революционным ситуациям, давшим толчок к развитию коммунистической идеологии.

Нынешние демонстранты выступают против двух вещей.

Во-первых, они винят во всех бедах фининституты, которые способствовали разрастанию этого кризиса. Особенно ярко это проявилось в пик недавнего кризиса, когда правительства спасали банки финансовыми вливаниями, а те, в свою очередь, продолжали платить крупные бонусы своим менеджерам.

Во-вторых, значительная часть протестных выступлений направлена против дисфункции государства, которое не способно справиться с высоким уровнем безработицы. Становится понятно, что созданием искусственных рабочих мест и призрачной занятости проблемы не решить — государственные долги достигли своего пика и дальше расти не могут. Очевидно и то, что в кризис потеряло работу большое количество людей, которые теперь не могут обеспечить себе нормальный уровень существования. Это толкает их на участие в мирных демонстрациях, которые затем превращаются в радикальные протесты, какие мы видели недавно в Риме.

Ситуация начинает закручиваться, как снежный ком. Инвесторы в таких неспокойных условиях боятся вкладывать деньги, что приводит к спаду экономической активности. А спад активности, в свою очередь, к дальнейшему спаду производства и росту безработицы.

Поскольку мы имеем дело с глобальной экономикой, отказ или нарушение в поставках товаров в одну точку мира автоматически приводит к негативным последствиям в других его уголках. Когда ФРС в попытке оказать поддержку американской экономике начинает программу стимулирования экономической активности ради снижения безработицы, в условиях открытой экономики это приводит к перетеканию денег в совершенно другие регионы мира. То есть недавно вкачанные в американскую экономику два триллиона долларов привели к росту большинства мировых индексов, а безработица в США так и осталась на высоком уровне.

Значит, либо надо закрывать экономики, что чревато плохими последствиями для мировой торговой системы, особенно для стран — экспортеров товаров и сырья. Либо решать проблемы через внешнюю конфронтацию. Совсем не исключено, что вслед за социальной и политической мы сможем увидеть и военную напряженность. Это уже происходит. Взгляните на Ливию, Египет, Сирию. Обостряется торговая война между Китаем и США по поводу курса юаня и введения запретительных пошлин. То есть вызванный кризисом перепроизводства социальный конфликт неизбежно толкает к поиску внешних врагов. Любой решительный лидер все больше вынужден оглядываться на рост таких радикальных настроений. Итогом станет как минимум рост протекционизма, который неизбежно затронет и российскую экономику. Например, металлургию, прочно завязанную на перспективы роста мировой экономики, прежде всего Китая. Так что век XXI может дать сто очков вперед веку XIX.

Владимир Тихомиров

ди­рек­тор, глав­ный эко­но­мист ФК «ОТКРЫТИЕ»

 

Сдача в евро / Дело / Капитал

 

Российские официальные лица в последнее время стали намекать на то, что Россия может поддержать евро. В частности, помощник президента Аркадий Дворкович недавно заявил буквально следующее: «Мы ожидаем, когда европейские страны объявят конкретную, понятную стратегию выхода из кризиса. Если в рамках этой стратегии будет необходима поддержка со стороны России и других стран БРИКС, мы готовы эту поддержку оказать». Впрочем, он тут же несколько оговорился, что такая стратегия пока не объявлена и в настоящее время думать о поддержке преждевременно.

Дворкович вместе с главой МИДа Сергеем Лавровым и Алексеем Кудриным приняли участие в форуме «Цели развития тысячелетия». На него также приехала первый вице-президент правительства Испании, министр экономики и финансов Элена Сальгадо Мендес. Дворкович сообщил, что Кудрин и Лавров встретились с коллегой и обсудили, в том числе, вопрос возможного участия России в выходе Испании из кризиса, выкупе ее долговых бумаг.

В общем, история веселая. Прежде всего потому, что не очень понятно, нужна ли евро вообще какая-либо поддержка. Если Греция выйдет из зоны евро, то евровалюта мгновенно подскочит как реакция на оздоровление ее ядра  без всякой помощи. А если нет, то евро начнет медленно падать относительно доллара (и юаня), чем поддержит европейский экспорт.

Отметим, что после того, как будет решен вопрос с Грецией, настанет очередь Португалии. Тут такая же картина: сначала медленное падение евро, а затем, после выхода Португалии из зоны евро, резкий рост. Картина повторится с Испанией, а на закуску — с Италией. Рассчитывать на то, что эти страны останутся в зоне евро, можно только в одном случае: если начнется общемировой экономический рост, а в это пока не очень верится.

Отметим, что все перечисленные страны входят в группу стран с «южной» экономикой, которая питается за счет массового туризма и экспорта продовольствия. В условиях кризиса они традиционно девальвировали свою валюту для поддержания того и другого  но этот путь стал для них закрыт после введения евро. Им, даже теоретически, сильная валюта не нужна, от нее у них одни неприятности (исключение  высокопромышленный и технологический север Италии, но он не может доминировать по всей стране).

Сильная валюта нужна высокотехнологическим странам-экспортерам, и именно им интересно сохранить проект евро. Расширение этого проекта на страны юга ЕС и тем более ряда восточных стран — чисто политическое явление, которое произошло в условиях эйфории от экономического бума, но последний закончился. Значит, пора приводить общеполитическую картину ЕС к экономическим реалиям.

Если кризис будет продолжаться достаточно долго (на самом деле я-то в этом убежден, но настоящий текст написан для всех, в том числе и скептиков), то экономический прагматизм возьмет верх над политическим оптимизмом и в еврозоне останутся Германия и Франция, страны Бенилюкса, Австрия и Дания. Ну, возможно, еще Финляндия. Все остальные просто не смогут поддерживать свою экономику при высоком евро. К политическим проблемам внутри ЕС это имеет мало отношения — в конце концов, Великобритания, Польша или Чехия в ЕС входят, но вполне обходятся своими собственными валютами.

Но политически сегодня говорить о резком сокращении зоны евро невозможно, поскольку это противоречит евроатлантическим принципам и некоторым другим европейским заморочкам. Именно по этой причине я говорил о длительности кризиса: евробюрократия в Брюсселе, проамериканские элиты в странах Восточной Европы, атлантические элиты старой Европы  все будут сопротивляться этому процессу. Разумеется, рано или поздно кризис их переломит  если не закончится, конечно.

И вот здесь возникают вопросы: что имеют в виду официальные лица России? Покупку общеевропейских ценных бумаг, о начале выпуска которых сегодня так много говорят в Брюсселе и европейских столицах, прямые инвестиции в экономику Германии, покупку ценных бумаг конкретных стран? Ответа пока нет, а значит, обсуждать здесь что-то достаточно сложно.

Некоторые из перечисленных проектов применимы в случае окончания кризиса, некоторые — в случае его продолжения, какие-то носят чисто спекулятивный характер и стратегического интереса не представляют. Но говорить о правильности той или иной стратегии можно, только если есть адекватное представление о том, как будут развиваться события.

Я считаю, что кризис будет продолжаться. И долго. Но российские официальные лица с таким сценарием пока не определились. А как известно, для капитана, у которого нет конечной цели, никакой ветер не будет попутным. По этой причине к заявлениям, о которых говорится в начале этой статьи, я отношусь как к спорным и боюсь, что все они выльются в чисто тактические действия, выгоду от которых приобретут скорее конкретные коммерческие структуры, чем российское государство в целом.

Михаил Хазин

пре­зи­ден­тком­па­нии эк­спер­тно­го кон­суль­ти­ро­ва­ния «НЕОКОН»

 

Свобода свопа / Дело

 

На прошлой неделе стало окончательно ясно: дефолт Греции — вопрос ближайшего времени. 9 октября президент Франции и канцлер Германии договорились насчет рекапитализации национальных банков, которые пострадают в случае списания афинского долга. Впрочем, никто точно не знает, сколько дополнительных средств понадобится европейским — и даже американским! — фининститутам, чтобы не лопнуть после того, как обанкротится маленькое государство еврозоны. Ведь проблема не в самом греческом или там итальянском долге (470 миллиардов и 2,6 триллиона долларов соответственно), а в завязанных на них производных финансовых инструментах, чей объем, по оценкам, кратно больше самих этих обязательств. Случись дефолт, под ударом окажутся крупнейшие финансовые структуры Европы и США. Далее — везде.

Инструмент дьявола

Имя «инструменту дьявола», который вонзится в спину банков и пенсионных фондов, — кредитно-дефолтный своп, или CDS.

По степени закрытости рынок контрактов CDS не уступает такой «отрасли», как торговля оружием. В СМИ периодически просачивается скудная информация о некоторых сделках, но четких представлений о том, каков их реальный объем, не было и нет. Тем не менее даже отрывочные данные о темпах роста этого рынка показывают, насколько популярен данный инструмент. В 1998 году совокупный объем свопов оценивался в 300 миллиардов долларов, в конце 2002 года — уже более чем в 2 триллиона, а к концу 2007 года составлял уже порядка 62,2 триллиона долларов! К слову, последняя цифра сопоставима с годовым ВВП всей планеты Земля…

Как отметил в одном из обращений к акционерам своего фонда Berkshire инвестиционный гуру Уоррен Баффет, «вариации деривативных контрактов ограничены лишь воображением человека (порой кажется, что сумасшедшего)».

Секрет бешеной популярности CDS кроется в его специфической начинке. Допустим, мы имеем дело с неким субъектом финансового рынка (это может быть компания или даже целое государство), который имеет долги. Предположим, что некий банк является в этой схеме кредитором. На случай, если заемщик вздумает объявить дефолт, банк создает дополнительные резервы, чтобы при необходимости снизить свои потери. Банк располагает информацией, что сейчас должник прочно стоит на ногах, а потому велик соблазн пустить эти резервы в оборот. Чтобы высвободить часть резервов, банк-кредитор на рынке покупает контракт CDS у третьей стороны (как правило, это хедж-фонд). Эта третья сторона берет на себя риски невыплаты по долгам. За это банк перечисляет ей премиальные платежи. Если заемщик не банкротится, а срок контракта истекает, то банк и третья сторона полюбовно расстаются. Но если вдруг заемщик объявляет дефолт, то банк получает застрахованную сумму.

Казалось бы, все довольны, риски сведены к минимуму. Но как тут не вспомнить знаменитое четверостишие Заходера о том, что сотворенное дураками — «пустяки, в сравненьи с тем, что может сделать гений. Особенно — из лучших побуждений». Поскольку до кризиса ежегодно банкротилось лишь 0,2 процента компаний, имеющих инвестиционные рейтинги надежности, никому и в голову не могло прийти, что ситуация когда-либо может резко ухудшиться. И уж кто мог подумать, что банкротами могут стать вполне себе крепкие государства — Италия, Испания, Греция, Португалия и даже США!

Сейчас через CDS страхуется все, что можно: от государственных долгов (в том числе и не очень надежных) до рисков непоставки товаров. Этот инструмент привлекателен еще и тем, что он никем и ничем не регулируется. Кризис 2008 года показал, к чему приводит злоупотребление кредитными свопами. Когда пал американский банк Bear Stearns, все еще думали, что мировую финансовую систему шторм минует, однако после банкротства Lehman Brothers выяснилось, что на выплату по CDS необходимо срочно изыскать 400 миллиардов долларов. Еще якобы 100 миллиардов всплыло в результате коллапса страхового гиганта AIG. Поговаривают, что именно CDS привели к банкротству в 2009 году General Motors. Держатели долга компании накупили свопов на эти долги и в итоге выиграли вдвойне: с ними расплатился и автоконцерн, и те, кто страховал от дефолта GM.

В апреле 2010 года Блайт Мастерс, топ-менеджер банка J.P. Morgan, придумавшая СDS вместе с единомышленниками почти 20 лет назад, заявила следующее: «Нам необходимо усвоить урок, преподанный этим кризисом. Лично мне кажется, что я его поняла, и в свое время некоторые вещи, наверное, нужно было сделать по-другому». Публичное озарение нашло и на всем известных финансовых гуру. Уоррен Баффет назвал CDS «финансовым оружием массового поражения», а Джордж Сорос — токсичными активами, угрожающими финансовой стабильности.

Сейчас, когда дефолт Афин уже не за горами, стоит призадуматься над тем, какого джинна может выпустить из бутылки этот финансовый инструмент.

Сумерки дефолта

Ни у кого сегодня нет четкого представления об истинных размерах той финансовой дыры, в которую вот-вот вылетят Греция и другие проблемные страны еврозоны. По данным Reuters, объем кредитных свопов по Афинам составляет жалкие 4,17 миллиарда долларов. Однако в июне этого года компания DTCC оценила объем рынка греческих CDS в 78 миллиардов евро (более 106 миллиардов долларов)!

Летом Bank of America предположил, что на балансах американских банков находится всего лишь 7,3 миллиарда долларов греческих долгов. Однако согласно данным Банка международных расчетов американские финансовые институты гарантируют контракты по греческим CDS на 32,7 миллиарда долларов. И в случае дефолта Эллады Уолл-стрит придется так же несладко, как и европейским кредиторам. Если не хуже. «По некоторым оценкам, американские банки (J.P. Morgan, Citi, Goldman Sachs) как крупнейшие продавцы CDS на греческие долги попали на 600—700 миллиардов долларов», — поделился с «Итогами» эксперт РБК-ТВ Степан Демура.

В мае этого года журналисты газеты Financial Times Дэвид Окли и Трейси Аллоуэй в своей заметке о влиянии CDS на долговой кризис высказали следующее предположение: «В конце концов финальное решение по поводу реструктуризации греческих долгов находится в руках восьми из крупнейших мировых банков и четырех крупнейших американских хедж-фондов, а также фонда PIMCO. Все они являются членами так называемой комиссии реагирования под крылом Международной ассоциации свопов и деривативов, и именно они решают, является ли реструктуризация греческих долгов поводом для выплат по CDS или нет». Вот вам и теория заговора в действии: политики не пойдут на решительные шаги до тех пор, пока не получат отмашки от крупнейших финансовых институтов планеты.

...В час «Х» все контракты CDS выставят к погашению. И тогда уже будет все равно, в Европе ли бушует финансовый шторм или в США — волной цунами накроет всю планету.

Константин Полтев

 

Кормчий / Искусство и культура / Профиль

 

Строго говоря, поводов для радости у легендарного Бутусова в эти дни как минимум три. Во-первых, полувековой юбилей. Во-вторых, президентское поздравление с юбилеем: Дмитрий Медведев на днях похвалил музыканта за то, что он создал «символ эпохи перемен» — группу «Наутилус Помпилиус». И, конечно, свежеизданная книга. На первый взгляд — автобиография. Но попытка проследить по ней творческий путь великого кормчего «Наутилуса» заранее обречена на неудачу.

В книге не так много энциклопедически выверенных фактов. Все больше причудливые ассоциации да метафорические лабиринты. Правда, начинается все с рассказа о счастливом советском детстве, которое создатель советской «желтой подводной лодки» провел на просторах Западной Сибири.

Поцелуй дистрофика

Слава Бутусов появился на свет в сибирском поселке Бугач, но семья постоянно переезжала. Будущий архитектор (по образованию) Бутусов всюду наблюдал знакомую картину: аскетичный индастриал, подернутый романтическим сфумато позднего застоя. В это время все случалось впервые: первая жвачка, первый кинопроектор. Первая магнитофонная кассета у Бутусова содержала альбом Destroyer группы Kiss. Но ларечники, первые ласточки новорусского капитализма, перевод сделали весьма оригинальный: «Поцелуй дистрофика». Зато от первых звуков «киссов» крупные таежные комары, что плодились в квартире, разом прилипли к окнам… Уже тогда юное дарование самолично распевало битловскую «Огёл» (так — в авторской транскрипции) и испытывало страстное томление по настоящим альбомам, релизам, концертам. Вышеозначенный поцелуй не прошел даром.

Свердловск в те годы искусственно поднимался до статуса столицы Сибири. Отсюда огромная концентрация интеллигенции, потомков ссыльных, разного рода уклонистов, в том числе — архитекторов-конструктивистов, отстроивших половину города. В качестве альма-матер Бутусов выбирает модный архитектурный институт. Впоследствии он даже спроектировал несколько станций местного метро, что, по его словам, «сказалось на больной внешности их интерьера». А еще позже признался: «Если бы я планировал свое будущее, я бы работал сейчас в «Гражданпроекте» в Тюмени».

Но на первом курсе он уверенно ступил совсем на другую стезю. Музыкальная жизнь факультета била ключом. В каждой учебной группе была своя рок-банда. Инструменты доставали где придется. Одно время за Славой гонялся институтский завхоз: «Бутусов, верни гитару на место!»

Свердловские рокеры поклонялись мастодонтам хард-рока Led Zeppelin. Отсюда по ассоциации возникает название «Наутилус». Вскоре просторное обиталище капитана Немо пришлось поменять на крошечного моллюска Nautilus Pompilius, дабы избежать путаницы с «однофамильцами» из Москвы. Но еще раньше группа называлась «Али-баба и сорок разбойников». Кроме Бутусова в нее входили басист Дмитрий Умецкий, клавишник Виктор Комаров и еще несколько ярких личностей. А чуть позже появился текстовик, идеолог и тайное бутусовское альтер эго в одном лице — Илья Кормильцев. Выступают «разбойники» сперва в пиратском облачении, с раскрашенными банданами, саблями и набедренными повязками. Затем все резко поменялось. За образец берутся иконы глэм-рока и новой волны: всклокоченные «дюран-дюрановские» волосы, антураж в стиле милитари, ботфорты, ордена, мундир… Ботфорты взяли в ТЮЗе, галифе перекрасили в черный цвет, а орден сделали из броши. Смотрелось все это по тем временам завораживающе.

Всплытие «Наутилуса» как культовой группы могло бы и не случиться, если бы не альянс Бутусова с поэтом, переводчиком, философом и левым интеллектуалом Ильей Кормильцевым. Летом 1984-го Кормильцев приобрел японскую портативную студию Sony. Для этого ему пришлось заложить в ломбарде все украшения жены и ювелирку, взятую «напрокат» у ближайших друзей. Ревербератор, вспоминают очевидцы, «напоминал не достижения современной цивилизации, а синюшкин колодец из сказов Бажова». Как раз в это время Бутусов с Умецким съездили на ленинградский рок-фестиваль, вернулись вдохновленными и немедленно принялись за работу. Дневали и ночевали в студии, спали вповалку прямо на полу. В одной комнате фонила аппаратура, в другой возвышались батареи пустых бутылок от портвейна. Так появился альбом «Невидимка», который по тем временам было не стыдно показывать профи.

Бутусов еще не помышлял о славе за пределами Свердловска, да и не стремился к ней. Его устраивал путь поэта-отшельника. Но все изменить помог опять-таки Кормильцев. Он работал бутусовским вторым «я» и переводил его интуиции и внутренний голос в отличные тексты в духе урбанистического символизма. И этими текстами, и своим присутствием Илья создавал тот стержень, на котором держалась группа. Именно это обстоятельство вкупе с мелодическим даром Дмитрия Умецкого помогло следующему альбому «Разлука» оглушительно выстрелить на всю страну. Бутусов в этот момент нащупал что-то внутри себя, ощутив свою фирменную мрачную харизму. Он меняется даже внешне. Начинает петь эротично-мистическим, заваленным назад вокалом, закрывая глаза и хмуря брови. Так возник секс-символ для студенток-хорошисток и интеллигентных домохозяек. Это было время создания главных хитов. В том числе Самой Главной бутусовской песни «Я хочу быть с тобой», о которой, говорят, сам Виктор Цой отозвался так: «Кто спел «Я хочу быть с тобой», уже достоин уважения».

Альбом записывали уже совсем по-взрослому. А когда дело дошло до пластинки кавер-версий под названием «Князь тишины», удалось сделать это с помощью… самой Аллы Пугачевой. Услышав «Нау», Алла Борисовна влюбилась в группу. И решила помочь, чем могла. Пригласила ребят в студию. Увидев, как Бутусов мучается с вокалом, начала объяснять, как можно спеть, не тужась, не напрягаясь и при этом точно попадая в ноты. Потом сама подошла к микрофону, а звукорежиссер Саша Кальянов не сплоховал и тайком записал приму. При окончательном сведении голос Пугачевой остался в записи. Сегодня он слышен в песне «Доктор твоего тела» в качестве бэк-вокала…

Комсомол рекордс

Наступили времена, когда «Наутилус» начали крутить в киосках вместе с «Ласковым маем». Бутусов между тем был чужд как входившему в моду размазыванию соплей, так и политическим речевкам типа «свобода-рабство» или «коммунисты-либералы». Будущее представлялось не слишком лучезарным: «в одну тюрьму из другой тюрьмы, нас разбудили в такую кромешную рань».

К этому времени относится первая, на этот раз не слишком серьезная размолвка между Кормчим и Арионом — Бутусовым и Кормильцевым. В 1989-м «Наутилус» наградили премией Ленинского комсомола, и ребята поспорили, что делать со свалившимися на них деньгами. Бутусов и остальные музыканты благополучно прокутили эту манну. Зато Кормильцев отказался от премии и своей доли приза. Впоследствии ему не раз случалось попрекать друга тем, что тот хлебал из комсомольского корыта.

Вообще-то конструктор отечественной версии «желтой субмарины» был довольно аполитичным молодым человеком. Он держался в стороне от тех рокеров, кто звал на баррикады и кого впоследствии скопом причислили к борцам с режимом... бывшие слуги этого самого режима. Как бы там ни было, но в 1988 году, когда «Нау» прогремел на всю страну, Бутусов и его товарищи оказались не готовы к испытанию славой и деньгами. Еще бы: топовые позиции в хит-парадах, съемки, интервью, выступления в гремевшей тогда программе «Взгляд». Популярность тяготила, непрерывные гастроли утомляли. Начались ссоры из-за денег. А талантом миротворца Бутусов, увы, не обладал. Он вынужден был распустить группу и набрать новый состав. Так было потом не раз. За всю историю «Наутилуса» в нем играло в общей сложности несколько десятков человек. Но в тот момент тяжесть утраты ощущалась остро.

Бутусов впал в меланхолию и начал искать истину в вине. Получил черепно-мозговую травму.

Но сразу же вслед за этим погружением началось новое, незапланированное плавание. Едва выйдя из больницы, исхудавший, небритый, с кругами вокруг глаз, Бутусов встретил свою будущую вторую половину. Представляясь, он был уверен, что на него просто нельзя взглянуть без содрогания. Но Анжелика Эстоева, ленинградка и давняя поклонница бутусовского гения, вовсе так не думала. Для нее это была встреча с небожителем, которого она увезла из Свердловска в родной Ленинград. Они вместе больше 20 лет.

Желтый туман

Личная жизнь капитана Бутусова налаживалась, но очередное всплытие «Наутилуса» так и не состоялось. Хотя отчаянные попытки развернуть субмарину, безусловно, предпринимались. Неудачей закончилось воссоединение с Дмитрием Умецким, затем у «Нау» наступил гитарный период с участием гитариста-виртуоза Егора Белкина. На короткое время субмарину подняла вверх кинематографическая волна, после того как бутусовские треки (и сам Бутусов в одном эпизоде) засветились в балабановском блокбастере «Брат». Решение Бутусова участвовать в этом проекте затем еще не раз поставят под сомнение. В то же самое время от съемок в фильме последовательно отказались Борис Гребенщиков и Юрий Шевчук.

Прокат «Брата» и отдельный выход саундтрека дали возможность держаться на плаву в материальном плане. Но в творческом отношении «Наутилус» шел ко дну, новые альбомы («Титаник», «Яблокитай») оказывались один хуже другого. Бутусова накрывает с головой новая волна творческого кризиса. И он решительно сходит с накатанной дороги. Выступает с «Лицедеями» и детским хором «Куманек». Выходит на сцену в белом халате, напоминая не то хирурга, не то завлаба. По залу в это время вальяжно расхаживают бравые матросы и угощают публику пивом, носятся какие-то аквалангисты, ходят строем пионеры, играют в волейбол херувимы. Фантомные боли по «Наутилусу» нужно было заглушить любой ценой, и тут многие средства оказались хороши. Но упаднические настроения все же преобладали, а порой и переходили в опасные эксперименты над собой. Бутусов и наркотики — тема крайне деликатная. За несколько лет до этого Бутусов пророчески исполнил песню о падшем ангеле, которому «твари с глазами, как лампы, вцепились мне в крылья у самого неба». Трудно сказать, насколько глубоким было падение. Сегодня за то «темное прошлое» Бутусову стыдно перед друзьями, женой и детьми. Выход из мышеловки, по его словам, неожиданно увидела Анжелика. «Она, — утверждает музыкант, — нашла у меня какой-то последний остаток стыда. И эта инъекция сработала, мне тошно стало… По-настоящему. Вот с этого момента началось очень медленное, совершенно незаметное оттаивание».

Когда умолкли все песни

Конечно, с идеей «Наутилуса» пришлось расстаться окончательно. Но затопление субмарины оказало на ее капитана живительное действие. Бутусов пытается строить новую реальность. Он придумывает с бывшими музыкантами «Кино» новый проект «Звездный паддл», затем новый проект «Ю-Питер». Все бы хорошо, но в своей автопсихотерапии Бутусов порой заходил так далеко, что не замечал очевидных вещей, о которых впоследствии приходилось жалеть. Летом 2006 года он согласился спеть на слете движения «Наши» на Селигере. Илья Кормильцев в ответ опубликовал открытое письмо, в котором подверг уничтожающей критике друга и коллегу: «Я не хочу, чтобы наемные гопники, оттягивающиеся за счет налогоплательщиков, внимали стихам, которые я писал сердцем и кровью». И пригрозил Бутусову тем, что запретит исполнять песни на собственные тексты. Когда через несколько месяцев Кормильцев умер от скоротечной онкологии, вышло так, что Слава Бутусов не попал на похороны друга. Причин для этого, по его словам, было очень много. Но в тусовке поползли слухи, что Бутусов не простил другу жесткой критики. Бывший кормчий это горячо отрицает.

Сегодня в жизни великого кормчего легендарного «Наутилуса» многое изменилось. Она стала спокойнее. Бутусов окончательно пришел к тому, к чему давно приближался: осознанно принял православие и воцерковился. Пересмотрел свои ранние работы и некоторые из них признал ошибочными. Живет сегодня кормчий незаметно, на тихой окраине Петербурга, куда, по его словам, редко добираются посторонние люди. А в толпе, средь улиц шумных, кто только не попадается на пути бывшему капитану. Поджидая однажды в Эрмитаже дочь Софью, Бутусов спустился в гардероб, а навстречу ему человек. Подходит и спрашивает:

— Это вы Юрий Шевчук?

Тот отвечает:

— Да что вы, у меня даже бороды нет.

— А как похож!

Что тут скажешь? Бутусовская популярность явно остается в силе. Но поскольку раб Божий Вячеслав о ней почти не думает, она платит ему той же монетой. И слава богу.

Евгений Белжеларский

 

Русскоязычный / Общество и наука / Профиль

 

«Наше все» — Сколковский институт науки и технологий (СИНТ) — возглавит американец, профессор Массачусетского технологического института Эдвард Кроули. По словам главы фонда «Сколково» Виктора Вексельберга, он «кандидат номер один», по сути, «президент без пяти минут». Почему выбор пал на 56-летнего американского ученого, специализирующегося на исследовании космоса? Похоже, что главные карьерные плюсы мистера Кроули — это знание русского языка, прочные связи с российским научным цехом и талант менеджера от науки. Единственное но: в свое время он стажировался в МАИ — Московском авиационном институте. То есть это мы тогда учили теоретика американской астронавтики, а теперь он приедет учить нас. Ну да ладно: умом-то Россию не понять. А у Кроули была возможность вникнуть в контекст, как говорится, с погружением.

Наш человек

Эдвард Кроули обещает превратить СИНТ в типичный западный вуз, сочетающий в себе теоретические и прикладные исследования с коммерциализацией научных достижений. При этом обучение в Сколковском институте будет платное, и он не войдет в систему Министерства образования и науки. То есть научное заведение окажется целиком коммерческим и автономным, что типично для США, а для России — более чем экзотично. Единственный пример — расположенная в том же Сколкове бизнес-школа. Технические же вузы мирового уровня, полностью отделенные от государства и не подчиненные Минобрнауки, у нас пока отсутствуют как класс.

Как считают его коллеги, в плане коммерциализации науки Кроули действительно один из первооткрывателей. Да и им самим контакты с американской кузницей инженерных кадров не ограничатся: Массачусетский технологический институт (MIT) станет основным партнером СИНТа, меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве уже подписан.

С MIT связана практически вся сознательная жизнь Эда Кроули. И еще вопрос, где он проводит времени больше — дома или в лабораториях и офисах института. Здесь он в 1976 году стал бакалавром естественных наук. Причем, по воспоминаниям знающих его людей, не колебался в выборе научной специализации — аэронавтика и астронавтика. Только в отличие от того поколения мальчишек, на выбор профессии которых повлияли первые прорывы в космос русских и американцев, Эд Кроули мечтал не только о том, чтобы отправиться к звездам самому, но и об инженерном обеспечении космических путешествий.

В MIT в 1978 году он получил степень магистра наук, а еще через три года защитил докторскую диссертацию. Здесь же начал преподавательскую деятельность, став в 1990 году профессором. Как отмечается в официальной биографии Кроули, многие из его научных работ более сотни раз упоминались в трудах коллег, работающих в тех же областях, а одна из статей вообще стала рекордсменкой — более семисот ссылок.

При этом Кроули, конечно, не мог обойти стороной российские разработки в области освоения космоса. Он сам признает, что в его карьере большую роль сыграло знакомство с работами российских ученых, а потом и с ними самими персонально. Как же иначе, ведь советская и российская наука внесла тут не меньший вклад, чем американская. Так что и русский язык профессор выучил, естественно, не потому, что им разговаривал Ленин, — за научными новинками надо было поспевать, не дожидаясь перевода.

Работать в России Эду Кроули не впервой. Еще в 1989 году американец в составе делегации специалистов в области аэрокосмической техники побывал в МАИ по приглашению этого ведущего советского вуза.

«Как раз тогда я с ним и познакомился. Он приехал вместе с ректором MIT и был фактически его правой рукой. Мы дискутировали по поводу проблем аэрокосмического образования. Он показался мне профессионалом высокого уровня и ярым поборником идеи модернизации инженерного образования», — рассказал «Итогам» Олег Алифанов, декан аэрокосмического факультета МАИ, с ним фонд «Сколково» консультировался по поводу кандидатуры Кроули.

А 26 сентября этого года в прославленном московском вузе Эдвард Кроули прочел доклад об инновациях и реформировании инженерного образования, после чего ученый совет МАИ принял решение о присуждении ему звания почетного доктора этого учебного заведения. Интересный факт: 11 лет назад Госдеп ввел санкции в отношении МАИ из-за его контактов с иранскими специалистами в аэрокосмической области, в результате чего Кроули было запрещено общаться в том числе и с Олегом Алифановым. Лишь совсем недавно запрет был снят.

Полеты наяву

При всех своих академических заслугах Эдвард Кроули не кабинетный ученый. На самых ранних этапах своей карьеры установил тесное сотрудничество с НАСА. Даже пытался пробиться в отряд астронавтов и в 1980 году дошел до финальной стадии отбора. Но в космос не полетел — не получилось совмещать научную деятельность с жесткой системой подготовки астронавтов. Тягу к полетам пришлось ограничить любительским пилотированием самолетов и занятиями планеризмом, весьма, впрочем, небезуспешными. Трижды — в 1990-м, 1995-м и сравнительно недавно, в 2005 году, — Кроули становился чемпионом Северовосточных штатов по планеризму. Свои навыки он шлифует на собственном легком четырехместном самолете, который купил в складчину с двумя профессорами MIT. Однажды даже дал порулить своим самолетом Олегу Алифанову, несмотря на отсутствие у последнего навыков пилотирования.

В качестве члена американского комитета по планированию пилотируемых космических полетов Эд Кроули еще несколько лет назад увлеченно размышлял о планах экспедиции на Марс. Он считает, что прямолинейность в этом предприятии не годится. Необходима многоходовая комбинация. Прежде чем пойти на решающий прыжок к Красной планете, следует отточить мастерство и технологии на серии более простых полетов — от Луны, с высадкой и созданием там технического трамплина, до Венеры и ближайших астероидов, включая спутник Марса Фобос.

На все эти дела и разработку космического корабля нового поколения «Орион» предыдущая американская администрация пообещала НАСА миллиарды долларов. Но подкрался экономический кризис, расходы на космос при Бараке Обаме сочли не главной статьей, и размах работ пришлось резко сократить. Возможно, разочарование из-за внезапного прекращения работы над столь масштабным проектом — одна из причин, по которой профессор Кроули решился сменить прописку.

Бизнес-план

Еще его характеризует несколько странная для ученого (по крайней мере это верно для ученого российского) тяга к коммерции. В разные годы Кроули выступал соучредителем множества бизнес-структур.

То вдруг обратится к модной теме биотехнологий и учредит компанию BioScale, чтобы заняться разработкой биомолекулярных детекторов. То вовлечется в процесс создания корпорацией BP продвинутой системы разведки новых нефтяных месторождений. При этом и космос, и биотехнологии, ну и, конечно, нефть — все это весьма актуально для российской экономики.

Замечен Эд Кроули и как организатор науки. Первым заметным проектом в этом деле стало его содиректорство в Международном космическом университете, базирующемся во французском Страсбурге. По словам Олега Алифанова, именно Кроули организовывал курсы лекций профессоров МАИ в MIT.

Затем он выступил соавтором большого эксперимента. На базе двух факультетов MIT — инженерного и управленческого — создал программу «системного конструирования и менеджмента». Как известно, от всякого изобретения до его реализации и постановки на поток — дистанция огромного размера. Ее-то и учили менеджеров преодолевать. «Несмотря на способность расположить к себе и доброжелательное отношение, Кроули всегда ориентирован не на болтовню, а на решение конкретных проблем, чтобы в результате общения получилась какая-нибудь польза», — говорит Олег Алифанов. И на счету американца действительно есть то, что он сам называет «новыми штучками для человечества».

Например, изобретенная им образовательная программа на стыке науки и бизнеса. Если в пилотную группу в 1996 году удалось набрать 12 отважных слушателей (речь идет не о студентах, а о профессионалах со стажем), то в последующие годы класс разбух до 50 и более учеников, среди которых руководители компаний и главные инженеры известных фирм. Следующим шагом стало выведение этой программы на международный уровень, где она получила название «Всемирная инициатива CDIO» (сокращение от ступеней творческого процесса: Conceive, Design, Implement, Operate — «придумай, спроектируй, реализуй, управляй»). Сейчас в этом проекте участвует более 50 лучших инженерных школ и технических университетов из 25 стран мира, в том числе российские вузы. Последний семинар по программе состоялся в Москве в конце сентября. На нем отмечено, что в современном мире происходит переосмысление инженерного образования как сплава науки и бизнеса.

В США прагматичные янки решили материально поддержать личный вклад соотечественника в продвижение CDIO. В начале года Национальная инженерная академия США присудила профессору Кроули свою самую престижную награду — премию имени Бернарда Гордона. Из полумиллиона долларов премиальных одна половина досталась самому лауреату, а вторая расходуется на дальнейшую поддержку его образовательной программы.

«Эд — профессионал на всех уровнях, и как воспитатель, и как новатор», — отзывается о Кроули член НИА Ян Вайц. Другой его коллега, известный ученый Эдвард Грейцер подчеркивает, что инициатива CDIO уже оказала «огромное влияние на университетское образование во всем мире».

«Будучи не только специалистом и ученым, но и хорошим организатором, он смог внедрить свои ноу-хау в области инженерного образования не только в MIT, — говорит Олег Алифанов. — Например, именно Кроули придумал практику проектных работ для студентов первых курсов, которые, как правило, прохладно относятся к таким строгим дисциплинам, как математика, физика и химия. Поначалу их вовлекают в некие игровые проекты (создание конструкции или аппарата), и здесь студент начинает понимать, что ему необходимо знание точных наук».

Так что таланты Кроули как организатора инновационного образования — главное, что привлекло в его кандидатуре российскую сторону. Для него же лично решение возглавить технический вуз в Сколкове, видимо, мотивировано ситуацией, когда масштабный проект можно начать строить с нуля. Да, для кого-то это головная боль и валидольная диета. Что это будет для мечтающего о космосе инженера с задатками бизнесмена? Увидим.

Вашингтон — Москва

Николай Зимин

Константин Полтев

 

Франкояпонец / Автомобили / Тест-драйв

 

Что за странная машина? Жители Французских городков и деревень провожают обновленный Renault Koleos недоуменными взглядами. И действительно, за целый день автовояжа по окрестностям Парижа ни одного дорестайлингового экземпляра встретить не удалось. Местных понять можно: на ровном, чистеньком асфальте внедорожник ни к чему. Но стоило заехать на полигон, как все встало на свои места: пейзаж тут совершенно подмосковный, а трассу словно скопировали с российской дороги средней убитости. В общем, свернув на грунтовку, Koleos оказался в своей колее.

У этого кроссовера запутанная родословная. Автомобиль с французским именем производят в Южной Корее, где он известен под маркой Samsung QM5, а платформа позаимствована у японцев из концерна Nissan: подвеска и система полного привода здесь такие же, как у Nissan X-Trail. Правда, за пределами Кореи машину поначалу восприняли холодно: продажи на мировых рынках оказались далеки от ожидаемых, хотя в последние годы Koleos пошел в рост. Слабый старт Renault объясняет тремя причинами. Во-первых, запуск модели пришелся на пик кризиса, когда покупатели стали обходить автосалоны стороной. Во-вторых, сама марка пока слабо ассоциируется у автомобилистов с внедорожниками. Ну а в-третьих, и Renault этого не скрывает, дизайн передней части «Колеоса» в прошлый раз вышел не самым удачным. Так что упор во время «работы над ошибками» сделали именно на «подтяжку лица»: заменили бампер, фары, решетку радиатора.

Впечатление от «живых» машин противоречивое: с одной стороны, кроссовер действительно стал привлекательнее. С другой — растерял остатки самобытности, превратившись в нечто гладко-усредненное, без явной национальной принадлежности. Хочется какой-нибудь фишечки, ведь французы это умеют!

Когда садишься внутрь, первое, что удивляет, — это качество отделки. Здесь отличный пластик, приятная обивка сидений, мягкие вставки на дверях, хотя большинство деталей без изменений перекочевало с дорестайлинговых машин: все нововведения — косметические. Кроме того, Koleos показался очень вместительным автомобилем. Посадочных мест всего пять, зато каждому будет удобно и просторно независимо от комплекции.

Что порадует водителей, так это обзорность. Посадка высокая, площадь остекления достаточна, зеркала большие. Расположение руля, педалей и кнопок не вызывает нареканий, а вот сиденье поначалу смутило: уж больно оно вальяжное, без выраженной поддержки. Но стоило тронуться с места, как стало ясно: аморфное кресло прекрасно вписывается в общую концепцию автомобиля.

Самый популярный двигатель для «Колеоса» в России — бензиновая 2,5-литровая «четверка», работающая в паре с вариатором. С них и начнем. Динамика очень достойная, тем более что шасси к азартной езде не провоцирует: подвеска явно настроена на комфортную езду без экстрима. Кренится машина изрядно, однако если попробовать пройти поворот быстрее, ничего страшного не произойдет: даже в скольжении Koleos ведет себя безопасно и предсказуемо. И все же лихачить не хочется. Куда приятнее сбросить газ и наслаждаться тем, как плавно «француз» проходит неровности. Еще один плюс Renault — хорошая на фоне соперников шумоизоляция: в салоне тишь и покой.

Для внедорожных испытаний нам предложили пересесть в Koleos с двухлитровым дизелем и шестиступенчатым автоматом. Кстати, такой вариант доступен и в России: на него приходится около десяти процентов продаж, и доля эта растет. 150-сильный дизель шумнее бензинового мотора, но по субъективным ощущениям тянет тоже неплохо. У этого молодца достаточно широкий рабочий диапазон оборотов, что придется очень кстати на бездорожье. Конечно, прежде чем пустить журналистов на специальную трассу, организаторы дотошно измерили каждый бугорок, каждую впадинку, чтобы виновник торжества как-нибудь случайно не застрял. Тем не менее внеасфальтовый потенциал «Колеоса» приятно удивил: для ралли-рейдов автомобиль не годится, но и презрительным словом «паркетник» его называть не стоит. Особенно эффектно машина смотрится на ухабистой грунтовке: длинноходные энергоемкие подвески легко проглатывают ямки и кочки, позволяя развивать неплохую скорость. Для российских направлений то, что надо!

Renault Koleos часто упрекают в недостатке спортивности, и не без оснований. Просто у него другие ценности: удобный салон, ездовой комфорт, безразличие к качеству дорог. В самой компании кроссовер чаще всего характеризуют словом «семейный», и похоже, что как раз в этом амплуа покупатели еще не оценили его по достоинству. Быть может, подретушированная внешность поможет? До нас Koleos доедет к концу ноября, тогда же обещают назвать цены. Сюрпризов быть не должно: поскольку двигатели и коробки передач остались прежними, то и стоимость машины кардинально не изменится, оставшись где-то на уровне от миллиона и выше.

Сергей Иванов

 

Квалифицирован! / Автомобили / Новости

 

ВИП-персоны — известный двигатель торговли. Одни компании рекламируют машины через голливудских звезд (заработал же Ford Mondeo реноме бондмобиля, хотя что в нем такого геройского)? Другие, вроде Ferrari, время от времени называют свою технику в честь знаменитых автоконструкторов. Наконец, можно раскрутиться по-автовазовски, через чиновников высшего ранга — во всех новостях покажут. Японцы придумали собственный способ: компания Infiniti объявила, что запустит в серию особенный кроссовер FX. С именем Себастьяна Феттеля на борту.

Легенда гласит, что машину строили специально под чемпиона «Формулы-1» и вроде как без прицела к массовому производству. В начале весны пилот Red Bull Racing встретился с креативным директором Infiniti Сиро Накамурой и высказал кое-какие пожелания относительно стокового FX, на котором успел поездить и по безлимитным автобанам, и по Северной петле Нюрбургринга. А уже к сентябрьскому автосалону во Франкфурте компания воплотила эти рацпредложения в концепт-каре. Просто «для собственного удовольствия» и дабы сделать Себу приятное.

Автомобиль и впрямь получился приятным во всех отношениях. Инженеры Infiniti совместно с конюшней Red Bull оптимизировали обвес, уменьшив подъемную силу разом на 30 процентов и улучшив обтекаемость, заменили некоторые элементы на карбоновые и поставили облегченные 21-дюймовые катки, снизив массу машины на 46 кило. Подвеску занизили на пару сантиметров и сделали жестче, растянули передачи в коробке, а главное — форсировали пятилитровый V8 до 420 л. с. и сняли лимитатор. Разгонными цифрами, актуальными для серийной машины, специалисты пока не хвастаются — анонсирована только максималка в 300 км/ч. В характеристиках франкфуртского концепта фигурировала цифра 5,6 секунды до сотни — это на 0,2 быстрее обычного Infiniti FX50.

Трудно сделать внедорожник похожим на болид «Формулы-1», но японцы постарались: стилизовали задний диффузор, чтобы вызывал правильные ассоциации, разместили тыловую противотуманку точно по центру кормы — намек на красный фонарь, который мигает во время дождевых гонок.

FX Sebastian Vettel только первая ласточка, таких «чемпионских» моделей будет несколько. Японцы всячески подчеркивают, что их заряженная линейка вовсе не ответ маститым брендам AMG и BMW M GmbH, а лишь демонстрация собственного потенциала. Лукавят? Если и так, пробиться на первую строчку в этом протоколе сверхбыстрых Infiniti будет нелегко. Как и в Королевских гонках, совершенной машины и чемпионских амбиций тут мало: потребуются и грамотная тактика, и мощные финансовые вливания.

 

Денди лондонский / Автомобили / Новости

 

Костюм у нового Range Rover Evoque с иголочки: водители проезжающих мимо дорогих паркетников просто шеи сворачивают при виде этого франта. Да уж, спортивность и элегантность, завернутые в фирменную упаковку от шеф-дизайнера Джерри Макговерна, в два счета распотрошат семейный бюджет. Заметьте — за счет одних лишь внешних эффектов. А ведь Evoque — не только красивая обертка, но и высокотехнологичная начинка: под капот этого красавца ставят новейшие турбомоторы. Хочешь дизельные, хочешь бензиновые: самый слабый из них, 150-сильный дизель объемом 2,2 литра, способен уложиться в десять секунд, разгоняя 1700-килограммовую машину до 100 км/ч. А наиболее мощный 240-сильный бензиновый движок сделает это за 7,6 секунды. Солидно!

Несмотря на компактное телосложение, Evoque оказался весьма просторным авто: даже в трехдверной версии рослый пассажир во втором ряду не почувствует стеснения. Нет проблем и с посадкой назад, переднее сиденье отодвигается электроприводом, единственное нарекание к которому — чрезмерная медлительность. Сам салон производит очень приятное впечатление и по качеству отделочных материалов, и по эргономике. Если вы хоть раз ездили на «Ленд Роверах», почувствуете себя как дома.

Хорош Evoque и в движении. Динамика впечатляет с любым мотором, а если прибавить сюда грамотно настроенное рулевое, быструю АКПП и опционную активную подвеску MagneRide, которая классно гасит крены, получается идеальный городской боец. Но Evoque не только умеет быстро ездить, он еще и неплохо справляется с бездорожьем — спасибо системе Terrain Response с пятью режимами. Несмотря на типичный для кроссоверов полный привод с автоматически подключаемой задней осью, маленький «Рейндж» не боится даже диагонального вывешивания.

Конкуренты в лице BMW X1 и Audi Q3 такими способностями не обладают, зато имеют более привлекательную цену. Если базовый Range Rover Evoque с дизелем и механической КПП стоит 1 миллион 600 тысяч рублей, то Q3 с двухлитровым бензиновым турбомотором выйдет дешевле аж на 321 тысячу, а X1 xDrive 2.0i с полным приводом оценивается в 1 миллион 455 тысяч. Есть о чем подумать.

Дилеры собрали более двух с половиной тысяч предзаказов задолго до 29 октября, когда стартовали продажи Range Rover Evoque, так что сформировалась приличная очередь. Впрочем, в Jaguar Land Rover Россия обещают: ждать забронированного автомобиля больше полугода не придется.

 

Пристегните ремни / Автомобили / Новости

 

Какой бы роскошный ни был мини-вэн, какими восхитительными сиденьями и развлекательной электроникой его ни нашпигуй, после пары-тройки часов в одной позе хочется размяться. Повезло тем, кто разъезжает в анатомических креслах с десятком настроек, массажем и подставкой для ног, но не брать же Audi A8 L в качестве семейного автомобиля! Тут уместнее мини-вэн, но для них такие навороты редкость. Toyota Alphard — приятное исключение, правда, и стоит оно без малого 2,5 миллиона рублей. Российские дилеры начали перепись покупателей на прошлой неделе.

Ценник внушительный, так ведь и комплектация уровня тип-топ. Взять хотя бы мотор: в отличие от азиатских рынков, где Alphard продавался и раньше, у нас будет только старший 3,5-литровый бензиновый двигатель в 275 л. с. в комплекте с 6-диапазонной АКПП: благодаря им 2,1-тонная переднеприводная машина достигает 100 км/ч за 8,3 секунды. Помимо разнообразных помощников на случай ДТП в списке значатся адаптивный головной свет, трехзонный климат-контроль, темпомат, чип-ключ, отдельный дисплей для пассажиров, всевозможные датчики, парктроники и даже ионизатор воздуха. Кресла второго ряда — командирские, чем-то в этом духе меблируют бизнес-салоны современных авиалайнеров. Они не просто двигаются вперед-назад и отделаны добротной перфорированной кожей — спинка откидывается в лежачую позицию, есть подпор для голеней и приступка, в которую можно упереться конечностями. В такой «кроватке» и вздремнуть не грех. Мест во второй шеренге всего два, следовательно, задеть соседа локтем не получится, а еще японцы предусмотрели мини-столик с держателями для стаканов. Только симпатичная бортпроводница в комплектацию не входит.

Пожалуй, такой удобный мини-вэн пригодится не только частнику. Чем не автобус для встречи небольших делегаций и бизнес-партнеров?

 

Сила есть… / Автомобили / Новости

 

Таких суперкаров выпустят всего пятнадцать — по эксклюзивности с Akylone могут поспорить очень немногие автомобили. Тысячесильный симпатяга с дверьми-ножницами родился за воротами малоизвестной французской компании Genty Automobile.

4,8-литровый V8 с двойным турбонаддувом расположен продольно в пределах базы и работает с семиступенчатой секвентальной коробкой. 1015 «лошадок» и 1273 ньютон-метра тяги — и все это на 1100 килограммов сухого веса! Трудно поверить, что конструкторам удалось получить столь мощный разгон на заднем приводе, но официальные цифры таковы: первую сотню Akylone разменивает за 2,7 секунды, вторую — за 7,2 секунды, третью — за 14 секунд и выдыхается только к 354 км/ч. Может, все эти данные расчетные, причем считали оптимисты? Все-таки эмоциональность у французов в крови.

Остальные параметры выглядят реалистичнее. Длина машины 4465 мм, ширина — 2050 мм, высота — 1115 мм при 2780-миллиметровой базе. Кузов представляет собой монокок, частично выполненный из алюминия и углепластика, и пусть вас не смущает коэффициент лобового сопротивления в 0,35, достойный внедорожника. На скоростях далеко за триста приходится увеличивать прижимную силу, в том числе за счет Cd. Развесовка у Akylone не классическая, с акцентом на заднюю ось (42:58), что тоже объяснимо: реализовать такой крутящий момент без полного привода трудно. А чтобы вовремя осадить этот «низколетящий самолет», имеются карбон-керамические тормоза с 6-поршневыми суппортами спереди и 4-поршневыми сзади.

На разработку Akylone ушло четыре года — для компании без опыта работа проделана стахановская. Но… до тех пор, пока на обозрение выставлены только несколько фотографий, мини-фильм и спецификации, существование «пушки», по характеристикам сопоставимой с самим Bugatti Veyron, останется под сомнением. Впрочем, автомобиль должны предъявить во плоти на Парижском автосалоне 2012, то есть менее чем через год. Создатели намерены сертифицировать Akylone для дорог общего пользования, а такой интимный вопрос, как цена, останется личным делом продавца и покупателя.

 

Небесная канцелярия / Автомобили / Новости

 

Знакомьтесь: примерно так будет выглядеть Mazda6 через год-два. Прямым текстом японцы этого не говорят, предпочитая завуалированную формулировку «среднеразмерный седан нового поколения», но можно не сомневаться: концепт Takeri не что иное, как анонс будущей «шестерки».

С дизайном традиционный ажур, только «Мазде» есть что предложить и помимо стремительно-элегантных линий с авангардной оптикой и хмурящимся передком. Дело в том, что автомобиль оснастили «небесными» технологиями Skyactiv, полным ассортиментом которых уже может похвастаться паркетник CX-5. Это и ноу-хау по части силовой структуры кузова, и умеренный вес, и скрупулезно просчитанная аэродинамика, и бережливый дизель Skyactiv-D с системой i-stop (она глушит мотор на время коротких остановок, а главное — быстро его запускает). Скорее всего, речь идет о том же турбированном агрегате объемом 2,2 литра, который ставят на мини-кроссовер. Вдобавок Takeri оснастили рекуперативными тормозами. Когда автомобиль замедляется, вырабатываемая генераторами энергия копится в конденсаторах, а потом используется для питания бортовых систем, сберегая топливо.

К сожалению, компания скупа на подробности: надо же сберечь интригу к Токийскому автосалону, где стенд Mazda обязательно станет центром притяжения! Вот тогда, в конце ноября, и можно ждать всю подноготную о Takeri-сане.

 

Лазерное шоу / Автомобили / Новости / Честно говоря

 

В этом году на вооружение подразделений ДПС могут поступить так называемые алколазеры, которые будут выявлять пары этанола в салоне машины на расстоянии. Устройство под названием «Бутон» якобы уникальная отечественная разработка, не имеющая аналогов в мире, — она позволит инспекторам вычислять в потоке и прицельно останавливать машины с «душком». Эффективность чудо-прибора многие ставят под сомнение, но маховик запущен: на «лазерные войны» с любителями прокатиться подшофе из бюджета МВД уже потратили 25 миллионов рублей. Лидер Движения автомобилистов России Виктор Похмелкин считает, что подобные аппараты — мертвому припарка:

— В целом я не вижу здесь ничего плохого. В чем-то даже станет лучше — во всяком случае водителей будут тормозить целенаправленно, а не всех подряд, как это делается сейчас во время рейдов. Так что случаев необоснованной остановки должно поубавиться. Проблема в том, что, пока не произойдет кардинальной реформы ГИБДД, ни один прибор помочь не сможет. Почему? Да потому, что любая техника, даже самая инновационная, управляется человеком. Сам по себе алколазер никаких дополнительных полномочий инспекторам ДПС не дает, ведь правила освидетельствования сохраняются: надо выявить внешние признаки опьянения, затем предложить пройти обследование с помощью алкотестера на месте, а потом поехать к наркологу. И на каждом из этапов возможны нарушения со стороны гаишника. Человеческий фактор в любом случае остается.

Кстати, насколько я знаю, эти приборы достаточно дороги и вряд ли будут применяться повсеместно, а значит, серьезного вклада в борьбу с пьянством за рулем не внесут и безопасность движения не повысят. Лучше бы эти 25 миллионов рублей пошли на реформу ГИБДД, на обновление кадров, на повышение квалификации сотрудников и на борьбу с коррупцией.

Виктор Похмелкин

ли­дер Дви­же­ния ав­то­мо­би­лис­тов Рос­сии

 

Как с картинки / Автомобили / Тюнинг

 

Вкладыши от жвачек в восьмидесятые — девяностые годы собирал каждый порядочный советский мальчишка. Самой престижной считалась серия Turbo: с этих ароматных кусочков глянцевой бумаги на тебя смотрели существа из другого мира — неправдоподобно красивые и быстрые суперкары. У каждого вкладыша была цена: она зависела как от презентабельности авто, так и от динамических характеристик (цифры печатали под картинкой). Бизнесмен Дмитрий Мордашев в юном возрасте сумел собрать полную коллекцию Turbo, но кто бы мог подумать, что спустя десятилетия у него появится один из лучших спортивных автомобилей современности — 700-сильная Toyota Supra? Самая настоящая!

Hand made

Место, где Дмитрий хранит своего любимца, мало походит на гараж. Скорее напоминает небольшой автосервис: в углу — детали подвески и новый аэродинамический обвес, справа от входа — полуразобранный Chevrolet Camaro. А посредине, «растекаясь» по полу на заниженной подвеске, стоит белое купе Toyota Supra.

Тюнингом Дмитрий загорелся сразу же после покупки своей первой машины — подержанного Saab 9000. Сервисных центров, способных профессионально чинить сложные иномарки, в те годы было раз-два и обчелся, а индустрии тюнинга (если не считать гаражного «колхозинга») не существовало вовсе. Так что любая доработка автомобиля начиналась для его хозяина с натягивания рабочих перчаток и выбора инструмента. Привычка что-то делать своими руками живет в Дмитрии до сих пор.

Приступая к постройке эксклюзивной Toyota Supra, он рассчитывал сделать сверхбыстрый автомобиль, который сгодился бы для повседневной езды. Первый вопрос, который хочется задать нашему любителю тюнинга: почему именно Supra, а не, скажем, Nissan Skyline? Знатоки быстрых «японок» могут до бесконечности спорить о преимуществах той или иной машины. Дмитрий свой выбор объясняет доверием к двигателю 2JZ. Этот агрегат был ему знаком еще по предыдущему автомобилю — праворульному седану Toyota Aristo, более известному у нас как Lexus GS300: «На этой машине я ездил много и довольно агрессивно, потом продал — так он «стукнул» только через несколько лет». Двигатель действительно удачный. Японские инженеры изначально выбрали оптимальную схему — шесть цилиндров, расположенных рядно, причем блок выполнен из старого доброго чугуна, а это делает его более устойчивым к износу. Неудивительно, что такой агрегат идеально подходит для форсировки.

Оставалось найти достойную машину, и вариант подвернулся: в 2007 году Дмитрий стал обладателем заветного спорткара. К тому же редкого — с кузовом тарга и в европейском, леворульном исполнении. Смущало одно: купленная машина готовилась к дрэг-рейсингу и оказалась далека от заводского состояния. Кузов был облегчен, обивка салона полностью отсутствовала, а под капотом разместился расточенный высокооборотистый движок объемом 3,2 литра. Для машины на каждый день такой мотор явно не подходил, так что с самого начала было ясно: предстоит грандиозная работа.

На реставрацию!

Поначалу Дмитрий сам занимался доводкой «Супры», но уделять проекту должное внимание становилось все труднее: не хватало времени, а порой и сил. В какой-то момент он и вовсе охладел к машине, сосредоточившись на других увлечениях. Тут на помощь пришел хороший знакомый, тоже тюнер, которому приглянулись некоторые запчасти в автомобиле. Он предложил забрать «Тойоту» в свой гараж, поменять детали на стоковые и вернуть владельцу. Дмитрия такой вариант полностью устроил, и на некоторое время Supra покинула хозяйство. Вернулась в совершенно другом виде: с обычной подвеской, стандартным трехлитровым мотором и готовым салоном.

Задача, которая ставилась при форсировании мотора, — выжать более 650 л. с. Для Toyota Supra это не предел: в мире попадаются экземпляры с тысячей «лошадей» и более, но такие крайности заказчика не устраивали. Во-первых, на дорогах общего пользования 700 сил более чем достаточно, во-вторых, постройка мотора обошлась бы дороже, а в-третьих, пострадали бы ресурс и эластичность двигателя.

Для начала мотор разобрали. Блок растачивать не стали, а вот подвижные детали поменяли: из стоковых остался лишь коленвал. Кроме того, перебрали головку блока, заменив все основные элементы. Дмитрий воспоминает, как после установки новых распредвалов долго не получалось подобрать шайбы — в результате комплект пришлось заказывать у токарей.

Далее — стандартный набор повышения мощности: замена системы впуска, установка мощного двойного турбонаддува и интеркулера, эксклюзивный титановый выхлоп с низким сопротивлением. Заодно усилили систему охлаждения двигателя, коробки и инсталлировали дополнительные масляные радиаторы.

Закончив с мотором, взялись за трансмиссию: автомобиль получил самоблокирующийся дифференциал, а коробку махнули на четырехступенчатый автомат, который предварительно перебрали американские спецы, чтобы тот выдерживал до 800 л. с. на маховике. Столь неоднозначный выбор Дмитрий объясняет просто: благодаря форсированному двигателю и малому весу авто его динамика даже с АКПП превосходит практически все стоковые спорткары, которые попадаются на российских дорогах.

Как уверяет владелец, стандартные тормоза Toyota Supra достаточно эффективны для повседневной эксплуатации, их апгрейд целесообразен только ради участия в кольцевых гонках. И все же он заменил передние суппорты. Стойки подвески было решено поменять «по кругу». Выбранный комплект обеспечивает хороший баланс плавности хода и управляемости.

Небольшие изменения можно заметить и в салоне: здесь появились спортивные «ковши» от Mitsubishi Lancer Evolution, а на центральной консоли разместился большой дисплей бортового компьютера, куда выводятся показания от дополнительных моторных датчиков.

Наконец, автомобиль преобразился внешне: выкрашенный в белый цвет, он щеголяет умеренным аэродинамическим обвесом.

Леди Совершенство

Сменить свою ласточку на что-нибудь посвежее Дмитрий даже не думает. В этой «Супре» бизнесмен и так воплотил все, что ему требуется от личного автомобиля. Ну или почти все: некоторые недочеты еще предстоит устранить. В ближайших планах — замена колесных дисков, обшивка крыши салона алькантарой, но главное — адаптация спорткара к российским дорогам. Дело в том, что после работ с подвеской клиренс уменьшился до высоты пачки сигарет. Вкупе с низким передним бампером это требует от пилота особой концентрации, приходится постоянно смотреть «под ноги». Потери уже есть: Дмитрий демонстрирует небольшую трещину внизу переднего бампера — результат штурма железнодорожных путей на единственном выезде из поселка, где базируется автомобиль. Решением проблемы могла бы стать установка пневмоподвески с изменяемым клиренсом, но тюнер склоняется к более простому ходу — замене переднего бампера на стандартный. И потихоньку подумывает о покупке еще одной, незаряженной «Супры» в идеальном состоянии — для неспешных поездок. Вот только сможет ли такой увлеченный человек, как Дмитрий, оставить все как есть? Сомневаемся.

Сергей Иванов

 

Китайский городовой / Автомобили / Первая встреча

 

Еще лет пятнадцать назад мы и слыхом не слыхивали о китайских авто, а теперь они прочно окопались на российском рынке, успешно конкурируя с моделями low-cost. Мало того: китайцы пробуют себя в самых разных сегментах, за что им отдельный респект. Новая модель Chery IndiS позиционируется как маленький кроссовер, которых у нас пока раз-два и обчелся: на ум приходят разве что Skoda Fabia Scout, Renault Sandero Stepway да Suzuki SX4. С некоторой натяжкой, быть может, еще и Nissan Juke. Само собой, борются они в разных ценовых категориях, так что у новинки из Поднебесной есть все шансы на успех. Странно, что при этом у импортера весьма скромные ожидания от продаж — всего 1500 штук в этом году.

Дизайн китайцы давно заказывают у итальянцев, так что удивляться ладному облику IndiS не приходится. Нет ни намека на тяжеловесность или непропорциональность. Жаль, качество сборки оставляет желать лучшего: кузовные детали сопряжены из рук вон плохо, зазоры неравномерные. Это уровень «АВТОВАЗа» девяностых годов.

Маркетологи позиционируют машину как городской кроссовер, то есть автомобиль с повышенным клиренсом. На первый взгляд все так и есть: у Chery неплохие углы въезда и съезда, под порогами внушительные 180 мм, но взгляд под передний свес заставил усомниться в бордюрных возможностях IndiS. Там висит ничем не прикрытый алюминиевый картер двигателя, и до него никак не больше пятнадцати сантиметров. Сюда так и просится дополнительная защита, но она съест еще миллиметров двадцать. В общем, на «городском бездорожье» надо быть крайне осторожным, тем более привод у IndiS только передний.

Зато салон производит приятное впечатление. Дизайн и эргономика, конечно, на любителя, ведь расположенная по центру приборная панель частично перекрывается рулевым колесом, а сиденью водителя недостает регулировки по высоте, но зато все рычажки, крутилки и кнопки работают без заеданий и рывков, как это бывает на отечественных машинах. Самое главное — нет жуткого фенольного запаха, присущего прежним «китайцам»: внутри ощущается просто легкий запашок недорогого пластика, который по качеству ничем не уступает материалам дешевых корейских и японских моделей.

IndiS можно похвалить и за простор. Например, сзади пассажир ростом выше среднего не будет стеснен в пространстве как над головой, так и в ногах. Передние седоки тоже не досаждают друг другу, и это при колесной базе, которая скорее соответствует размерному классу А! В целом удобен и багажник — благодаря огромному проему, невысокой погрузочной высоте и правильной форме. Его объем, правда, на рекорд не тянет — всего 275 литров. У того же Renault Sandero на добрых 45 литров больше, но «француз», надо признать, крупнее «китайца» почти по всем параметрам.

На ходу Chery IndiS особенно удивил. Нет, чего-то выдающегося он не продемонстрировал, просто оказался вполне добротным и безопасно предсказуемым. 1,3-литровый мотор, выдающий 83 силы и 122 ньютон-метра, звезд с неба не хватает, однако тянет добротно — насколько это возможно при снаряженной массе почти в тонну двести. Неплохо работает сцепление, да и привод коробки передач сносен, а главное — машина адекватно управляется и нормально тормозит. Для китайского автомобиля это уже прорыв. Да, рулю не хватает обратной связи, да, крен в повороте великоват, но водителю не приходится судорожно вцепляться в руль перед быстрым поворотом и гасить скорость до пешеходной в ожидании непредсказуемого заноса. Машина едет так, как должна! Если бы не «пластиковые» китайские шины Champiro, которые совсем не держат дорогу, то на IndiS вполне можно было бы полихачить, не боясь внезапного рандеву со встречным столбом.

Примечательно, что и уровень комфорта находится на приемлемом по меркам класса уровне, в этом Chery не лучше и не хуже других. Мотор не раздражает излишней шумностью, подвеска — чрезмерной жесткостью и стуками, а посему вполне можно рекомендовать этот автомобиль как семейный. Тем более что «джентльменский набор» страховщиков присутствует: есть две подушки, антиблокировочная система и преднатяжители ремней. В дверях установлены стальные усилители, да и качество металла производит приятное впечатление — можно надеяться, что в случае ДТП кузов не сомнется как фольга. Кстати, по словам представителей Chery, IndiS прошел крэш-тесты по методике EuroNCAP. Результат, правда, неизвестен, да и сами испытания проводились в Китае, но под наблюдением независимых экспертов.

Chery IndiS — представитель новой волны китайских автомобилей, которые уже не разработаны на коленке или банально скопированы, а являют собой самостоятельный и более или менее законченный продукт. Пусть недоработок еще хватает, можно не сомневаться: не сегодня завтра «китайцы» выйдут на должный уровень.

Григорий Кошелев

 

Обойти на «Вираже» / Автомобили / Новости

 

Крутые у Aston Martin повороты: отправленная в 1995 году на покой модель Virage снова в строю. Роскошный аппарат нового поколения, представленный этой весной в Женеве, теперь можно заказать и у нас. В отличие от купе образца 1988 года суперкар носит под «кожей» не какую-нибудь там «восьмерку», а мощнейший шестилитровый V12, который по старой доброй традиции собран вручную — как и сам автомобиль. Слабосильным этот движок не назовешь: 497 л. с. и 590 Н.м, передаваемые на задние колеса через шестиступенчатый автомат, шустро срывают «британца» с места (100 км/ч двухдверка достигает за 4,6 секунды) и дают разогнаться до 299 км/ч. Не рекорд? Да, в иерархии Aston Martin «Вираж» не главный: ступенькой ниже располагается модель DB9, выше — сорвиголова DBS. Последний показывает старт за 4,3 секунды и потолок в 307 км/ч, но и цена вопроса совсем другая.

В основе Virage лежит фирменный алюминиевый скелет — пространственная структура, известная как VH, причем усовершенствованная. Как и карбоновый карданный вал, она позволила инженерам умерить вес машины. Мотор расположили спереди, а коробку передач — в глубоком тылу, для правильной развесовки: по данным производителя, масса распределяется по осям аккурат поровну.

Среди главных новшеств можно отметить улучшенную русифицированную навигацию и модернизированную активную подвеску: в комфортном режиме электроника сама выбирает одну из пяти настроек амортизаторов, а для трека имеется программа Sport.

Вариантов внутренней конфигурации два: можно оставить стандартную схему 2+2 или отказаться от задних сидений в пользу багажного отделения. На отделку салона у работяг из Aston Martin уходит порядка 70 часов — больше трети от временного отрезка, который требуется для сборки всего автомобиля, так что халтура исключена. Неудивительно, что Virage — один из самых дорогих автомобилей на российском рынке: стартовая цена — 262 тысячи евро за купе и почти 280 тысяч за кабриолет Virage Volante, причем любителей ежедневно прикасаться к неоклассике никто и не думал ограничивать. Как рассказали «Итогам» в российской штаб-квартире Aston Martin, квоты на Virage не лимитированы.

 

Шестью три / Автомобили / Новости

 

Мюнхен не только столица Баварии, это еще и Мекка для ценителей BMW. Здесь живут и дышат автомобилями: кажется, разбуди среди ночи любого местного жителя — без запинки ответит, что за дата такая 14 октября. На премьеру очередного, уже шестого поколения «трешки» собралось чуть ли не полгорода: для концерна это опорная модель, на нее приходится треть всех продаж BMW.

Фанаты довольны: дизайн выдержан в истинно баварском стиле. «Трешка» — это в первую очередь спортседан, значит, немцы просто обязаны были сохранить атлетизм и легкую агрессию. Первая реакция: а ведь это маленькая «пятерка»! Неужто авторы машины пошли по пути ребят из Ингольштадта и сделали модели разных классов мультиразмерно-моноликими? Но стоит приглядеться, понимаешь: новая третья серия совсем иная — более спортивная и стремительная.

Визуально седан стал больше, это подтверждают и цифры. Длина увеличилась на 93 мм, ширина — на 42 мм, высота — на 8 мм, а колесная база прибавила 50 мм. Дорожный просвет, правда, сократился почти на полсантиметра, до 140 мм, зато за счет всех прибавок внутри стало просторнее, особенно сзади, хотя субъективно по этому параметру «трешка» все еще не лидер класса. Если «старую» третью серию в кузове E90 критиковали за довольно аскетичный по меркам премиального сегмента салон, то в новом поколении этот недочет устранили: некоторые версии даже декорированы деревом.

Какова переизданная «трешка» на ходу, станет ясно после ездовой презентации (пока автомобиль показали только в статике), но можно рассчитывать, что модель с индексом F30 унаследовала породистые повадки предшественницы — во всяком случае так говорит руководство BMW. Оснований не доверять топ-менеджерам нет, ведь архитектура шасси осталась прежней плюс «трешка» теперь не имеет слабых атмосферных моторов. Всего предусмотрено более десятка силовых агрегатов, три из которых будут доступны с момента старта продаж. Двухлитровый турбодизель у BMW 320d развивает либо 184 л. с., либо 163 л. с. у экономичной версии EfficientDynamics. Паспортный разгон до 100 км/ч составляет 7,5 и 8,0 секунды соответственно, а расход немногим превышает четыре литра. Бензиновый седан BMW 328i оснащается новой двухлитровой «четверкой» с непосредственным впрыском и турбонаддувом. Отдача — 245 л. с. и 350 Н.м. «Трешка» с таким мотором выполняет разгонный норматив за 5,9 секунды, сжигая в среднем 6,4 л/100 км. У топ-модели BMW 335i — знакомая рядная трехлитровая «турбошестерка» N55 (306 л. с., 400 Н.м) и 5,5 секунды до сотни. По умолчанию все двигатели агрегатируются с шестиступенчатой МКПП, за доплату любую модификацию можно оснастить восьмидиапазонным автоматом. А через год появится и гибридная версия ActiveHybrid 3 с трехлитровым бензиновым движком и 54-сильным электромотором, которая будет иметь в совокупности 340 «лошадей».

Еще баварцы подготовили целых три варианта заводского стайлинга, которые отличаются прежде всего дизайном бамперов: можно будет выбрать из «спокойных» исполнений Modern и Luxury или агрессивного Sport.

Российские дилеры уже принимают предзаказы на новинку, но появится она в шоу-румах только в феврале. Ближе к делу узнаем и цены. Вначале все машины будут привозить из Германии, чуть позже наладят сборку в Калининграде.

 

Модель для модельера / Автомобили / Личный опыт

 

«Экс-джей» — прекрасный автомобиль, сочетающий в себе комфорт и исключительный дизайн, что для меня, как вы понимаете, существенно. Придраться просто не к чему: линии кузова, интерьер — все сделано здорово. В то же время это машина с историей: стиль Jaguar создавался на протяжении нескольких поколений. Еще мне нравится их небанальная палитра (долгое время я ездил на шоколадно-коричневом Jaguar — кстати, это корпоративный цвет моего бренда) и то, что здесь все продумано до мелочей — от формы ручек и руля, дизайна панели управления до текстуры обивки сидений и электроники. Полноценный представительский класс — это заметно и когда просто находишься в салоне, и когда автомобиль трогается с места. Наконец, безопасность: мне довелось поездить на разных «Ягуарах», и в каждом из них я чувствовал себя защищенным. Однажды угодил в довольно серьезную аварию, но машина спасла и меня, и водителя — отделались испугом.

За руль я давно не сажусь. Делегирую эту миссию профессионалам, а сам между тем занимаюсь делами, на которые обычно не хватает времени: листаю прессу, отправляю SMS друзьям, проверяю ленту Twitter. Или просто закрываю глаза, чтобы послушать музыку: такие отключки здорово помогают, особенно в горячую пору сезонных показов.

Не буду лукавить, в автомобиле я ценю не только «качество жизни», но и динамику: люблю ощущение мощного разгона! XJ в этом плане молодец, и все же я убежден: «люкс» нового типа — это именно комфорт. Сейчас это приоритет в создании премиальных продуктов: одежды, машин, яхт или обуви — не важно.

Чаще всего я использую авто для передвижений по городу, львиная доля этих маршрутов — встречи, переговоры и тому подобная рутина. Иногда выбираюсь за город. Далеко я на нем не ездил, но уверен, что «британец» и тут не подкачает. Во всяком случае на трассе Jaguar ведет себя очень достойно: у него мягкий ход, и скорости почти не ощущаешь.

Наверное, многих интересует роль Jaguar в «пищевой цепочке», которая сформировалась на наших дорогах. Я сам очень терпимый и вежливый водитель и в своих сотрудниках поощряю то же самое. Не переношу хамства. Конечно, иногда можно заметить, как кто-то посторонился, но я склонен списывать это на постепенно меняющуюся культуру вождения. Хочется верить, что когда-то и у нас будет дорожный этикет, а бессмысленные перепрыгивания из ряда в ряд канут в Лету.

Несмотря на свой высочайший статус, Jaguar XJ почти не интересует дорожную полицию. Боюсь сглазить, но, когда я в машине, проблем не бывает: останавливали раз или два, но лишь затем, чтобы проверить документы. Мои водители прилежны и не нарушают правил, даже когда я опаздываю на встречу: безопасность прежде всего, дорога не любит суетливости.

Случались ли поломки? По счастью, самому мне не приходится сталкиваться с такими вещами: если какие-то проблемы и возникают, их решают другие люди. Могу лишь сказать, что я ни разу не менял планы из-за каких бы то ни было проблем с машиной. Поэтому для меня этот Jaguar идеален.

Игорь Чапурин

ди­зай­нер одеж­ды

 

Из жизни вирусов / Hi-tech / Спецпроект

 

Профессиональная жизнь айтишников, даже весьма успешных, как правило, протекает вне внимания широкой общественности. Известными становятся буквально единицы. Среди них Евгений Касперский, глава компании «Лаборатория Касперского», — неустрашимый профессиональный борец со всяческой компьютерной нечистью: вирусами, шпионами, червями, организованной киберпреступностью. Причем с международным признанием. Если верить астрологам, очень многое в жизни человека зависит от расположения звезд на небесном своде начиная с самого рождения. Правда, пока неизвестно, какие из них определяют склонность к раскрытию козней киберпреступников.

— Евгений Валентинович, вы урожденный «ботаник»?

— В школьные годы у меня было два главных увлечения: математика и яхтенный спорт. Есть такая станция Водники по Савеловскому направлению железной дороги. Там сейчас стоят только большие яхты, а во времена моего детства было много небольших парусных лодок. Этот атрибут детского парусного спорта в Советском Союзе был заметно представлен на подмосковных водохранилищах. Не буду врать, что был звездой первой величины, но успехи были. Потому вопрос выбора жизненного пути стоял серьезно. Классе в седьмом-восьмом родители мне объяснили, что совмещать оба увлечения далее будет невозможно: спортом надо заниматься большую часть дня, а математикой — весь день и совсем в другом месте. Я понимал: и там, и там придется вкалывать. Но мне это нравилось — я с детства был таким упертым ребенком, в смысле всегда хотелось активной целенаправленной деятельности. А математика — это еще и очень интересно. Я выбрал математику и отправился в физматшколу. Точное ее название Физико-математическая школа № 18 имени А. Н. Колмогорова при МГУ. Там в 9-м классе я впервые увидел компьютер. Точнее, не персональный компьютер в привычном понимании, а большую вычислительную машину. И первую программу написал тогда же. Они готовились на перфолентах или перфокартах — бумажных лентах или картонных карточках с дырочками. По тем временам было очень круто даже постоять рядом с настоящей вычислительной машиной, а уж написать для нее программу — это предел мечтаний любого школьника.

С той подготовкой, которую дала физматшкола имени академика Колмогорова, я мог поступить в любой технический вуз Москвы. Выбрал Институт криптографии, связи и информатики. Это он сейчас так называется, а в то время это был технический факультет Высшей школы КГБ СССР имени Ф. Э. Дзержинского. Почему? Во-первых, как мне показалось, там была лучшая математическая подготовка. Во-вторых, ребенком я был, мягко говоря, разболтанным, и мне хотелось дисциплины и порядка. Ну и за погоны в Советском Союзе неплохо доплачивали. Но главное — обещали интересную работу, интересную науку и порядок. Все сбылось на сто процентов.

Я поступил на специальность «Инженер-математик». Уже со средних курсов пошла очень серьезная математика, вычислительные машины. Криптографические задачи, чтобы вы понимали, являются одними из основных «заказчиков» новых компьютеров, суперкомпьютеров и прочего. Знаете, в чем измеряется так называемая стойкость алгоритмов шифрования? В количестве лет, в течение которых должен непрерывно работать очень мощный компьютер, чтобы с помощью специальных математических методов вскрыть код. Ведь любой шифр можно раскрыть с помощью компьютерного анализа. Вопрос только во времени, которое на это может потребоваться: через 10 лет это никому не будет нужно. Вот так все и идет: одни математики придумывают новые, все более мощные алгоритмы шифрования, а другие строят еще более мощные компьютеры, чтобы побыстрее раскалывать эти алгоритмы.

— Этим вы и занялись после вуза?

— После того как окончил Институт криптографии, я несколько лет служил в подразделениях Министерства обороны. Задачи были там настолько секретными, что я не помню, о чем они были. (Смеется.) Но моя личная криптография к тому моменту уже закончилась. Еще до окончания учебы в институте стало понятно, что криптограф-математик из меня не очень-то получается. Криптография — это очень-очень серьезная наука. Не исключаю того, что самая сложная математическая дисциплина. И очень немногие из тех, кто учился по этой специальности, то есть тех, кто вначале прошел всевозможные отсеивания, а потом сдал сложнейшие экзамены и получил диплом, становятся настоящими криптографами. Большинство уходит в шлак. Вот и я ушел в шлак.

— То есть стали программистом?

— Пока с 1982 по 1987 год я учился в институте, видел много разных компьютеров, работал на них. Однако серьезно заниматься программированием я начал во время службы в Министерстве обороны, и это стало серьезным увлечением. Именно тогда у меня впервые появился компьютер в личном пользовании — персональный! Зарубежного производства, очень крутой по тем временам, с цветным монитором. Тогда, в 1987-м, он был один на весь отдел.

Конечно, он был не мой личный, а многопользовательский, с ним работал весь отдел по расписанию. А меня он так заинтересовал, что я очень быстро его освоил, стал отвечать за него, составлял графики машинного времени. В общем, он стал почти моим персональным. Через некоторое время компьютеры появились в других подразделениях воинской части, где я служил, и я уже стал этаким общественным экспертом, к которому ходили за советом, главным айтишником на общественных началах. Так уж получилось, что я люблю компьютеры. И моя работа приносит мне удовольствие.

— Многие и сегодня любят компьютеры, но далеко не все пишут антивирусные программы...

— У меня своя теория по этому поводу. Есть разные люди: одни по натуре конструкторы, им нравится создавать самим что-то новое, например придумать новый компьютер или написать новую программу, а другие, к числу которых я тогда точно относился, — наоборот, «деструкторы». Не в смысле — разрушать, а в смысле — разбирать на составляющие, понимать, как оно устроено, почему оно так работает. Есть такое понятие «хакер». Нормальный вид деятельности, между прочим. Просто сегодня это слово незаслуженно получило очень негативную окраску: преступник, злодей. А в те времена, когда в Интернете не было больших денег, да и самого Интернета тоже, слово «хакер» означало человека, который очень любит ковыряться в программных потрохах компьютера. Без всяких корыстных интересов и вреда кому-либо. Ну примерно как дети — будильник разобрали, а собрать обратно не могут. Только эти ребята и обратно собирали. Словом, я был именно таким. И потому, когда однажды наткнулся на вирус, сразу сделал стойку: вот это да! Стало ужасно интересно, как он устроен.

Дело было в 1989 году. Тогда уже появились вирусы, только ползали они с компьютера на компьютер на дискетах. Правда, реально подцепить один из них было все-таки экзотикой. И не только в структуре Минобороны, а вообще, но один попал ко мне — на том моем «персональном» компьютере не выполнялись секретные задачи, и можно было пользоваться дискетами. Антивирусы тогда тоже уже были, с десяток. Кто-то из них вылечил и мой вирус.

— И кто тогда этих «докторов» готовил?

— Самым известным производителем антивирусов была компания McAfee, она и сегодня один из крупнейших брендов на антивирусном рынке, один из наших любимых конкурентов. Была компания Trend Micro, правда, малоизвестная в те времена в Европе по причине своего азиатского происхождения. Уже был «европеец» Sophos, с самого начала занимавшийся криптографической защитой, здравствующий, кстати, и поныне. D. Solomon, позднее купленный McAfee. Более того, в России на тот момент уже было штук пять антивирусных проектов. Правда, ни один из них не дожил до сегодняшнего дня. Вообще тогда на рынке было много разных антивирусных компаний, из которых выжило немного.

Тогда все они были начинающими компаниями, мало кому известными. И за каждой стоял конкретный энтузиаст, даже фанат. Что ни компания, то личность! Джон Макафи, например, основатель McAfee, — потрясающий увлеченный специалист. Только он покинул одноименную компанию еще где-то в 90-х, продал все акции и полностью переключился на другие проекты. Но имя в отрасли осталось и по-прежнему звучит громко. В тех компаниях, что дожили до сегодняшнего дня, практически нигде не осталось людей, которые все начинали. «Лаборатория Касперского» исключение.

— Вы-то лично как к вирусологии примкнули?

— По большому счету и моя первая антивирусная программа была «гаражной». Мне самому понравилось, что в результате получилось, и я в курилке как-то рассказал коллегам-технарям про вирусы, как они работают, что мне один такой попался, что сам по себе он ничего плохого не делает, но в перспективе есть угрозы, поскольку он пытается взять компьютер под свой контроль. Хорошо, наверное, рассказал, потому что не прошло и двух недель, как мне понесли дискеты с другими вирусами — для коллекции. Я вошел во вкус, стал специально за ними охотиться. И пошло-поехало: наладил контакты с другими компьютерными вирусологами, стали обмениваться добычей. А сейчас этот процесс просто поставлен на промышленный уровень: вирусы в Интернете собираем автоматически, этим занимаются программы-роботы.

— Из Минобороны ушли?

— Из Минобороны я уволился в 1990 году. К тому времени я уже часто выступал с лекциями на тему компьютерных вирусов. Пошли публикации в журналах. Но быть офицером и одновременно более или менее публичной фигурой нельзя. Опять пришлось выбирать. А мне всегда доставляло удовольствие выступать на публике: рассказывать о том, как определить, что вирус заразил ваш компьютер без антивирусной программы. Почему? Не знаю. Это желание не пропало и сегодня. У меня несколько аккаунтов в разных социальных сетях, свои блоги. Ну нравится мне быть публичным человеком, и говорить нравится, и писать. Раньше я в компании проводил что-то вроде курсов обучения, а теперь под брендом «Лаборатории Касперского» действуют международные курсы по компьютерной безопасности. Сейчас готовим очередную студенческую конференцию для американских студентов.

Но решиться на уход из Вооруженных сил было непросто — это же был 90-й, очень непростой год. Меня коллеги отговаривали. Пересиди, говорили, Женя, в армии — там тихо и спокойно, пока все не успокоится. А я сказал: «Нет, не мое это». Вопреки уговорам семьи я ушел.

— Девяностые, время-то какое! Кооперативная волна не захлестнула общительного человека?

— Нет. Но была такая айтишная компания «КАМИ» — она появилась как раз на волне кооперативов и достигла больших высот. Владельцем ее подразделения был один из моих учителей в институте Алексей Борисович Ремизов. Ему я искренне благодарен за то, что он в меня поверил, дал компьютер и рабочее место со словами: «Хочешь заниматься вирусами — занимайся, работай!» И вот тогда я уже профессионально начал заниматься антивирусными технологиями. Потому что в рядах Вооруженных сил это все-таки было хобби — в свободное от работы время. Но дома компьютера не было, потому и предавался своему хобби на рабочем компьютере. Так что моим первым инвестором можно считать Министерство обороны СССР, инвестиции были в виде компьютера.

— И какой оказалась жизнь профессионального писателя антивирусов?

— Вкалывал я... ну не 24 часа в сутки, но по 12—14 часов практически ежедневно лет пять, без отпусков и почти без выходных. Мимо меня тогда прошли все значительные события в стране... Нет, кроме путча ГКЧП. Ту ночь я на баррикадах провел. Но вот после этого все значительные события: денежные реформы, ваучеры, что еще было?.. — все мимо пронеслось. Ваучеры я просто теще отдал.

Знаете, я время от времени угадываю суть происходящего. Вот посмотрел на ваучер и понял — бумага. А в конце 80-х, помню, моя мама спросила совета. «Женя, — говорит, — предлагают кредит на покупку дачи, но деньги бешеные — 5 тысяч рублей». Тогда столько стоил автомобиль, неподъемная была сумма. А я сказал: «Мама, надо брать». И оказался прав. Потому что несколько позже мама получила пенсию и... отдала кредит. Было такое коммерческое чутье. Но коммерсантом я так и не стал. Я технарь, люблю изобретать, а вот торговать — это не мое.

Свой первый коммерческий продукт — он назывался AVP (AntiViral Toolkit Pro) — я написал в «КАМИ». Но продажи были практически нулевые. Потому что софт у нас в стране тогда никто не покупал. Самой «КАМИ» основной доход приносила продажа компьютеров, они даже собирали их под своей торговой маркой. А софтверные проекты, которые компания пыталась вести параллельно с моим, так и не стали прибыльными. Через несколько лет остался только мой, но и он влачил жалкое существование. Попытки продавать антивирус через партнерскую сеть давали мало толку.

Чтобы как-то зарабатывать, я халтурил на одну европейскую компанию. Делал для нее базу вирусов. На тот момент для них я был просто мальчик, который что-то смыслит в их деле. Но платили вполне прилично. Хватало не только мне на жизнь, но и на то, чтобы нанять еще двух ребят и купить им компьютеры.

Зарплату в «КАМИ» мне не платили, у нас были хозрасчетные отношения: они меня кредитовали, но этот кредит надо было отдавать. И я отдавал его из тех денег, которые зарабатывал халтурой на антивирусников за рубежом. В профессиональной тусовке, кстати, в это время удивлялись: откуда это у них, моих работодателей за рубежом, такой хороший уровень детектирования вирусов? Я тихонько хихикал. Уже много позже раскололся, что это была моя работа.

— И долго батрачили на империалистов?

— Несколько лет. Одновременно, поняв, что на родине мало что продашь из антивирусного добра, начали развивать международную партнерскую сеть. Но продажи поначалу тоже были нулевые. Антивирус никому не известен — это раз. Да еще из России — это два. «Откуда-откуда? — спрашивали потенциальные покупатели. — Из России?! Чур меня!» Да и рынка как такового в Европе тоже тогда не было.

Но однажды все изменилось — видимо, так звезды встали. «КАМИ» разделилась на несколько компаний, ее покинул Алексей Ремизов, и были закрыты все софтверные проекты. Мы неожиданно оказались на вольных хлебах. И это в 1997 году, когда Интернет был совсем не тот, что сегодня. Как быть? Я сделал крутой поворот: отказался от халтуры и начал продавать западным антивирусным компаниям лицензии на свой новый движок, собственно механизм выявления вирусов, который в 1995—1996 годах написал с двумя своими коллегами. И вот это сработало — мы начали зарабатывать!

— Много?

— Если сравнивать с тем, что до того мы практически не зарабатывали, то просто ого-го! Я хорошо помню свое ощущение, когда мы получили за месяц 10 тысяч долларов, — это супер! Вначале наши лицензии предполагали ежемесячные отчисления за пользование движком. Потому что «кушать очень хотелось». Позже мы перешли на более распространенные в мире ежегодные отчисления. Все это было сделано уже под брендом «Лаборатории Касперского», чей 14-й день рождения мы отметили этим летом. Первых покупателей лицензии, естественно, запомнил на всю жизнь. Первыми были немцы — компания G Data. Второй была компания F-Secure. Третьи — американцы, но их уже нет на рынке.

Почему вдруг все так хорошо пошло? Лицензии ведь продаются не конечным пользователям, а своим коллегам — антивирусным компаниям. А в этой профессиональной тусовке все друг друга отлично знают. Так вот, все знали, что у нас очень неплохой движок. И зарубежные коллеги время от времени осторожно интересовались, есть ли такая возможность — заполучить наш движок на условиях лицензии? Настал момент, когда мы поняли: надо соглашаться.

Правда, сказать, что зажили наконец припеваючи, нельзя. Практически все заработанное вкладывали в развитие компании. Я на «Жигулях» ездил до середины 2000-х. Выпустили продукты для частных пользователей, потом — для корпоративного сектора. В основном продажи шли на Запад. Да и сейчас у нас самый большой рынок сбыта — Европа. Потом США. И только потом Россия.

— Интернет помог бизнесу?

— Ну, Интернет — это отдельная история. Я помню, году в 1992-м в «КАМИ» по стенам развешивали «лапшу» из проводов — объединяли компьютеры в сеть. А в 1993-м я уже пользовался электронной почтой. В 1995-м у нас появился веб-сайт. Но тогда это было, конечно, несерьезно.

Однако буквально года через два, в 1997-м или 1998-м, я собрал своих коллег и сказал: «Ребята, есть такая штука, называется Интернет. Меня интересует: могут ли в Интернете водиться интернет-червяки?» Тогда же вирусы ходили только по дискетам и цеплялись к файлам. Никто и не думал, что возможно что-то еще. «Хороший вопрос!» — ответили мне сотрудники. Через неделю они пришли ко мне и сказали: «Женя, все очень и очень плохо. Мы нашли способ, как сделать так, чтобы компьютерный червь переползал с одного компьютера на другой по сети Интернет. С помощью электронных писем». Это было примерно за два года до того, как на сцене появился первый реальный интернет-червяк.

Когда я увидел этого настоящего червя, отловленного живьем в Интернете, я даже посмеялся — до того он был примитивным: он вынуждал человека кликать на письмо. Мы же готовились к худшему варианту — к червякам, которые могут переползать из электронного письма на компьютер без участия человека: достаточно было просто навести мышку на «отравленное» письмо — и все уже произошло. Это оказалось возможным из-за ошибок в проектировании ПО Microsoft. Мы им сообщили об этом, и «дыру» они заделали. Никакой огласки, естественно. Но о том, что в Интернете все будет плохо, нам стало понятно года за два до того, как это произошло на самом деле. Вроде бы тот первый червяк был безобидным: он просто показывал красивую картинку — фейерверк. Но, проанализировав ситуацию, мы пришли к выводу, что «червячная» технология может обрушить Интернет. Целиком.

— Ой! Каким образом?

— Если произойдет заражение одновременно, скажем, 10—20 миллионов компьютеров и они сразу произведут атаку на ресурсы, то весь Интернет будет дефрагментирован. Иными словами, магистральные каналы связи окажутся забитыми, и серверы Интернета не будут друг друга видеть. О том, что такое может произойти, мы догадались довольно давно. Но примерно год или полтора молчали в тряпочку, никому ни гугу. Страшно было. И вдруг какие-то исследователи, то ли американские, то ли канадские, опубликовали у себя статью под громким названием «Флэш-червь». На что я сказал своим сотрудникам: «Ну что, ребята, все! Тайная информация пошла в массы, теперь и мы можем об этом говорить».

А было это, как сейчас помню, зимой 2003 года — подведение годовых результатов, итоговая пресс-конференция. Я рассказываю журналистам, что ожидаю появления флэш-червяков, которые способны поставить под вопрос существование всей глобальной Сети. Причем она может вырубиться на неопределенное количество времени — до того момента, пока червя не вычистят с необходимого количества узлов. Надо было видеть, как журналисты посмотрели на меня! Но ровно через неделю шарахнуло: первый флэш-червяк! В пятницу я рассказывал о наших достижениях, а в следующую субботу свершилось.

А получилось так: червяк примерно на четверть увеличил нагрузку на центральные серверы глобальной Сети. Причем исключительно за счет своего распространения — у него не было деструктивной функции! А если бы была, Интернет бы точно рухнул целиком. А так только Южная Корея. Произошло то, что называется веерным отключением интернет-сетей. Они имели место и в США, и в Австралии, и в Новой Зеландии. Но по Южной Корее долбануло так, что отключились не отдельные регионы, а вся страна.

...Я, кстати, давно заметил, что у аналитиков нашей компании есть такая особенность: посмотреть на информацию, которая есть уже сейчас, и спрогнозировать то, что произойдет в будущем. Например, интернет-паспорта. Я начал о них говорить лет 8 назад — про то, что вход в Интернет будет только по предъявлении цифрового удостоверения личности. Некоторые над такими предположениями смеются до сих пор, но смотрите: в аэропорту Пекина подключение к Wi-Fi-сети бесплатное, вот только вначале нужно в специальную машинку положить паспорт. Машинка его отсканирует и уже после этого выдаст чек с уникальным логином и паролем. В некоторых европейских странах в интернет-кафе собираются делать ровно то же самое. Зачем? Чтобы всяческие кибермерзавцы не лезли из халявной точки Wi-Fi в сеть Интернет. Они ведь что сегодня делают? Анонимно цепляются к общедоступным сетям. Кто там был в интернет-кафе? Неизвестно. Что делал? Кофе пил или выпустил в Интернет то, что из дома боязно отправлять? Все! Постепенно закрывают эти лазейки. Интернет-паспорта вводятся в Швейцарии, Германии. Барак Обама сказал, что надо вводить электронные удостоверения. Все идет согласно предсказанию.

— Про кибертерроризм кто первым заговорил?

— Ну, к этому давно все шло. Лет 10 назад случилось то, что назвали самой дорогой компьютерной ошибкой в мире: тогда вторая ступень американской беспилотной ракеты развернула ее, и ракета на полной скорости ушла обратно в Тихий океан. А всего-то — плюс с минусом в программе перепутали. Мелочь? Или классический пример, вошедший в учебники, с американскими боевыми истребителями: они при пересечении экватора на автопилоте переворачивались вверх днищем — бортовая программа была настроена так, чтобы север всегда был сверху. У других ПО выводило самолет в ненормальный режим при проходе над Мертвым морем — уровень воды там, как известно, ниже поверхности океана, и эта ситуация не была предусмотрена программистами.

И это все неумышленные действия. А последствия — ой какие! Зачастую дело даже и не в программных ошибках вовсе, а в стечении обстоятельств. Пример: студенты-шалуны, развлекаясь, написали компьютерный вирус, который размножается по Сети в свое удовольствие и на радость авторам. Или ворует данные банковских карт. Он не собирался ничего ломать, выводить из строя, только тихонько красть. Но в результате в аэропортах США не работали компьютерные системы регистрации. А в Австралии остановились железные дороги. Умысла не было, случайный побочный эффект.

В 2008 году авиалайнер рейсом из Мадрида упал сразу после взлета. Больше 150 пассажиров погибло. Как такое могло случиться? Оказалось, что у самолета были серьезные технические проблемы, приведшие к его гибели. Более того, техосмотр их выявил! Но компьютер, который работал на техосмотре, оказался зараженным вирусом! И техники не смогли ввести данные о проблемах в компьютер. Как вам стечение обстоятельств? Самолетами летаете?

— Уже боюсь...

— Я тоже. Но летаю... Когда понимаешь, насколько наши жизни завязаны на технологии, и с каждым годом все сильнее, становится по-настоящему страшно. Потому что понимаешь, что любой негодяй из какой-то забытой богом дыры с помощью только одного интернет-доступа может проникнуть куда угодно и заставить компьютерные системы работать так, как ему угодно!

Впервые мы серьезно задумались на эту тему еще в начале 2000-х, но избегали всяческих разговоров об этом не только в публичных выступлениях, даже в любых переговорах за стенами компании. Пока в 2007 году не увидели на экране боевик «Крепкий орешек 4.0». В основном народ-то посмеялся — ну и разыгралась фантазия у ребят из Голливуда! А нам было не до смеха: они что, совсем умом тронулись? Такое всем показывать? Ведь оно абсолютно осуществимо! После появления этого фильма я стал открыто говорить о кибертерроризме. И, к несчастью, опять не ошибся: уже сейчас мы видим целенаправленные кибератаки. Пример — атака русских хакеров на интернет-ресурсы Эстонии. Первое заметное проявление гражданской кибервойны. Активное самовыражение патриотов. Физического вреда никакого, но принципиально важно, что это целенаправленная спланированная акция.

Страшно то, что подобные задачи могут ставить себе не группы частных лиц — энтузиастов, а правительства целых стран.

Вы уже поняли: если я что-то говорю открыто, значит, это уже произошло. Прецедент — вирус Stuxnet на заводе по обогащению урана в Иране. История тянется с прошлого года. Это яркий пример электронной диверсии в государственном масштабе. Одной страны (поговаривают, что Израиля) против другой. Раньше для таких задач готовились специальные диверсионные группы, сегодня это можно делать при помощи компьютерных систем.

По тем данным, которыми мы сейчас располагаем, получается, что вирус смог попасть на компьютеры закрытой от внешнего мира внутренней сети завода. Потом он добрался до центрифуг, непосредственно участвующих в физических процессах обогащения урана. Их там тысячи. Точнее, до компьютерной системы управления ими. После чего, по нашим предположениям, он менял их режимы вращения.

Причем, как мы можем предположить, этот вирус был «умным»: он не собирался выводить из строя все подряд обогатительные предприятия в мире. Вначале он бродил по миру и искал совершенно конкретное предприятие. По крайней мере сегодня мы так видим эту ситуацию.

Американцы, англичане, немцы, китайцы — все серьезные страны уже заявили, что занимаются кибервойнами. Силовики во все времена и во всех странах были двигателем технического прогресса. Кто финансировал изобретение Интернета? Американские военные. Было бы странно, если бы они и далее не вкладывали средства в новые области его применения.

Кстати, вот что интересно: киберпространство в некоторой степени уравнивает шансы противоборствующих сторон. Да, у крупного государства больше сил, средств и ресурсов для борьбы с более мелким, но у него больше систем управления автоматизировано. Значит, оно более уязвимо к компьютерным ударам. И в киберпространстве малое государство способно достойно ответить крупному. На мировой политической арене неминуемо появятся новые силы: кибернаемники и киберсоюзники.

— Думаете, третья мировая война с применением кибероружия неизбежна?

— Никто этого точно сказать не может. Но, думаю, кибероружие будет применяться все-таки только в локальных конфликтах. В глобальные киберконфликты я не верю. А вот мелкие территориальные разборки, местные политические или религиозные конфликты — там кибероружие будет бабахать по полной программе. Но страшно то, что кибероружие действует в Интернете, который не имеет границ. И если оно, то есть его программа, не очень хорошо написано, такое оружие может долбануть не только по целям, которые у него обозначены, но и по другим, случайно попавшимся. Скажем, только потому, что у них оказалась такая же конфигурация ПО.

Добавлю еще одну составляющую в этот коктейль — активисты, общественники. В основном европейцы, которые то и дело выступают то за, то против по всяческим поводам и всегда приправляют свои выступления политическими требованиями. Это всякие «Анонимусы», Lulsec — в общем, народовольцы интернет-эпохи. Где-то что-то запрещают? Негодяи! Мы их сейчас накажем! Понятно, что это обычный студенческий максимализм. Но я очень боюсь, что те, о ком мы сказали выше, и эти юнцы-максималисты найдут друг друга. И тогда профессионально подкованные в хай-теке мальчики с горящими глазами станут добровольно работать на международные террористические организации. Это самый плохой сценарий развития событий.

Кстати, именно об этом «Крепкий орешек 4.0»: там в начале фильма преступники как раз использовали молодых хакеров, от которых впоследствии цинично избавлялись.

— Сколько еще времени даете нынешнему миру?

— Обычно мои прогнозы сбываются в течение двух — четырех лет. Моя оценка — это может начаться в ближайшие несколько лет.

По натуре я оптимист и позитивно настроен по отношению к будущему. Я уверен, что с помощью новых технологий человечество гораздо больше созидает, нежели разрушает.

— Госпремию, если не секрет, на что потратили? Большие деньги, кстати?

— Пять миллионов рублей. Передал своей родной Физматшколе № 18 им. А. Н. Колмогорова. Ведь то, чего я достиг как основатель «Лаборатории Касперского», я сделал, во-первых, не один, а вместе с друзьями-единомышленниками. А во-вторых, я бы не смог этого сделать, если бы в начале моего пути не было этой физматшколы. Пусть она здравствует и пестует новые поколения математически одаренных подростков.

Елена Покатаева

 

На старт. Up! / Hi-tech / Бизнес

 

Одной из центральных тем на очередной интернет-неделе (Russian Internet Week, RIW) стали российские стартапы. Оно и понятно: где, как не в этом онлайновом мире, таком молодом и сметающем все стереотипы в человеческих коммуникациях, искать питательную среду для воплощения творческих замыслов молодых предпринимателей? На RIW 2011 им посвятили целую «Аллею инноваций» и провели настоящую «Битву стартапов», организаторами которых выступили РАЭК, журналы «Итоги» и «Интернет в Цифрах», академия проектов Farminers, а также веб-ресурс Nomobile.

Правда, тех, кто рассчитывал встретить на прогулке по «Аллее» русскоязычного Билла Гейтса или Стива Джобса, ждало разочарование: личностей такого бизнес-масштаба там не было. Но расстраиваться по этому поводу не стоит. Ведь и сам Интернет, и онлайновое предпринимательство в России дело молодое, им всего около двадцати, а американской Silicon Valley, вскормившей нынешних высокотехнологичных кумиров, давно перевалило за полтинник. В каком состоянии пребывали Билл Гейтс и Стив Джобс лет эдак 20 или 30 назад? В состоянии бурного технологического роста и мировой экспансии. Фигуры такого уровня у нас сегодня есть: Сергей Белоусов (Parallels), Давид Ян (ABBYY), Аркадий Волож («Яндекс»). А за ними уже идет следующее поколение российских интернет-инноваторов — те, кого мы встретили на RIW.

Мечта инвестора

Мировая наука об инвестициях придумала классификацию: улучшающие инновации (те, которые делают существующие продукты и услуги удобнее или приятнее) и разрушающие — в смысле революционной замены одного поколения технологий на принципиально новые. Проекты второго типа, между прочим, у нас также встречаются. В частности, Михаил Цыганков, управляющий директор Фонда посевного финансирования Microsoft в России, упоминает проект PiratePay, отмечая, что он способен перевернуть сегодняшние представления о пиринговых сетях как оплотах цифрового пиратства просто потому, что у правообладателей появляется возможность очень легко распространять по ним легальный контент. Люди готовы платить за контент, уверен эксперт, весь вопрос в удобстве взаимодействия с Сетью.

«Мечта любого инвестфонда — поддержать революционную идею типа Skype, которая перевернет весь мир коммуникаций, но это редкость», — отмечает Цыганков. Однако на стадии первых версий сервиса крайне трудно разглядеть идею, которая вырастет в новый Facebook, рассказывает Татьяна Цветкова, директор по развитию бизнеса Fast Lane Ventures: «Все громкие бизнес-модели, например, Groupon или Facebook, начинали совсем не такими, какими мы видим их сейчас. Они прошли несколько циклов развития, постоянно улучшая продукт». Впрочем, не только редкие разрушительные инновации, от вида которых у инвесторов загораются глаза, определяют погоду на инновационном рынке.

Даже икона современного хайтека Стив Джобс, по большому счету, не относится к данной категории: его достижения носят по большей части улучшающий характер для базовой технологии традиционного интерфейса человека и машины. Да и его воздействие на бизнес в своем сегменте достаточно ограниченно: согласно данным аналитиков IDC, всего лишь около 5 процентов всех мобильных телефонов, купленных в мире в первом полугодии 2011 года, произведено компанией Apple. Правда, по своим доходам и капитализации она в числе глобальных лидеров. И вот здесь зарыта главная собака успешной инновационной деятельности — потенциальная доходность! Вот почему инвесторов не сильно расстраивает малочисленность русскоязычных Стивов Джобсов: они умеют зарабатывать на большом количестве улучшающих инноваций, которые революционными никак не назовешь.

Анализ покажет

Именно такими, по оценкам экспертов, занимавшихся анализом стартап-проектов на RIW, оказались финалисты конкурсов. «Технологических прорывов я не увидел, — говорит Дмитрий Чихачев, управляющий партнер Runa Capital, — но этому есть объяснение. Технологически сложное ПО рождается не в виде озарения молодых мозгов, а как следствие опыта. Но в нашей стране немного мест, где можно получить такой опыт. Вузы не готовят специалистов по организации бизнеса на базе технологически сложного программного продукта. Остается только работа в крупной серьезной компании. Но у нас стартапами сегодня увлекается в основном молодежь, такового опыта не имеющая. И понятия «серийный предприниматель», обычного для Запада, — оно описывает человека, который уже запустил в коммерческое плавание 2—3 стартапа, — у нас вообще нет».

Получается, что молодость наших интернет-стартаперов — это не обязательный элемент, а всего лишь временный признак молодости самой предпринимательской культуры. Но общий ее уровень и темпы роста, по оценкам экспертов, выглядят очень неплохо. Потому что в улучшающих инновациях для инвесторов критически важны, во-первых, количество — их должно быть много — и, во-вторых, очевидные рыночные перспективы. «Инвестор оперирует системными категориями: потенциал идеи, качество команды, масштабируемость сервиса, возможность выхода на зарубежные рынки, долгосрочное конкурентное преимущество, возможность быстрого роста базы пользователей», — поясняет Татьяна Цветкова.

Интернет-среда при этом создает новые возможности: потенциальными клиентами могут быть все интернет-пользователи планеты. «Мы всегда оцениваем новый проект с точки зрения его способности вырасти в транснациональный бизнес», — замечает Любовь Симонова, эксперт инвестфонда Almaz Capital Partners. В этой связи она отмечает среди участников «Аллеи инноваций» проект ResumeUp: «Это не революционная идея, но мы видим очень хорошую рыночную нишу: услуги по удобному восприятию большого потока резюме весьма востребованы в разных странах. А то, что он реализован в жанре инфографики, снимает языковые барьеры».

«Аллейный» проект «Налогия» того же класса: узконишевый, но с потенциально широкой аудиторией. Он предназначен для помощи обычным людям при составлении налоговой декларации. А вот Дмитрию Чистову, главному аналитику РАЭК, особо приглянулся с виду вроде бы простенький проект «Будист.Ру»: он уверен, что множество людей согласится платить небольшие суммы за то, чтобы получить возможность разбудить незнакомого человека своим оригинальным звонком… Понятно также, почему среди четырех финалистов «Битвы стартапов» — два проекта из области игр: это ведь та великая сила, которая приводит в движение миллиардные денежные потоки. Однако если вы полагаете, что придумать и запустить проект такого класса просто, сильно ошибаетесь.

Старт с пролонгацией

«К сожалению, 90 процентов стартапов, которые я видела, переоценивают либо потенциал рынка, либо важность решаемой проблемы или удовлетворяемой потребности человека», — сетует Татьяна Цветкова. Массовая аудитория — это ведь очень тонкая материя. Массовый пользователь по природе своей консервативен: он гораздо более придирчиво относится к новой услуге, чем его сосед инноватор, который готов простить разработчику много бизнес-недочетов ради новых ощущений. К тому же, напоминает Дмитрий Чихачев, у Интернета есть собственный подводный риф: люди, привыкшие к бесплатным интернет-услугам, с трудом переходят на коммерческие рельсы.

Но даже если придумана хорошая идея и найдены методы заработка, праздновать победу рано. Свой проект еще надо уметь грамотно представить инвестору. «А вот с навыками самопрезентации у наших стартаперов туговато, и они не считают нужным специально этому учиться, — сокрушается Любовь Симонова. — Ведь стартап-проект побеждает в конкурсах примерно так же, как фотомодель на кастинге: участвует в новых и новых просмотрах, анализирует реакцию экспертов, совершенствует проект — и так до тех пор, пока не «зацепит» инвестора». Оказывается, победа в конкурсе — это не быстрая награда за креативную идею, а ежедневная будничная работа профессионального конкурсанта. Совсем не случайно на RIW среди финалистов конкурса оказались проекты с целой конкурсной историей.

И это обычная жизнь стартапа, говорят эксперты, по-другому никак. Любовь Симонова рассказывает, что она частенько разыгрывает с начинающими молодыми бизнесменами следующий психологический этюд: «Посмотрите на себя в зеркало и спросите, готовы ли увидеть там вместо нынешнего пышущего здоровьем и энергией лица изможденное существо с запавшими от хронического недосыпания глазами, у которого нет друзей и любимых, потому что все 24 часа в сутки он отдает своему стартап-проекту? Если готовы, занимайтесь инновационным предпринимательством дальше». И вот что по-настоящему радует профессиональных инвесторов: таких людей становится у нас все больше. И они взрослеют в прямом и переносном смысле вместе со своими проектами и рынком стартап-проектов.

Так что вполне возможно, что в пространстве RIW вы несколько раз прошли мимо будущего Марка Цукерберга. Только не разглядели его.

Елена Покатаева

 

Последний герой? / Hi-tech / Гаджеты / Тест

 

Свежий BlackBerry Bold 9900, также известный как «Дакота», — это вершина телефоностроения канадской компании RIM. Лучший дизайн среди всех смартфонов BlackBerry. Лучшая эргономика. Лучшая клавиатура. Лучшая операционка BlackBerry OS 7. Но, к сожалению, этого всего может не хватить, чтобы противостоять смартфонам на iOS, Android и Windows Phone. Вернее, точно не хватит.

Предыстория. У RIM сейчас большие проблемы, это общеизвестный факт. Компания повторяет путь Nokia: вовремя не отреагировав на тренды, сейчас отчаянно пытается предложить что-то такое, чтобы удивить рынок. Помните, как начинал Джон Траволта? Красавчик, танцор, герой мюзиклов — он эксплуатировал один образ и достиг в этом совершенства, но в какой-то момент зрителям мюзиклы просто надоели, и Траволта оказался не нужен. Хорошо, его подобрал Тарантино, и у актера случился камбэк. Но окажется ли для RIM тем самым режиссером платформа BBX, на которую скоро пересадят не только ее планшеты, но и смартфоны тоже? Я только за. Не оказалось бы слишком поздно.

Дизайн. Классический, иконический форм-фактор теперь поддержан люксовыми материалами: много металла (окантовка и торцевые кнопки из нержавеющей стали), карбоновая крышка, бархатистый пластик. Красивее QWERTY-смартфона еще не было. Он к тому же еще и самый тонкий (10,5 мм) за всю историю BlackBerry.

Эргономика. Телефон прочный, монолитный, сборка феноменальная, в лучших традициях. Управление максимально удобное, с торцевыми «горячими» клавишами, которые можно переназначить на другие функции. Я, например, на фотокнопку, что на правом торце, «вешаю» запуск Twitter-клиента. Над ней — клавиши громкости, а между ними — кнопка Mute, она же ставит плеер на паузу. С левого бока почему-то убежала еще одна кнопка, сейчас там только глубоко утопленные разъем microUSB и аудиоджек. Аппарат прекрасно сбалансирован, хорошо лежит в руке, им удобно управлять как одной, так и двумя руками, и весит он меньше, чем ожидаешь.

Клавиатура. Я фанат QWERTY-клавиатур, расположенных под экраном, и не пропустил ни один из аппаратов за все время, что выходили на российский рынок Ответственно заявляю: лучше клавиатуры я не встречал: клавиши фирменно скошены, нажимаются легко, с маленьким ходом и приятным звуком «клик» — все как надо!

Дисплей. Да, он сенсорный! Эх, сколько же RIM понадобилось времени, чтобы его правильно сделать! Увеличился и физический размер (2,8 против 2,44 дюйма), и разрешение (640х480 против 480х360). Яркий, четкий, контрастный, емкостный, с прекрасными углами просмотра и двупальцевой «кликабельностью». Незаменим при серфинге.

ОС и браузер. Как в RIM ни пытались выдать хорошую мину, продвигая «революционность» новой платформы, покупателей не обманешь. Новой операционке даже присвоили индекс 7, хотя, по большому счету, изменений немного, систему стоило назвать BlackBerry OS 6.1. Каким бы гениальным ни был конструктив, без современной оболочки и большого количества софта он неинтересен новой аудитории. Но ничего существенно нового здесь не появилось. Хотя все, что могли, в RIM сделали: рабочие столы теперь смахиваются пальцем, как в Android и iOS, гаджет стал работать еще быстрее, меню просто летает. Вся новая линейка смартфонов на базе BlackBerry 7 — это процессор Qualcomm Scorpion MSM 8655 с тактовой частотой 1,2 ГГц на чипсете Snapdragon. Масса новых функций завязана на аппаратном ускорении графики (в RIM это назвали Liquid Graphics) и процессоре Adreno 205 GPU, что нужно, например, для поддержки 3D-графики и HD-видео. Это вообще главный блок нововведений: браузер тоже получил аппаратное ускорение, работает на движке WebKit с самым быстрым компилятором JavaScript JIT (Just-in-time).

Фишки. Нет функции хот-спота (возможно, появится в новых прошивках), зато поддерживается новомодный беспроводной протокол NFC, предназначенный для бесконтактных платежей — например, прохода в метро. В России он, впрочем, пока бесполезен, и я его использовал исключительно для Bluetooth-спаривания с планшетом PlayBook.

Батарея. Когда я узнал, что BlackBerry в противофазу рынку уменьшает емкость аккумуляторов, то подумал, что канадцы просто издеваются. Мол, вы с вашими андроидфонами живете по полдня, а мы, улучшая экран и процессор, можем себе позволить при этом уменьшить емкость аккумулятора! Все оказалось прозаичнее: инженеры не смогли утрамбовать в такой тонкий корпус батарею на 1500 ма.ч, так что здесь более скромная на 1230 ма.ч. Впрочем, на время работы это повлияло не сильно: если BlackBerry 9700 у меня садился за 2—3 дня, то этот при активной работе требовал розетки через 1,5—2 дня, такой показатель все еще недостижим для конкурентов.

Фотокамера. Хорошее: наконец-то смартфоны BlackBerry снимают HD-видео в 720p (1280х720 пикселей), картинка очень достойная. Плохое: фотомодуль почему-то потерял автофокус, что для бизнес-решения большой минус — как фотографировать визитки и чеки? Вроде как технология EDOF — увеличенной глубины резкости — должна была решить этот недостаток. Но… не решает.

Резюме. Дизайнеры, инженеры и маркетологи BlackBerry сделали все, что могли. BlackBerry Bold 9900 — их лучший продукт. Тем, кто знает, что такое BlackBerry, ничего объяснять не надо, они ждали именно этого: сенсорного экрана, QWERTY-клавиатуры, шикарного дизайна и просто лучшего продукта в своей лиге. Но новичков может отпугнуть устаревшая ОС и малое количество софта. А ведь следующий флагман наверняка выйдет на платформе BBX… Кто здесь хочет быть последним героем? Смартфон начнет продаваться в России через два месяца.

Николай Турубар

 

Чистый QR / Hi-tech / Бизнес

 

Сфера применения матричных штрихкодов, которые изначально создавались для бизнес-задач автоматической идентификации, за последние годы существенно расширилась. Из Японии и Южной Кореи, где мозаичные матрицы стали привычными на визитках, журналах, газетах, листовках, плакатах, досках объявлений, продуктах питания и даже надгробиях, QR-коды попали в США и страны Европы. Первопроходцем их применения в России стала компания МТС, которая в 2010 году запустила первый в России «QR-квест», а нынешней осенью внедрила QR-коды во всех своих каналах продаж телефонов и гаджетов. Чем же интересны QR-коды для обычного пользователя? Попробуем разобраться.

«Суть штрихового кодирования заключается в возможности быстрой идентификации объекта и получения информации о нем», — говорит технический директор Dev.House Group Николай Виноградов. Среди основных преимуществ этой технологии стоит отметить минимальные расходы на нанесение кода, а также приемлемую надежность и скорость считывания. Двухмерные коды основаны на расположении черных элементов внутри матрицы, при этом каждый из них имеет определенный размер, а его позиция кодирует данные. Если для обычных штрихкодов объем хранимой информации ограничен десятками символов, то для матричных он составляет уже несколько тысяч знаков. Сегодня используется несколько алгоритмов матричного кодирования, в том числе Aztec, DataMatrix, Microsoft Tag и QR.

Технологию QR (Quick Response — «быстрый отклик») разработали еще в 1994 году в японской компании Denso Wave (подразделение Toyota) для учета деталей в автомобилестроении. А вот возможности QR-кодов для массового потребителя раскрылись лишь с появлением мобильных телефонов, оснащенных встроенными фотокамерами с автофокусом, где обработка изображения выполняется с помощью специального софта. Емкость одного QR-кода составляет 7089 цифр или 4296 алфавитно-цифровых символов, что вполне достаточно для хранения небольшого текста. По сравнению с одномерным матричное кодирование обладает еще одним достоинством — возможностью восстановления поврежденных данных. Алгоритм коррекции ошибок, используемый в QR-технологии, позволяет восстановить до 30 процентов утраченной информации. «Это особенно важно при чтении изображения с бликующей поверхности, когда нарушается целостность кода», — подчеркивает руководитель проектов i-Free Innovations Николай Зайцев.

Сегодня QR-коды нашли применение не только в производстве и логистике, но также в торговле, на транспорте, в маркетинговых коммуникациях и рекламе. Обычно в двухмерных матрицах зашифрована ссылка на сайт, по которой можно получить более подробную информацию о продукте или услуге. «В коммуникации с технически продвинутой аудиторией QR-коды привносят очень сильный тизер-элемент», — уверен руководитель отдела маркетинга «Манго Телеком» Алексей Бессарабский. Например, звезды женского пляжного волейбола в Великобритании превратили нижние части своих бикини в привлекательную рекламную площадку, разместив там QR-коды, содержащие ссылку на сайт букмекерской конторы. А вот консалтинговая компания Phillips & Company предлагает наносить огромные QR-коды на крыши домов, утверждая, что подобная реклама будет видна со спутников и пролетающих самолетов.

Найдет ли свое место QR-технология в механизмах оплаты? Руководитель по развитию бизнеса IBM в России и СНГ Борис Поддубный считает, что QR-коды не могут применяться в платежных сетях по причине своей низкой защищенности и отсутствия механизмов управления цифровыми сертификатами. Да и, по мнению генерального директора розничной сети МТС Андрея Кленина, у QR-кодов совершенно другая роль: скорее, это может быть квитанция о совершенном платеже либо билет в кино или на транспорт. Так, в июле МТС запустила услугу по приобретению билетов с мобильного телефона на «Аэроэкспресс», когда документ отображается в приложении «Легкий платеж» в виде QR-кода. Для прохода через турникет достаточно приложить экран гаджета к считывающему устройству.

Важно, что QR-технология позволяет пользователям не только потреблять информацию, но и проявить собственный креатив. Для того чтобы создать QR-код, например, для визитной карточки, в Сети существуют специальные сервисы. Человек, получивший визитку с таким двухмерным штрихкодом, легко сможет перенести всю контактную информацию (ФИО, рабочий и мобильный телефон, адрес электронной почты и т. д.) в свой смартфон. В начале октября компания «МегаФон» запустила новый портал (). «Теперь каждый абонент «МегаФона» в состоянии самостоятельно создать необходимый QR-код, зашифровав в нем любую текстовую информацию, звуковой, графический файл или видео», — рассказывает директор по новым технологиям и услугам ОАО «МегаФон» Денис Ночевнов. Полученный код пользователь может отправить на мобильные телефоны или электронные адреса своих собеседников или загрузить на страницы в социальных сетях.

По мнению генерального директора компании «АйТи. Смарт системы» Александра Федина, при грамотном подходе QR-технология в нашей стране может занять свою нишу и достаточно широко использоваться. Необходимым условием здесь является, разумеется, должный уровень развития мобильного Интернета. Будем надеяться, что так оно и будет. Ведь чем большее число людей со смартфонами заинтересуется «умными» штрихкодами, тем больше будет появляться полезных и интересных применений, в том числе созданных пользователями.

Андрей Борзенко

 

Жизнь на планете IT / Hi-tech / Бизнес

 

Журнал «Итоги» из года в год наблюдает за тем, как информационные технологии все глубже проникают в материю корпоративного бизнеса. Отличный индикатор этого состояния — ежегодный форум «IT-ЛИДЕР», который в нынешнем октябре собрал уже в восьмой раз более 200 IT-директоров крупнейших предприятий из разных сфер бизнеса, поставщиков технологий и международных экспертов. Примечательно, что вопросы влияния финансового кризиса на IT-проекты не стали основной темой форума. Действительно, жизнь показывает, что кризисные периоды расцениваются уже не как форс-мажорные обстоятельства, а как постоянная составляющая бизнес-процессов. А информационные технологии предлагают свои рецепты для развития бизнеса в подобных финансово стесненных обстоятельствах. Какие же?

В последние годы нас принято пугать гигантскими темпами расширения вселенной корпоративных информационных систем. Однако сам по себе рост объемов данных не так страшен — производители систем хранения демонстрируют потрясающие достижения: на миниатюрной флэшке размером с мизинчик уже помещаются гигабайты цифровой информации. Гораздо более остро стоит вопрос доступности тех данных, которые нужны для принятия грамотных решений. Они могут поступить в любой момент времени по различным каналам: из сети продаж, производственных цехов, службы поддержки клиентов, финансовых сводок, сообщений СМИ. Фактически типовым решением для хранения всей поступающей информации и ее дальнейшей обработки стало размещение данных в специальных хранилищах. Правда, конкретных методов их построения множество, и различаются они в основном способами оптимизации объемов хранения и подходами к сокращению времени, требуемого на их поиск.

Так, корпорация IBM оптимизирует структуру хранилища для конкретной задачи, используя индустриальные модели, заточенные под банковские, страховые, энергетические и другие компании. Скоростные преимущества специализированных моделей, отмечают в IBM, особенно заметны в страховой и банковской сфере, где сотрудники традиционно тратят много времени на поиск полезной информации для каждого конкретного заемщика или страхового случая. А компания EMC использует «умное» распределение нагрузки между различными ресурсами хранения, используемыми коллективно. Такой подход пользуется спросом, в частности, у провайдеров услуг связи и медийных компаний.

Правда, подчеркивает Игорь Корнетов, технический директор EMC в России, борьба за экономию ресурсов хранения должна опираться на требования конкретного бизнеса. Иначе вполне вероятной станет ситуация, когда скупой платит дважды. В чем проблема? Может, в том, что лишь 20 процентов данных, по оценкам экспертов, относится к разряду структурированных, то есть размещенных в конкретных базах данных с четко описанными параметрами?

«Вы только представьте себе это огромное количество Excel-файлов, хранящихся на бесчисленных корпоративных компьютерах. Чаще всего они не согласованы между разными бизнес-подразделениями, — комментирует Александр Тихонов, руководитель направления по продажам решений бизнес-аналитики IBM в России и СНГ. — Пользователи тратят огромное количество времени, чтобы выяснить, какие данные нужно использовать, вместо того чтобы заниматься анализом информации». Согласно исследованию IBM каждый третий руководитель бизнеса в мире принимает решения, основываясь на непроверенной информации, или не получает доступа к необходимой.

Андрей Кельманзон, директор по IT «РОСНАНО», уверен, что стремление структурировать растущий объем всех корпоративных данных — бессмысленное занятие: «Никаких производственных, прежде всего человеческих, ресурсов для этого не хватит». С его точки зрения, гораздо продуктивнее использовать корпоративные поисковые системы, которые умеют осуществлять поиск нужной информации в любых системах и хранилищах, а также создавать каталоги данных, используя методы синтаксического и семантического анализа. Обычно они содержат шлюзы, которые позволяют легко подключать новые источники данных, вплоть до ресурсов Интернета.

По мнению специалистов компании КРОК, отличным решением является промышленная интеграционная платформа. Ее основное назначение — объединить данные, формируемые в рамках разнообразных прикладных информационных систем, которые сегодня работают в крупных компаниях: обеспечивают связи с клиентами, поставщиками, бухгалтерскую отчетность и т. д. «Ключевым звеном здесь является подсистема нормативно-справочной информации, которая создается на предприятии в первую очередь, — поясняет Максим Андреев, заместитель директора департамента информационных технологий КРОК. — Она служит единой отправной точкой для работы с данными».

Кстати, этот подход может также сослужить неплохую службу тем компаниям, у которых наращивание информационных систем идет по принципу снежного кома, то есть с опорой на тактические задачи без продуманной стратегии развития. Внедрение интеграционной платформы и связанные с этим расчеты стоимости помогут сконцентрировать усилия на базовых системах, ключевых для бизнеса, и максимальном использовании их возможностей.

Получить оперативный доступ к нужной информации — это, конечно, важное дело, но оно далеко не исчерпывает всех задач, которые ставят перед IT-департаментом меняющиеся условия бизнеса. Как заставить эти данные помогать при принятии нужных управляющих решений?

Для этих целей IT-индустрия придумала целый класс технических решений бизнес-аналитики (Business Intelligence, BI). В частности, интеграционная платформа, обеспечивающая передачу данных между приложениями, может передавать их аналитическим программам. Работающие с ними бизнес-аналитики будут пользоваться этими данными уже в своих интересах. Несомненный эффект от такого подхода будет налицо, если речь идет, скажем, об оперативном получении текущих срезов деятельности. Но для принятия серьезных ответственных решений нужны более тонкие инструменты. Обычно на стол руководителю кладут многостраничные отчеты, а ему нужно буквально несколько самых важных цифр, но обоснованных. То есть эти самые важные параметры при необходимости могут разворачиваться в сторону детализации и взаимосвязей с другими параметрами бизнеса. «Технически настроить систему BI на такие аналитические отчеты несложно, — отмечает Максим Андреев. — Гораздо сложнее понять, какие данные кому именно нужны в зависимости от его уровня ответственности». А это очень непростая задача. И вот почему.

Сегодня чаще всего под бизнес-аналитикой понимают оценку ситуации по факту уже свершившихся событий. Но ведь ее главная задача совсем другая — спрогнозировать течение событий таким образом, чтобы вовремя развернуть ситуацию в нужную сторону. Эта задача, отмечает Андрей Кельманзон, определяется зрелостью не только IT, но и корпоративного менеджмента: «Не информационные технологии, а люди должны четко понимать, какие факторы бизнеса и каким образом влияют на итоговые результаты. В России сегодня не так много компаний, которые работают на таком уровне». К тому же это очень тонкая сфера, в которой крайне сложно применять традиционные оценки экономической эффективности от внедрения. В одной российской компании «Итогам» рассказали, что после запуска системы бизнес-аналитики буквально через 20 минут обнаружили лазейку для злоупотреблений, в которую ушли суммы, превышающие стоимость корпоративного хранилища и бизнес-аналитики.

«Главная проблема состоит в оценке ROI, — согласен Александр Тихонов. — Руководство компаний не верит в то, что отдача от таких проектов будет больше, чем инвестиции в него». И вселить эту веру можно единственным способом — предлагая проект, четко понимать, кому такие системы нужны и для каких целей будут использоваться. Иными словами, нужно формировать ожидания от проекта. Например, не стоит позиционировать его как замену маркетологов — никакая IT-система не сможет заменить хорошего эксперта. А вот помочь ему — это хорошая идея. Скажем, при работе на розничном рынке приписать к каждому клиенту собственного маркетолога невозможно, зато можно приставить к нему автоматического «умного» помощника, который будет настроен на то, чтобы аккуратно переводить клиента в более доходный сегмент.

Словом, информационные технологии становятся все умнее, но корпоративная культура развивается по своим законам. И лучшим IT-директором в итоге оказывается не тот, кто смог закупить суперсовременное техническое решение, которым почти никто не пользуется, а тот, кто помогает своему менеджменту с помощью технологий принимать наилучшие управляющие решения.

Елена Покатаева

 

Слушаю вас… / Hi-tech / Бизнес

 

Недавно Управление «К» МВД России задержало в Москве банду, которая воровала деньги со счетов абонентов мобильной связи. Преступники использовали «Газель», набитую профессиональной шпионской аппаратурой. Спецтехника на службе оргпреступности? Средь бела дня на людных улицах Москвы? Что творится? А творится действительно нечто тревожное.

О том, что ловкие мошенники правдами и неправдами стараются заставить доверчивых граждан отправлять платные SMS, давно слышали уже, видимо, все. И крепко-накрепко запомнили: никогда не отправлять ответные SMS на короткие телефонные номера, даже если кажется, что сообщение с такой просьбой пришло от родного мобильного оператора, банка или страховой компании. Операторы, ополчившись на недобросовестных партнеров — поставщиков контента, существенно снизили остроту проблемы. Вывести их окончательно вряд ли возможно, отмечает Юрий Домбровский, президент Ассоциации региональных операторов связи, потому что иной раз между оператором и владельцем контента выстраивается целая цепочка посредников, среди которых встречаются любители «украсть и убежать». Впрочем, опыт других стран показывает, что полностью исключить такую опасность все же возможно.

Например, в Таиланде, рассказывает Николай Федотов, главный аналитик Infowatch, в случае поступления заявления о мошенничестве полиция возбуждает уголовное дело, определяет владельца/оператора/бенефициара соответствующего короткого номера и временно блокирует банковский счет, на который должны поступать платежи пользователей. На всю процедуру требуется полдня. Так что сам-то мошенник может от правосудия скрыться, но вот денег он точно не получит, поэтому подобные схемы там просто не имеют хождения. Да и у нас, замечает Юрий Домбровский, во многих случаях таким мошенничеством в сотовых сетях промышляют заключенные, отбывающие срок в ИТУ: развлекаются и заодно пополняют мобильные счета сокамерников. Правда, присутствие шпионской техники не совсем укладывается в эту простенькую и малодоходную схему.

На самом деле возможностей нажать на телефоне кнопочку «Отправить» гораздо больше. Один из них — при помощи Bluetooth-связи. В Интернете можно за копейки скачать программу, которая позволяет проникать на чужой телефон, читать его содержимое, звонить и отправлять эсэмэски без ведома хозяина. Правда, некоторые модели телефонов производители защищают от подобных прямых вторжений, поэтому в списке предлагаемых программ есть и такие — проверка окружающего оборудования на возможность несанкционированного доступа через Bluetooth. Кому-то все это может показаться забавой, но давайте задумаемся: атаки через Bluetooth можно осуществлять сегодня автоматически — была бы соответствующая программа. Пострадавшие рассказывали, как на их глазах телефон начинал жить своей собственной жизнью: набирал номера и отправлял SMS чуть ли не сотнями. При этом замести следы, то есть удалить мошеннические SMS из папки «Отправленные», несложно.

Люди, знакомые с деталями расследования, рассказывают, что в кузове пресловутой «Газели» нашли оборудование, которое позволяло осуществлять Bluetooth-атаки на мобильники граждан, проходивших мимо автомобиля. С их трубок отправлялись платные SMS — по 50—80 рублей за штуку, что не привлекало внимания владельцев. Хорошо, что в сети оператора связи работал фрод-менеджмент, система выявления мошенников. Она анализирует активность пользователей в сети и привлекает внимание диспетчеров к всплескам подозрительной активности, например аномально большому потоку звонков на один короткий телефонный номер. Именно так, рассказывает представитель «Мегафона», и были обнаружены преступники.

Погорела банда на собственной жадности: чтобы замести следы, Bluetooth-станцию нужно было постоянно перемещать по городу, снимать деньги понемногу и постоянно менять стиль атак. А ребята в «Газели» решили «настричь» быстро и много, бдительный оператор их и засек.

Было в «Газели» и другое оборудование — именно о нем говорят как о настоящей шпионской технике для прослушивания телефонов. Это так называемая виртуальная сота. Речь идет о ложной базовой станции сети мобильной связи, которая маскируется под настоящую. Радиосигнал с нее телефоном воспринимается как легальный. При этом у современных базовых станции есть функция включения/выключения шифрования канала GSM-связи. Это сделано для того, чтобы в экстренной ситуации, скажем, в рамках контртеррористической операции оператор мог мгновенно снять криптозащиту со всех каналов связи и дать возможность спецслужбам слышать всех. И виртуальная сота тоже может снимать защиту канала связи с телефонов, попадающих в зону ее действия.

Дальность действия зависит от мощности и варьируется от 120 метров до 5 километров. То есть преступник может слушать разговоры, ведущиеся по мобильникам на данной территории. С помощью недорогой виртуальной соты можно прослушивать все разговоры, ведущиеся, к примеру, во всех помещениях крупного бизнес-центра. При этом сами абоненты о подвохе не подозревают — экраны их телефонов выглядят точь-в-точь как при разговоре через легального оператора, разве что батарейка разряжается быстрее. Но операторы левую соту в своих сетях не видят! То есть защититься от такого взлома не могут.

Откуда взялась такая аппаратура у бандитов? Первый источник поставок — горячие точки планеты, рассказывает Анатолий Клепов, генеральный директор компании «Анкорт», занимающейся разработкой криптосмарфонов: «В мире то и дело происходят госперевороты, революции. Толпа грабит лавки, а знающие мародеры — офисы спецслужб. Вскоре спецтехника оказывается в руках криминала. Грузино-осетинский конфликт длился всего-то пять дней, но за это время много спецтехники успело пропасть». Второй источник — вездесущие китайские умельцы. По словам Дмитрия Михайлова, доцента МИФИ, технического эксперта компании Green Head, занимающейся вопросами защиты мобильной связи, они уже освоили копирование профессиональных систем прослушки и наводнили международные рынки, обрушив цены: «То, что раньше стоило 20—30 тысяч долларов, сегодня можно купить в китайском исполнении за 1—2 тысячи долларов». Таможни эту беду остановить не в состоянии — нет специалистов, способных среди тысяч похожих друг на друга телекоммуникационных ящиков выявить специфическую прослушку. Более того, говорит Михайлов, сегодня вопрос создания небольшой виртуальной соты по плечу нескольким студентам радиоэлектронной специальности. Но почему криминал расхватывает виртуальные соты как горячие пирожки?

Зрить следует в корень, то есть вглубь самого телефона. А там есть много занятных деталей. В каждой трубке присутствует не одно программно-аппаратное ядро, как это принято считать, а два. Первое, созданное на базе центрального процессора, отвечает за функциональность, описанную в руководстве для пользователей. Она перестает работать, как только телефон выключается. А вот основой второго — скрытого — ядра является встроенный модем, который питается от аккумуляторной батареи, а потому остается в рабочем состоянии, даже если телефон выключен. Он связывает аппарат с удаленным центром управления. Зачем? Опять же для общего блага: случись, скажем, чрезвычайная ситуация, и все мобильные телефоны граждан, даже выключенные, встрепенутся и донесут до них информацию чрезвычайной государственной важности. То есть выключенный телефон можно дистанционно включить незаметно для владельца: без мерцания экрана и звуковых трелей.

Рассказывает Дмитрий Михайлов: «Когда наши журналисты вернулись из Цхинвала, они рассказывали, как перед артобстрелом они спрятались в подвале дома и выключили свои мобильники, чтобы их не засекли. Через некоторое время телефоны сами включились, оттуда донеслась грузинская речь, и в соседнее здание ударила ракета. Ребята чудом уцелели». А еще так же незаметно можно активировать встроенный микрофон — он будет записывать все разговоры вокруг и отправлять в удаленный центр управления.

Задумывались ли вы когда-нибудь, почему у айфонов, которыми даже одарили президента нашей страны, батарейка вообще не вынимается? Вообще-то вынутая батарея — это единственный способ заставить мобильное устройство прекратить всякое общение с внешним миром. А если батарея не вынимается?.. С кем он при этом общается, говорит Михайлов, тоже примерно понятно: «Экосистема Apple построена вокруг музыкального магазина iTunes. Синхронизация всех манипуляций айфонов с этим порталом настолько тесная, что удалить песни оттуда невозможно. Добавить можно, а вот удалить — нельзя».

Все эти интересные возможности связаны с конструкцией самого телефона, а не с SIM-картой. Незнание этого привело одну международную террористическую организацию в середине 2000-х годов к провалу — ее участники считали, что, постоянно меняя SIM-карты, которые покупали без предъявления паспорта, они сбивают полицейских со следа. Они жестоко ошибались: полицейский хвост можно отсечь, только избавившись от самого телефона.

Специалисты тестовой лаборатории Green Head изучали поведение смартфонов на базе ОС Android. «Мы доказали, что такие устройства пересылают в штаб-квартиру Google сведения обо всех перемещениях владельца. При этом указывается, с какой сетью Wi-Fi вы общались. Соотнеся эти данные с временем суток, можно установить, где находится ваш дом, а где офис, и какие Wi-Fi-сети там работают», — рассказывают ученые. Борис Шаров, генеральный директор антивирусной компании «Доктор Веб», добавляет: «Платформа Android дает возможность наблюдать дистанционно за происходящим по беспроводной связи Wi-Fi, используя камеру мобильного телефона. Такие приложения предлагаются на Android Market». На рынке есть вполне легальные и очень полезные услуги, как, например, наблюдение за тем, где находится ваш ребенок, через его телефон.

Однако мирный функционал открыл двери для криминала. Скажем, скрытное видеонаблюдение через камеру чужого телефона в цене у ревнивых мужей/жен высокопоставленных и высокооплачиваемых персон, а также у тех, кто хотел бы занять их место или получить свой кусок при дележе имущества в бракоразводном процессе. Прослушка телефонов — незаменимый элемент промышленного шпионажа, конкурентной разведки, поиска сенсаций для светской хроники и компрометации госчиновников. Платежеспособных заказчиков здесь хоть отбавляй. По сути ни один шумный скандал с политиками, бизнесменами и голливудскими звездами не обходится без участия незаконной прослушки и видеозаписи. Кстати, шведам не рекомендовали брать с собой в переговорную мобильный телефон еще в конце 90-х годов.

Но появление в руках криминала высоких технологий означает полную смену парадигмы. По оценкам Дмитрия Михайлова, только в Москве мошенники зарабатывают на прослушке не менее миллиона долларов в месяц. Такие фургончики, говорят специалисты, разъезжают не только по столице, их засекали во всех крупных российских городах. Под ударом оказываются не только политики и бизнесмены, но и обыватели. Высокие технологии используют автоподставщики и квартирные мошенники (телефонный разговор с мнимым представителем страховой компании или мнимым риелтором), бандиты, отслеживающие людей, которые совершают крупные покупки или получают крупные суммы наличности в банке.

Через цифровые технологии криминал получил неограниченный доступ к информации. Проблем с ее хранением сегодня нет. По оценкам Анатолия Клепова, для того чтобы прослушивать все разговоры по всем мобильным телефонам, имеющимся в нашей стране, и хранить эти записи в течение года, потребуется оборудование и ПО ценой приблизительно 44 миллиона долларов, то есть примерно треть стоимости одной из яхт Романа Абрамовича. На наших глазах формируется цифровая структура криминального бизнеса: низовые уровни собирают информацию и продают ее, а на вершине пирамиды придумываются бизнес-модели отъема денег. Это только у электронных госуслуг есть проблемы межведомственного взаимодействия, криминал же поставляет нужные данные без всяческих бюрократических проволочек.

Самое неприятное в этой истории то, что к «цифровизации» криминала, которая началась, по оценкам специалистов, всего года полтора-два назад, оказались не готовы ни правоохранительные органы, ни поставщики средств защиты информации. Все ждали злобных вирусов из Интернета, а беда пришла совсем с другой стороны. Думается, что скоро индустрия информационной безопасности придумает противоядие, но до тех пор владельцам любых телефонов стоит рассчитывать только на себя: учиться смотреть на привычный мобильник не как на навороченную стильную игрушку, а как на серьезный прибор с огромными скрытыми возможностями.

Елена Покатаева

 

Закон сохранения / Искусство и культура / Культура

 

В октябре на территории Изборской крепости в Псковской области прошло вручение премии «Хранители наследия-2011», учрежденной Всероссийским обществом охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). На церемонию в древний Изборск съехались ревнители старины и защитники культурного наследия со всей страны — реставраторы, историки, археологи, работники музеев. Главным критерием, который учитывался при выдвижении номинантов, стал личный вклад в сохранение историко-культурного наследия России. В этом году лауреатом в номинации «Возвращение» стал швейцарский финансист Кристофер Муравьев-Апостол, который почти двадцать лет занимается реставрацией московской усадьбы, где жили его предки-декабристы. О том, как можно сохранить историческую правду в российской действительности, он рассказал «Итогам».

— Кристофер, не секрет, что вы родились и выросли за границей. Когда пришло понимание того, что вы не просто русский, а еще и представитель известной дворянской фамилии?

— Я родился в Бразилии, но всегда знал, что наш род из России и что среди наших предков были декабристы, люди героического и романтического склада. Когда я первый раз приехал на родину моих предков, хотелось больше узнать о своих семейных корнях, и я был удивлен, что моя фамилия много говорит русским, что люди здесь так уважают историю своей страны. Из-за того, что в нашем роду дети появлялись поздно, меня отделяют от декабристов всего три поколения. Мой отец родился в 1913 году в Канне, учился в Швейцарии, поступил на работу в ООН, был командирован в Бразилию для работы с беженцами. Именно там он познакомился с мамой, там родился и я, так что мой родной язык — португальский. И любовь к России мне передали мои родители. К тому же мне повезло, моя жена тоже очень любит эту страну, у нее есть русские корни: одним из ее предков был Остерман-Толстой.

— Как ваша семья оказалась в Швейцарии?

— Дело в том, что мои дед и бабушка — англофилы, приезжали в швейцарские горы зимой. До революции это было в моде у англичан. Бабушке достался от отца, украинского сахарного магната Терещенко, дом в Канне. Затем у них закончились средства, содержать особняк стало не на что, они его продали и уехали в Швейцарию. Купили дом на берегу Женевского озера — мы до сих пор живем в этом месте.

— Тогда как вас занесло в Москву и почему вы решили восстановить усадьбу предков?

— В 1991 году по приглашению Фонда культуры, возглавляемого тогда академиком Дмитрием Лихачевым, и при участии Раисы Горбачевой, я приехал в Москву со своим отцом и дядей. Наше мнение было единодушным: «Россия до революции и сегодня — это одна страна, и наступило время вернуть те ценности, которые так важны для истории». Мы передали семейные реликвии, хранившиеся до этого у нас, а Фонд культуры предложил нам путешествие по местам, связанным с нашей семьей. Когда увидели печальное состояние дома предков, то решили восстановить его своими силами. Кроме московской усадьбы мы впервые попали и в усадьбу Хомутец на Украине. Раньше там располагался какой-то НИИ, а теперь здание быстро разрушается. Восстановление этой усадьбы — уже следующий этап.

— Это же совсем некоммерческий проект, чистая благотворительность... Зачем вам это?

— Приехав в первый раз, я подумал, что, может быть, больше сюда не вернусь. Но почувствовал, что здесь мои корни, что это моя страна и что мне опять нужно сюда. А идея восстановить свой дом появилась позднее. В первый мой приезд дом в Москве числился филиалом Государственного исторического музея, Музеем декабристов, но уже был закрыт для посетителей, так как находился в аварийном состоянии. Когда стало ясно, что музей закрывается окончательно и здание гибнет, я решил что-то сделать. Это ведь уникальная возможность — спасти дом предков. Были ли тогда деньги, разумно это или неразумно — все оказалось не важным. Когда от здания отказался Государственный исторический музей, появилось много желающих заполучить его и устроить здесь, например, казино. Но нам помогли получить усадьбу для восстановления, когда удостоверились, что мы не собираемся превращать здание в офис, а хотим отреставрировать старинную усадьбу и опять открыть ее для посещения, чтобы она стала неотъемлемой частью культурной жизни Москвы. И когда мы смогли убедить в этом московские власти, нам дали этот дом в аренду на 25 лет с правом пролонгации.

— Реставрационные работы, проведенные на уникальном московском особняке, названы ярким примером комплексной научной реставрации. Скажите, какие трудности вам пришлось преодолевать, чтобы сохранить историческую правду?

— При реставрации стен и крыши нам пришлось заменить до 80 деревянных конструкций. Пораженные грибком и гнилью бревна заменили на новые, утеплили, как и раньше, паклей. Все делается с использованием старых технологий, если надо, воссоздается по сохранившимся образцам, как, например, лепнина. Или вот посмотрите на эти двери, они подлинные, и когда к ним прикасаешься, то понимаешь, что люди пользовались ими больше двухсот лет. Существуют два важных аспекта, о которых следует помнить при реставрации: сохранение исторической среды и сохранение духа памятника. При реставрации усадьбы мы постарались учитывать именно эти две вещи. Что касается исторического духа, то о его присутствии в доме Муравьевых-Апостолов говорят постоянно все, кто сюда приходит.

— Использовали ли вы старинные технологии?

— Не будем забывать, что в России в отличие от Европы широко использовалось дерево — материал не слишком долговечный. Идеальным решением было бы использование старых материалов, но, к сожалению, в России не существует вторичного рынка. При разборке старых сооружений даже то, что можно было бы использовать вторично, уничтожается. Мы в своей практике старались подбирать материалы, подобные тем, что применяли когда-то строители дома, в частности дерево. Сгнившие деревянные перекрытия заменили новыми, но тоже деревянными, по той же технологии. Известковую обмазку нижнего этажа делали по старинным рецептам, без добавок. И еще одна важная деталь, мы сумели восстановить подлинные пропорции дворового фасада, убрав наросший за более чем два века слой земли. К сожалению, красивый уличный фасад утонул в асфальте, полностью его раскрыть нельзя.

— Что здесь планируется после реставрации?

— В доме три уровня: цокольный этаж с кирпичными сводами, где будут выставочные залы, главный этаж с парадной анфиладой комнат — там разместится постоянная экспозиция музея и будут проходить временные выставки, и антресольный этаж, который будет жилым. Кроме экспозиции семьи Муравьевых-Апостолов с мемориальными вещами и документами мы надеемся получать для показа вещи из коллекции Исторического музея и из частных коллекций потомков декабристов — здесь будет коллекция декабристских реликвий. Но это не станет таким музеем, куда люди пришли один раз, посмотрели и решили, что им этого хватит на всю жизнь. Это живая усадьба, где меняются выставки, проходят концерты, организуются встречи. Есть идея придумать что-то для детей. Хочется, чтобы дом жил. Мы хотим участвовать в культурной жизни Москвы, России и других стран и уже провели немало мероприятий, и люди, которые сюда приезжали, захотели сделать нечто подобное. Дом вновь становится красивым, он уже живет — и я рад этому.

Дмитрий Сурин

 

Цифровая ничья / Искусство и культура / Книга

 

Что мы слышали краем уха об электронном книгоиздании? Во-первых, то, что всеобщая цифровизация книжной продукции — дело очень отдаленного будущего. А во-вторых, что главный враг электронного книгоиздания — пираты. Как часто случается, оба эти стереотипа являются на поверку мифами.

Электронные книги сегодня всерьез конкурируют с бумажными. Так, по данным издательства Simon & Schuster, в США их доля на рынке в 2011 году уже составила 20 процентов. В Европе, где относительные показатели пока существенно ниже, за нынешний год продажи электронных книг возросли в три раза и, к примеру, в Германии (одна из самых читающих стран мира) составили около 2 000 000 экземпляров. Не случайно газета The New York Times, еженедельный рейтинг книжных бестселлеров которой считается в англоязычном мире наиболее авторитетным, запустила в этом году специальный подраздел своего чарта, посвященный электронным книгам.

Тема пиратства и борьбы с ним тоже, по большому счету, ушла с повестки дня. Лобовые атаки правообладателей на электронных «нелегалов» чаще всего не просто оказываются неэффективными, но и приводят к обратному результату, увеличивая популярность пиратских сайтов. Именно так завершилась недавняя попытка российского издательства «Эксмо» взять на абордаж международный пиратский сервер «Флибуста». Официальный представитель «флибустьеров», укрывшийся за псевдонимом Jolly Roger (Веселый Роджер), не скрывая злорадства, сообщил, что благодаря усилиям «Эксмо», громко распиаренным в прессе, количество посетителей, регистрирующихся на их сайте, увеличилось в полтора раза.

Репрессивные методы сегодня не работают, и на их место приходят другие — дружественные. Четче других эту идею сформулировал Гейб Ньюэлл, основатель компании Valve, занимающейся дистрибуцией различного цифрового контента. «Пиратство — это не вопрос цены. Это вопрос сервиса, — убежден бизнесмен. — Самый простой способ остановить пиратство — это вовсе не антипиратские технологии, а сервис, который будет лучше, чем у пиратов». Нужно сказать, что сервисы эти сегодня развиваются с небывалой скоростью.

О дивный новый мир

Именно эта цитата из Шекспира звучала своеобразным рефреном на всех семинарах и круглых столах Франкфуртской книжной ярмарки, посвященных цифровым технологиям в книгоиздании. В самом деле, инновации в этой сфере переворачивают саму концепцию чтения и литературы как таковой.

«Для того чтобы выжить в цифровом мультимедийном мире, книга должна перестать быть просто текстом, — говорит Михаэль Кирхнер, менеджер проекта Hot Spots, объединившего в рамках книжной ярмарки все события в инновационной сфере. — Современная электронная книга — объемный продукт, в котором традиционный текст представляет собой лишь одно из возможных измерений».

Наблюдать, как этот тезис реализуется на практике, сегодня можно во множестве различных направлений. Огромные изменения происходят в сфере электронных путеводителей. Текст, дополненный красочными иллюстрациями и удобными картами, — это уже вчерашний день. В итальянской компании Applix убеждены, что современный путеводитель должен давать человеку возможность совершить виртуальную экскурсию по интересующему его месту прежде, чем он отправится туда в реале. И созданные компанией продукты (назвать их просто книгами не повернется язык) в полной мере соответствуют этой сверхзадаче. Так, путеводитель по Милану позволит пользователю в самом деле пройтись по церкви Санта-Мария делле Грацие, посмотреть на знаменитую «Тайную вечерю» Леонардо под разными углами и с разных расстояний, прослушать (или прочитать) объяснения гида, а после познакомиться с искусствоведческими интерпретациями картины. Держа в руках айпэд или другой планшетник, «читатель» фактически оказывается внутри описываемого места и может легко переключаться между различными режимами — читать, смотреть, слушать или сочетать все три занятия одновременно.

В отличие от бумажной книги электронную нельзя подарить, полистать в магазине, полюбоваться обложкой — ведь у нее нет осязаемой оболочки. Этот недостаток хорошо знаком и тем, для кого книга по-прежнему остается лучшим подарком, и тем, кто по старинке предпочитает выбирать книгу на полке любимого книжного магазинчика, а не в стерильном пространстве Интернета. Однако в компании eBookCards уже придумали элегантный способ наделить электронную книгу «плотью». Продукция этой фирмы выглядит как упакованная в целлофан складная открытка: ее «лицо» представляет собой обложку книги, а на обратной стороне можно прочесть аннотацию или отзывы критиков — точь-в-точь, как на обычной бумажной книге. Однако, купив и распечатав эту «книжку-открытку», внутри читатель найдет QR-код, сфотографировав который на свой смартфон, получит возможность немедленно скачать выбранную книгу в удобном формате. Для тех же, кто предпочитает читать с электронных ридеров или планшетных компьютеров, а не с телефонов, в открытке найдется и прямая ссылка на нужную книгу. К тому же ее можно подарить или отправить по почте.

Даже такая, казалось бы, консервативная область, как художественная литература, — и та трансформируется под влиянием новых технологий. В России пионером этого направления стал Борис Акунин. Устав наблюдать, как его романы бесплатно скачиваются с пиратских серверов, он придумал новую маркетинговую стратегию. «Просто текст уже давно украли, за него никто платить не будет, — говорит писатель. — Поэтому для электронных версий своих книг я стараюсь придумывать фишки, которые невозможны в книге бумажной. Это и интерактивные элементы, и ссылки на внешние ресурсы, и анимация, и многое другое». Этот тренд динамично развивается во всем мире: создатели электронных книг соревнуются в изобретательности, стараясь насытить любой роман или сборник рассказов максимальным количеством дополнительной информации — начиная от интерактивных путеводителей по эпохе (если, допустим, речь идет об историческом жанре), умело инкорпорированных в текст, и заканчивая иллюстрированной биографией автора.

Веселые картинки

Новый, появившийся лишь в этом году формат цифровых изданий EPUB3 вместе с глобальным распространением планшетных компьютеров позволил совершить прорыв даже в той сфере, где, казалось бы, позиции бумажных издателей были сильны, как нигде, — в иллюстрированных изданиях.

Сегодня электронные малышовые книжки с картинками вполне могут конкурировать с бумажными двойниками — это доказала немецко-американская компания zuuka. Благодаря ее усилиям обычная иллюстрированная книга про приключения маленькой собачки, рассчитанная на двухлеток, на экране айпэда превращается в нечто невообразимое. Герои начинают двигаться и разговаривать, книга сама себя «рассказывает» (впрочем, если маме нравится читать ребенку вслух, эту опцию можно отключить), страницы перелистываются с очень натуральным звуком, а при небрежном обращении уголок странички вполне можно оторвать… Но и это не все: к книжке прилагается раскраска, в которой маленький читатель может при помощи виртуальных фломастеров раскрасить страницу книжки по своему вкусу. Если же результат покажется юному художнику достойным внимания старших, то получившуюся картинку можно распечатать или в электронном виде отправить по почте бабушке.

Не менее удивительны и те изменения, которые происходят в сфере комиксов. В американской компании comiXology поняли, что комиксы выходят и продаются не везде, однако ценители этого жанра встречаются повсеместно. Созданная комиксологами технологическая платформа позволяет за считаные минуты превратить любой бумажный комикс в электронную книгу без потери качества, так что теперь фанаты графических романов из любой точки мира могут наслаждаться новинками в цифровом виде едва ли не быстрее, чем покупатели бумажных версий. Любопытный факт: по данным comiXology, почти 15 процентов легальных скачиваний электронных комиксов с их сайта приходится на Россию — страну, где, как принято считать, культура комикса полностью отсутствует.

Разумеется, столь масштабные технологические изменения неизбежно повлекут за собой изменения в сознании. Мы только-только привыкли к мысли, что книга не обязана быть бумажной, а нам уже предлагают адаптироваться к совершенно новым реалиям чтения, которое и чтением-то не всегда назовешь. Впрочем, в свое время появление прошитой книги в переплете, сменившей традиционную книгу-свиток, тоже наделало немало шума и казалось немыслимой и сложной технологической новацией. Психика пластична, не пройдет и двух лет, как самые дерзкие технологические прорывы сегодняшнего дня будут казаться нам чем-то обыденным и очевидным.

Словом, нравится нам это или нет, но эра электронной книги уже наступила. Благодаря новым технологиям и новым каналам коммуникаций впервые за многие годы литература имеет шанс стать элементом массовой культуры. А это значит, что ей придется волей-неволей слезть с пьедестала, перестать ссылаться на свою исключительность и высокую миссию и вступить в честную конкуренцию за умы с другими формами искусства и развлечений. Выстоит ли обновленная книга в этой борьбе, не растворится ли в новой медийной среде, сохранит ли свое особое, неповторимое лицо?.. Сказать трудно, но пока кажется, что шансы есть.

Галина Юзефович

ли­те­ра­тур­ный кри­тик

 

Вечный джем / Искусство и культура / Искусство

 

Игорь Бутман — визитная карточка российского джаза. Его прежний Le Club, а теперь «Клуб Игоря Бутмана» стали для поклонников настоящим окном в джазовую вселенную. У нас его стараниями перебывали все джазовые знаменитости. Вот только одна задача — выход российских джазменов в верхние строчки мировой табели о рангах — пока не решена. Игорю 50 лет, и он считает, что такой прорыв — дело ближайшего будущего. Об этом он рассказал корреспонденту «Итогов».

— 50 лет для джазмена не срок. Но вы часто жалуетесь, что мало сделали. Почему?

— Я себя сравниваю с людьми моего возраста и вижу разницу. Допустим, Уинтон Марсалис имеет 9 «Грэмми» и Пулитцеровскую премию. А у меня только Госпремия и номинации «Музыкант года», «Еврей года» (улыбается)...

— Хотели бы получить «Грэмми»?

— Конечно, и не одну. Стремлюсь к этому. И записать такой же легендарный альбом, как Kind Of Blue Майлза Дэвиса. По-моему, мои мечты вполне осуществимы. Но пока не сбылись.

— Что мешает остальным русским джазменам попасть в мировую лигу?

— Это вообще непросто. Есть сложившееся мнение: джаз хорошо играют американцы, причем в первую очередь афроамериканцы. В США блестящая джазовая школа. Американские звезды колоссально раскручены. Сегодня надо очень потрудиться, чтобы взойти на вершину, или надо поиграть с какими-нибудь замечательными американскими музыкантами, чтобы получить авторитет.

— Вы же играли.

— В какой-то момент итальянцы и французы привлекали меня больше. А надо было сразу играть с американцами. Но потом я записал пластинку с Гровером Вашингтонгом на Columbia Records, исполняя более традиционный джаз. По просьбе президента CR я прислал свою демокассету. Это был фьюжн, а не прямой джаз, не би-боп. Он послушал-послушал и… не оценил. Может быть, надо было играть стандарты. А вообще любим мы погоревать, поплакаться. А все не так плохо на самом деле. Прекрасно себя чувствуют в Нью-Йорке Саша Сипягин, Борис Козлов. Валерий Пономарев в какие-то годы блистал. Мы все время прогрессируем, и уже не все и не всегда готовы выходить с нами на одну площадку. Еще 2—3 года — и успех будет нереальный, плотина прорвется. В любом случае последнее слово за публикой. Ее не обманешь.

— Le Club считался модным местом в Москве. Почему он закрылся?

— Владельцы клуба хотели зарабатывать больше денег. Они думали, что это получится, если люди будут приходить не джаз слушать, а пить пиво и смотреть футбол. Потом пожалели, приглашали снова.

— Неужели при вас клуб не приносил настоящей прибыли?

— Если приезжали малоизвестные музыканты, народа не было. Если знаменитости — полный аншлаг. Но хорошие музыканты стоят дорого. Допустим, Кенни Гаррет соберет большую кассу, но сам ее и заберет. К тому же он капризный товарищ: «Буду играть сегодня», «Не буду играть…» В итоге после колоссальных усилий мы зарабатывали 700 долларов.

— Почему советский миф о том, что джаз — музыка толстых, стал былью у нас, а не в Америке? Ведь многие приходят в клуб поесть и «порешать вопросы»…

— Вот я никогда не мог понять смысла этой фразы — «музыка толстых». Сытых? Людей, которые зажрались? Или просто полных? Да, у нас люди болтают, когда играет музыка. Но дело не в истеблишменте, а в невоспитанности. В Америке в том же Blue Note вам скажут: «Пожалуйста, не разговаривайте во время исполнения». Но если поставить старые пластинки Чарли Паркера, вы услышите там и звон стаканов, и разговоры. Сейчас все культурнее, но — не у нас. Хотя в новом клубе я стараюсь поддерживать нужную атмосферу.

— Игорь, признайтесь, джазмены — состоятельные люди?

— Как правило, нет. Потому что мейджорам надо продавать миллионы дисков, а джазовые музыканты так не могут. Продаются тысячи плюс 60—100 дисков на концертах. Есть законы музыкального рынка, которые не отменить. Так что я не жалуюсь.

— В фильме «Стиляги» вы исполнили саксофонную партию. Вам близка вся эта атмосфера?

— Я сам не застал того времени. Мой папа был стилягой. Он носил брюки-дудочки, играл «Караван» — Айвазяна, а не Эллингтона — и, конечно, очень любил джаз. А за это гоняли. Один музыкальный педагог ему чуть руки не отбил, когда узнал. Крышкой рояля.

— У вас в 80-е уже не было таких проблем?

— Однажды меня поцеловала Перл Бейли, черная певица, бродвейская звезда. После этого на меня обратили внимание. В кавычках.

— И что вам вменялось в вину?

— Что я уронил комсомольскую честь. Директор музучилища подошел: «Игорь, не откажи, с тобой хотят встретиться из комитета». Сидели, беседовали о том, почему я записываюсь с «Аквариумом» и хожу в американское посольство. «Кого вы там слышали, а кого вы там видели?» — «Музыку слушал и пил джин-тоник. Если не пробовали — попробуйте, очень вкусно». И вдруг: «Игорь, а почему вы позволили себя целовать?» Я говорю: «Ну поймите, это же шутка. Часть шоу. Мне что, отбиваться от девушки? Я подыграл ей, и все». Хотели меня вербануть. Оставили свой телефон на случай, если «увижу что-нибудь подозрительное и захочу сообщить».

— Не звонили?

— Один раз мне срочно понадобились билеты на поезд в Москву на 1 мая, а в кассе все было распродано... И больше никогда!

— Когда-то Билл Клинтон назвал вас лучшим тенор-саксофонистом…

— Он часто это говорит. (Улыбается.) Однажды у Никиты Михалкова праздновали Госпремию за «Сибирского цирюльника». Я там был. Приехал Владимир Путин и сказал мне, что Билл Клинтон ему все уши прожужжал о том, что я лучший в мире саксофонист.

— Вы дружите до их пор?

— Да. Мы переписываемся. На празднование его 60-летия меня попросили приехать — хотели сделать ему сюрприз. Позвонили из его офиса 25 октября. «Можете ли вы 28-го выступить, мистер Бутман?» А 27-го у меня у самого день рождения, куча гостей. Можно вылететь 28-го, но в этот день я играю в Калуге в честь закладки камня завода «Фольксваген».

— И вы снова… позвонили?

— Признаюсь, мне подсказали: у ребят из Альфа-Банка вроде бы есть вертолет. Они вошли в положение. Звоню в Америку и говорю: «Гонорар не нужен: это ведь подарок Биллу. Но хорошо бы оплатить билет на самолет в бизнес-классе: мне нужно выспаться». — «Все будет, Игорь». Прилетаем, я помыл голову в туалете, переоделся на ходу — и вбегаю на сцену с саксофоном. Клинтон меня увидел, у него слезы.

— Сколько стоил входной билет на это мероприятие?

— 100 тысяч долларов. Там еще был большой аукцион. Два неизвестных мне человека бились за поездку с Биллом Клинтоном на самолете в Африку к больным детям. Никто не уступил. В итоге эти 1 миллион 200 тысяч долларов пошли в фонд помощи голодающим детям Африки.

— Почему вы решили вступить в «Единую Россию»? Разве художник и власть не должны ходить разными путями?

— Не вижу в этом ничего предосудительного. А если заглянуть в историю, то уж кто-кто, а музыканты всегда жили бок о бок с властью.

— Но придворные музыканты участвовали не в политической, а в светской жизни.

— Сейчас все перемешалось! Понимаете, у всех какие-то проблемы, у музыкантов в том числе. Проще помогать коллегам, используя партийные ресурсы.

— У вас жена, трое детей. Но расхожий образ музыканта — кошка, гуляющая сама по себе. Это не про вас?

— Семья — высшая ценность, но мир с самим собой тоже важен. Если я не буду выступать, семье будет плохо со мной, потому что мне будет плохо. А так все довольны.

Евгений Белжеларский

 

Тинтин и Сахарин / Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

 

Комикс бельгийского художника Эрже про похожего на подростка репортера Тинтина и его верного умницу-фокстерьера Снежка одинаково неизвестен ни у нас, ни в Америке. Сам Спилберг узнал о нем, когда прочел в одной из рецензий, что его Индиана Джонс полностью слизан с какого-то Тинтина. Как автор, не нуждающийся в чужих фантазиях, он удивился обвинению в плагиате. Как хороший бизнесмен — быстро ознакомился с комиксом и даже успел получить благословение Эрже на экранизацию.

Все это случилось еще в начале 80-х годов. Тогда Спилберг попытался нащупать способ переноса на экран рисованных приключений вечно юного следопыта, постоянно влипающего в истории. Но не отважился надеть смешные костюмы на актеров и создать параллельную вселенную Тинтина из студийных декораций, каскадерских трюков и комбинированных съемок. Для реализации замысла подошла только технология ХХI века mocap  — захват движения, когда матрицей для анимированного персонажа служит настоящий актер, облепленный датчиками, которые фиксируют его мимику и жесты. Спилберг долго к ней присматривался и решился использовать только в компании уже знакомого с нею на практике Питера Джексона, который стал сопродюсером фильма и будущим режиссером его второй части. Не обошлось, конечно, и без Энди Серкиса, которого можно считать главным актером этой технологии — он уже был и Голлумом во «Властелине колец», и Кинг-Конгом у Джексона. Здесь он сыграл или, точнее, подыграл компаньону Тинтина по приключениям капитану Хэддоку, алкашу с амнезией и настоящему морскому волку.

Репортер из отдела расследований Тинтин (Джейми Белл) покупает на уличной ярмарке модель старинного корабля. Его тут же предупреждают, что лучше бы от нее избавиться. А какой-то наглый дядька, впоследствии оказавшийся международным преступником Иван Иванычем Сахарином (Дэниел Крейг), хочет перекупить вещицу. Но Тинтин  — парень-кремень, поэтому несет покупку домой. Атмосфера тайны тут же начинает сгущаться: незнакомец, пытавшийся что-то рассказать Тинтину, расстрелян на пороге, кораблик похищен, бумажка-шифровка, вывалившаяся из кораблика, тоже похищена, да и сам Тинтин силой отвезен на настоящий корабль. Пока капитан корабля Хэддок беспробудно пьет, подручные Сахарина пытаются выбить из Тинтина утраченную шифровку. Дальше будут головокружительные события на суше и на море, в небе, в песках пустыни и в стилизованном марокканском городе. Гонки на мотоцикле за дрессированным соколом, морской бой с пиратами в разгар страшного шторма, драка на подъемных кранах. И все это из-за координат места, где несколько веков хранится сокровище.

Картина получилась странная. Технически она безупречна. Стиль изображения сочетает в себе фотореализм, воспроизводящий отблеск фонарей на мокром асфальте, с абсолютной искусственностью облика персонажей комикса, которые ничем не похожи на сыгравших их актеров. Но вся эта бодрая приключенческая кутерьма оставляет впечатление занудства. Виной тому дотошное следование рисункам Эрже. Явно мультяшные персонажи не вызывают сопереживания. Особенно главный герой  — рядом с ним даже Смешарики покажутся существами с развитой психологией. Это просто функции продвижения сюжета от начала к финалу. Что совсем не похоже на того же Индиану Джонса. В итоге собачка, не сказавшая ни слова, переигрывает по всем статьям своего хозяина.

Ирина Любарская

 

Написано собственноручно / Искусство и культура / Художественный дневник / Книга

 

В этом году Довлатову исполнилось бы 70 лет, и материалы о нем появляются как грибы после дождя. Но высокий градус интереса вызван не только этим.

Довлатов — вероятно, самый спорный из писателей конца советской эпохи. А также самый скандальный. Напечатанная несколько лет назад переписка между Довлатовым и его издателем Игорем Ефимовым вызвала судебный процесс и грандиозный скандал. И если поводом для иска со стороны родственников писателя стали вопросы авторского права, то шум вокруг подробностей последних лет жизни Довлатова в Америке имел мало общего с проблемой пиратства.

Тут дело в другом. Довлатов  — символ литературной эмиграции. Как всякий символ он должен быть безупречен. И то, что после отъезда писатель по существу не был понят и принят этой самой эмиграцией, — вопрос больной и не слишком афишируемый. Ирония ситуации в том, что там он был обречен на такую же газетную поденщину и полубезвестность, что и тут. Мало того. После перестройки акции Довлатова в СССР стремительно пошли вверх. Есть мнение, что он всерьез рассматривал вопрос о возвращении. Но в результате отмеченного многими внутреннего надлома так и не успел ничего сделать…

Валерий Попов, питерский прозаик и довлатовский приятель, составивший его биографию для ЖЗЛ, утверждал, что при жизни Довлатова можно было посылать за пивом, а после смерти он ужасно обнаглел. Это о популярности. Белая зависть, так сказать. Кстати, книга Попова также вызвала скандал и вышла без единой фотографии писателя.

На этом фоне сборник «Иная жизнь» выглядит вполне невинным изданием. Это так называемый третий круг довлатовского творчества, самые его истоки. То есть тот самый сор, из которого выросла затем большая литература. А именно ранние, малоизвестные вещи, часть из которых не публиковалась нигде, кроме советской периодики. Именно по этим рассказам легко проследить, как Довлатов делал первые шаги.

Известно, что, будучи журналистом, он отдал дань журналистской прозе, из которой состоит, скажем, знаменитый «Компромисс». Литературное освоение журналистских будней мы находим и в самых ранних пробах пера, например в рассказе «Интервью». Поистине феерическая вещь. Почти бурлеск. Корреспондент заводской малотиражки берет интервью у ударника производства. Начинается беседа как тошнотворный официоз и канцелярщина, а по ходу дела превращается в глубокомысленный, почти платоновский диалог. Выходит, в среде советских пролетариев тоже рождались свои Платоны Каратаевы. Новелла «По собственному желанию» радует ироническим взглядом на постшестидесятническую романтику. Некто Борис Сорокин увольняется с завода, чтобы ехать «за туманом и за запахом тайги», в геологоразведку или в загранку. Но, погуляв, раздумывает и возвращается в родной цех. И непонятно, что это — нравоучительная заказуха или фирменный довлатовский кромешный юмор. Но знаменитый «анекдотический реализм» писателя уже в действии.

В общем, перед нами самые азы довлатовского творчества. Литературный бутлег. Истинные поклонники должны высоко оценить сборник. Ну а что касается людей более спокойных и взвешенных… Тут уж всякий имеет свое мнение и о книжке, и вообще о писателе. Для одних довлатовская проза только образец искрометного журналистского стиля. Для других — продолжение пушкинской линии в русской классике. Для знаменитых Вайля и Гениса, например, автор «Компромисcа» и «Зоны» — «трубадур отточенной банальности».

У каждого свой Довлатов. Одно бесспорно: растаскивать его на цитаты и скандалить из-за его персоны будут еще очень долго. О большем признании вряд ли можно мечтать.

Евгений Белжеларский

 

В шаге от счастья / Искусство и культура / Художественный дневник / Опера

 

Внешних данных премьеры было достаточно, чтобы бросить все дела и прийти в «Геликон»: впервые в России дождалась сцены ранняя опера Рихарда Вагнера «Запрет на любовь», написанная композитором на собственное либретто по мотивам пьесы Шекспира «Мера за меру». Певец немецкой духовности, уже посмертно превращенный в идола расового превосходства, российскому зрителю больше знаком по громким премьерам Мариинского театра. Здесь же обещали Вагнера молодого, зеленого и недолюбливавшего все немецкое в сравнении с итальянским — как и полагается молодому композитору.

Поскольку «Геликон» по-прежнему живет во временном пристанище офисной вышки на Новом Арбате, спектакль, отнюдь не камерный, пришлось собрать в кучу. Режиссера-постановщика Дмитрия Бертмана и сценографа Хортмута Шоргхофера нужда заставила городить крутую гору, где по склону плотно уместился хор, а солистам достались рампа и верх декораций.

Сюжет у оперы куртуазный, если не сказать опереточный: закомплексованный немец Фридрих (достоверный долговязый Алексей Дедов), присланный Королем навести порядок на любвеобильной Сицилии, запрещает крутить романы под страхом смертной казни. Но, на радость сицилийцам, сам поддается чарам умницы Изабеллы (голосистая Карина Флорес), посрамив собственные указы. В итоге толпа празднует счастливое избавление от глупости, все нашли свою пару и теперь счастливы и довольны. Новинка адекватна формату «Геликона», с которым он почти двадцать лет назад вышел к публике — четко препарированная дирижером Владимиром Понькиным партитура не бог весть каких достоинств, но оригинальное название и в итоге яркий нескучный спектакль.

Однако Бертман не напрасно прятал премьеру от фотографов. В либретто вкраплено существенное замечание: сицилийцы ждут окончания строительства Дворца счастья. И он, этот дворец, в полуфабрикате красуется на сцене — с пустыми рамами, гуляющим фасадом, кучками кирпича и даже бытовкой с чумазым работягой, по ходу дела жующим «Доширак». Не надо быть большим прозорливцем, чтобы рассмотреть в этом краснокирпичном здании копию родного дома «Геликон-оперы» на Большой Никитской. Того самого дома, что стал вдруг спорной территорией в лакомом центре Москвы, право на который «Геликон» долго отстаивал в судах и только что отстоял. Так вот, премьера, что вынашивалась в столь нервное время, и вышла соответствующей. Нет никаких обстрелов прямой наводкой: досталось не конкретным лицам и организациям, а некоему бессмысленному чудищу по имени Глупость, денно и нощно портящему нам жизнь. В целом получилась не месть художника (кстати говоря, благодарный жанр) и даже не интеллигентский кукиш в кармане, крутить который мы никак не разучимся. Премьерный спектакль — осененная именем Вагнера и шумом оперной толпы двухактная реприза, на дне которой усталость, грусть и надежда на лучшее завтра. Отдайте уж театру театрово.

Лейла Гучмазова

 

Тот, да не тот / Искусство и культура / Художественный дневник / Театр

 

В этом спектакле много очень остроумных сцен. Но есть пустоты. В этом спектакле очень яркое, даже яростное оформление. Но иногда оно кажется назойливым и неуклюжим. В этом спектакле замечательно играют артисты. Все. Особенно главные герои. Но порой они чуть-чуть прямолинейнее, чем бывали в иных постановках МТЮЗа.

Сюжет, сочиненный Александром Володиным, хорошо знаком публике, потому что кто-то видел фильм с Натальей Гундаревой, а кто-то помнит в этой роли Алису Фрейндлих и Татьяну Доронину. Вообще постановок много, чаще музыкальных. И во всех, как правило, автор оказывается местами грубоват. А был он тонким, нежным, с какой-то застенчивой иронией. Есть у него такие стихи: «Правда почему-то потом торжествует. / Почему-то торжествует. / Почему-то потом. / Почему-то торжествует правда. / Правда, потом. / Но обязательно торжествует. / Людям она почему-то нужна. / Хотя бы потом. / Но почему-то обязательно».

Эти строки посвящены Зиновию Гердту, но могли бы вполне называться «Тот самый Дон Кихот» и, по-моему, очень точно передают смысл, ритм и настроение рассказа Володина о Дульсинее Тобосской.

Виктор Крамер, поставивший «Ту самую Дульсинею» в МТЮЗе, определил жанр представления так — «Испанские стоны и вздохи в двух актах». Согласитесь, что это несколько иная музыка, но, как говорится, надо судить художника по его законам... Когда они есть. А у Крамера и его художника Максима Исаева они есть. И артисты их приняли. Этот режиссер известен приверженностью фарсу и шоу (самое знаменитое — SnowShow Полунина). И здесь есть блистательные номера. Взять хотя бы трогательнейшую сцену Альдонсы (Наталья Мотева) и мальчика Матео (Никита Анашкин) в доме свиданий. Да и вообще весь этот эпизод на улице красных фонарей с прЭлестными девушками во главе с хозяйкой (Оксана Лагутина) изящно, остроумно и пластически безупречно (Валерий Архипов) демонстрирует возможности игры на грани фола. Она весьма точно иллюстрирует стремление Крамера проявить сегодняшний механизм преображения сокровенного в попсовое: «Благородный Дон Кихот, каким мы привыкли воспринимать этот образ, давно превратился в расхожий товар, в медийный продукт, так же как его верный слуга Санчо Панса и прекрасная Дульсинея. Сегодня превращение всего и вся в кумиры — актуальная и живая тема». С этим не поспоришь. Но чтобы самим не превратиться в ту же самую попсу, важно было вытягивать с подлинной силой мотивы лирические, которыми дышит почва Володина.

Эту нагрузку несут в спектакле трое — Наталья Мотева (Альдонса, которую покойный Дон Кихот называл Дульсинеей), Павел Поймалов (Санчо Панса, если вам что-нибудь говорит это имя) и Андрей Финягин (Луис, похожий на покойного Дон Кихота). Именно так охарактеризованы эти персонажи в программке. К слову, там же добавлено, что «в спектакле не участвуют: конь Росинант и осел Серый». У каждого из них есть свои мгновения истинно володинской тишины. У меня защемило в груди, когда тощий седой ветеран боев с ветряными мельницами (медалька-то блестит на помочах, держащих спадающие штаны) и простоволосая грубоватая крестьянка нежно разворачивают письмо, адресованное той самой Дульсинее. Два человека, не умеющих читать, бережно поглаживают его, пытаясь определить, где обращение, а где подпись.

В увертюре к спектаклю заявляются два его лейтмотива. Где-то на верхотуре блестят и вращаются две фигуры в бойком ритме. Шоу начинается. А внизу на просцениуме та, что окажется Альдонсой, медленно растягивает мехи гармошки, которая изнывающе тоскует. Эта тоска порой и потом звучит. Но почему-то только порой. Порой звучит, но почему-то не торжествует.

Мария Седых

 

«Итоги» представляют / Искусство и культура / Художественный дневник / "Итоги" представляют

 

Сладкая парочка

«Тартюф» господина де Мольера никогда не теряет актуальности. Комедия, когда-то так больно задевшая Людовика, во всякие времена обязательно попадает в яблочко, потому что пороки, над которыми потешается французский классик, человечеству изжить не удается. Потому постановка Павла Сафонова в Театре на Малой Бронной тоже кое-кого заденет. А аншлаг обеспечит не только бессмертный герой пьесы, но и исполнитель главной роли. На нее приглашен Виктор Сухоруков. Ансамбль артистов театра украсит и Агриппина Стеклова («Сатирикон»), только что удостоенная Премии Станиславского. 5, 6, 18 и 25 ноября.

Стричь, брить и петь

Знаменитый Альберто Дзедда дирижирует «Севильским цирюльником» в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко 4 и 6 ноября. Итальянский маэстро котируется в мире как «великий Дзедда» и «россиниевский оракул», его трактовки оперы бельканто близки к эталону. Авторитет Дзедды столь безупречен, что он уже много лет не только дирижирует, но и работает арт-директором Россиниевского фестиваля в Пезаро.

Леди Джаз

1 ноября в Московском международном Доме музыки выступит японская джазовая пианистка Кейко Мацуи. Знаменитая джаз-леди исполнит номера из своего нового альбома The Road и золотые хиты. Поклонники Кейко Мацуи и просто меломаны смогут проследить влияние на стилистику пианистки наследия Сергея Рахманинова, Нино Рота и Стиви Уандера. По-настоящему мир узнал об этой джазовой звезде в восьмидесятые. А 12 лет назад на церемонии Oasis Awards Кейко получила звание лучшей джазовой артистки года. Все это время ее неповторимая манера продолжает служить образцом джазового исполнительства.

Гонки с преследованием

«Драйв» датчанина Николаса Рефна — это экранизация романа Джеймса Саллиса, который у нас сначала перевели как «Гони!», но к выходу фильма, отмеченного в Канне призом за режиссуру, переиздали под названием «Драйв». Главный герой (Райан Гослинг) много работает: днем он каскадер и автомеханик, а ночью становится таксистом у бандитов. Он не задумывается о моральной стороне дела, пока однажды ночные партнеры и роковая женщина (Кэри Маллиган) не превращают его жизнь в сплошную гонку. В прокате с 3 ноября.

 

Ужасен наш союз / Искусство и культура / Художественный дневник / Что в итоге

 

На прошлой неделе прошел VI отчетно-перевыборный съезд СТД. Некоторым наблюдателям оказалась милее другая цифра. Они называют съезд двадцатым, то есть ведут отсчет от Рождества Христова, вернее от 1883 года, когда по инициативе Марии Гавриловны Савиной было учреждено Общество для пособия нуждающимся сценическим деятелям. При советской власти оно стало называться ВТО, а в годы перестройки превратилось в союз. Лукавая (кто уж точно подсчитает) цифра ХХ возникла в умах, конечно, не случайно. Как говорится, намек поняли: помним еще оттепельную риторику. Но намекнули нам лишь для того, чтобы тотчас же констатировать: никаких, мол, надежд с этим съездом связывать не приходится. Если и есть сходство, то с приснопамятным съездом КПСС. Такие же унылые лица в зале, такая же атмосфера вялого равнодушия и молчаливый одобрямс, теперь почему-то горделиво называемый здоровым консерватизмом. Все это желающие могли наблюдать в Интернете, где шла онлайн-трансляция. Правда, остается загадкой, зачем эта самая трансляция была устроена, да еще при интерактивном общении с президиумом, при в общем-то «секретной» предподготовке. Демонстрация продвинутости по части новейших технологий? Имитация демократии? Скорее всего для выпускания пара. Признаемся, достаточно жидкого.

Насчет секретности мне, безусловно, гневно возразят. Но будут правы только отчасти. Я, конечно, не ВЦИОМ, но мой личный опрос можно тоже классифицировать как вполне репрезентативный. Открыв записную книжку, я сделала пару десятков звонков, чтобы получить комментарии к проходящему в тот момент съезду. Но слышала в ответ лишь недоуменные междометия. Многие от меня только и узнали о том, что он в эти дни вообще проводится. Поверьте, моими абонентами были весьма уважаемые в театральном мире люди — главные режиссеры далеко не последних театров, репертуарных, между прочим, о судьбе которых так печется наша общественность. Народные артисты и завоевавшие признание молодые деятели. Последние чаще всего оказывались «не членами» и выражали недоумение, зачем союз вообще нужен. Никто из них не был ни делегатом, ни гостем сего представительного форума. Более того, никто никого туда не делегировал. Не сомневаюсь, что протоколы, на которых выбирались «голосовальщики», аккуратно подшиты в какие-то папки. Все тип-топ. Но я не нашла ни одного человека, участвовавшего в выборах. Кстати, и сама как член СТД (с весьма солидным стажем) ни за кого не голосовала. А хорошо помню, какие страсти кипели когда-то вокруг каждой кандидатуры. Да что говорить, если на съезд не пригласили даже руководителя старейшего театра страны Юрия Соломина! При совке хоть приличия соблюдались. И между прочим, при отсутствии гласности, в преддверии такого знаменательного события в прессе обязательно проходила дискуссия по актуальным вопросам, участники которой делали свои «наказы» и, хоть и подцензурно, обозначали болевые точки и высказывали критические замечания. С некоторыми порой даже считались. Нынче — тишина. И до и после. Хотя проблем масса, скандалов хоть отбавляй. Их очень бурно обсуждают, вот даже руководство московских театральных властей сменили. Но никто, видно, не связывает решение назревших вопросов с союзом. Маленький свеженький пример. Перед самым открытием прошел слух, что Театр Маяковского может покинуть Миндаугас Карбаускис, не сработавшийся с навязанным ему директором. О чем он и известил московский департамент культуры. Обратиться за поддержкой к съезду, думаю, ему и в голову не пришло. Но и съезду, пекущемуся о молодежи в целом, до таких частностей дела не было.

Существует поверье, что театральная жизнь отражает жизнь страны, мол, распаду СССР предшествовал распад МХАТа. Приводят и другие примеры. На нынешнем съезде СТД Александр Калягин был избран председателем на четвертый срок практически единогласно и практически на безальтернативной основе. Если не считать знаковым отрепетированное самовыдвижение его зама Геннадия Смирнова, под смех зала призвавшего голосовать за соперника. Как говорится в одной небезызвестной пьесе: дальше — тишина... Ой, прошу прощения, впереди президентские выборы.

Мария Седых

 

Горестный оптимист / Искусство и культура / Exclusive

 

В кабинете художественного руководителя театра «Сатирикон» имени Аркадия Райкина все напоминает об основателе, великом артисте, русском Чаплине, всенародном любимце, чей столетний юбилей сегодня отмечает вся страна. Здесь нет никаких следов мемориального глянца. Парадного портрета или тем паче фотографий с генсеками или президентами. Только личные вещи, которые к Константину Райкину перешли по наследству. Время подтвердило его право и на продолжение отцовского дела.

— По какому принципу будет построен юбилейный концерт?

— В нем будут принимать участие всего несколько человек. Не случайных, очень строго отобранных. И не все из них даже знали папу. Я исходил из того, что, если бы он их видел, они бы ему очень понравились. Я уверен, ему было бы интересно на оперных спектаклях Димы Бертмана. Тамару Гвердцители он слышал, но, несомненно, оценил бы, как она развивается... Это будет такой, я бы сказал, строгий вечер.

— А кого из современников ценил Аркадий Исаакович?

— Видимо, потому, что по образованию он был артистом драматическим, круг его интересов, пристрастий каких-то лежал вне эстрады. Он черпал вдохновение в литературе, живописи, симфонической музыке. В искусстве сценическом тяготел к вещам, имеющим классическое основание. Любил балет, оперу, а товстоноговский БДТ не просто любил, а обожал, очень подпитывался там внутренне. В превосходных степенях говорил о многих артистах Александринки, очень ценил мхатовских стариков. Когда мы вместе на какой-нибудь спектакль ходили, мог меня потом спросить, ну, какой тебе артист там понравился. Я называл. А он в ответ: так вот я тебе скажу, Илларион Певцов в этой роли был в десять раз сильнее.

— Я слышала, он дружил с Акимовым.

— Они с Николаем Павловичем приятельствовали. Я несколько раз видел их вместе, им было интересно друг с другом, это точно. Папа больше ценил в нем художника, хотя и говорил о каких-то спектаклях Театра комедии. У меня сохранилась книга, в которой собраны статьи о театре выдающихся режиссеров. Акимов дарственную надпись сделал таким образом — всех авторучкой перечеркнул, оставил одного себя и подписался: «Райкину с любовью». Я бы не сказал, что папа с кем-то бесконечно близко сходился. Он вообще был человеком скорее закрытым. Общался с очень многими интересными людьми, хорошо к ним относился, но ближний круг — это, пожалуй, Лев Абрамович Кассиль и Леонид Осипович Утесов. С ними, как правило, и Новый год встречали, чаще всего в Москве у Кассилей. А еще папа и мама как-то особенно нежно относились к Назыму Хикмету.

— То есть у вас был не богемный дом?

— Папа больше любил бывать в гостях. Мы и сами-то семьей относительно редко собирались. Родители были всегда в каких-то разъездах. Мы с Катей их месяцами не видели и всегда скучали, ждали. А потом сестра работала в одном театре, я — в другом. Графики не совпадали. Потому когда собирались — это становилось маленьким событием. Но, конечно, и к нам в дом приходили. И я, так или иначе, благодаря родителям перезнакомился со множеством знаменитых людей. В нашем ленинградском доме принимали Луи Арагона, Жана Луи Барро, а знакомство с Марселем Марсо вообще стало для меня потрясением.

— Ты уже посмотрел тогда его спектакли?

— Да, для меня это было открытие, как и для большинства людей в зале. Я понимал, что это открытие нового вида сценического искусства. Тогда советский зритель еще не видел пантомимы, не был знаком с такой техникой. После его гастролей в стране начался настоящий пантомимический бум. Открывались всякие кружки и студии. Позже Марсель Марсо спрашивал папу, может ли он говорить, что России открыл пантомиму, как когда-то Мариус Петипа балет. Это так и было. Я навсегда запомнил то пронзительное ощущение театра как вида искусства, которое возникло у меня на его спектаклях. Когда один человек стоит на огромной сцене и абсолютно завладевает публикой. Такое чувство меня редко посещало.

— И это говорит артист, чей отец обладал той же магией?

— Именно тогда я понял, что дело совершенно не в количестве народа на сцене, не в декорациях. Одна очень выразительная фигура в полном молчании может создать такую вольтову дугу, что сконцентрирует всю энергию зрительного зала. В первом отделении он учил зрителей языку пантомимы. Показывал элементарные вещи: ветер, лестницу, канат, шаг на месте. Все начинали привставать с места, вытягивать шеи, потому что это было невиданно, чтобы человек шел, на самом деле не двигаясь и оставаясь на сцене в одной точке. Постепенно он усложнял сюжеты и во втором отделении показывал все свои великие пантомимы — в мастерской масок, клетку, все, связанное с Бипом, — Бип в светском обществе, Бип хочет покончить жизнь самоубийством и так далее. Он показывал свои великие пантомимы. И я был совершенно сражен. И еще у Марселя Марсо в спектаклях гениально возникала музыка. Очень редко. Возникала вдруг, из тишины, как продолжение тишины. И потом уже тишина звучала как музыка. Марсо безупречно владел ритмами. Папа тоже блестяще ими владел. Безусловно, между ними было что-то общее. Ощущение родства возникало.

— А сколько тебе лет тогда исполнилось?

— Одиннадцать. Вон видишь на стене картину, она подписана мне. Дата — 1961 год. Это он разрисовал в правой части сам, потому что по первому образованию Марсель художник-эмальер. Подписал с пожеланием счастливых снов. Когда он вошел, то долго стоял в прихожей и смотрел на плакат кинокартины «Дети райка», где играл Жан Луи Барро, который был его учителем и старшим товарищем. Познакомились и прошли за роскошно накрытый стол. Гостя сопровождала хорошенькая девушка— переводчица с французского. Я посидел со взрослыми, и меня отправили делать уроки, что для меня было святое. Часа через полтора я вернулся и застал очень смешную ситуацию. Девушка была совершенно не у дел, а папа с Марселем Марсо беседуют на каком-то странном языке. Оказалось, они весьма энергично беседуют на идише.

— Семья Аркадия Исааковича была религиозной?

— Не думаю, но традиции соблюдали. Деда я не застал, он умер после блокады. Знаю, он бил папу смертным боем, когда узнал, что тот собирается стать артистом. Папа увлекся театром в пять лет, посмотрев в Рыбинске ростановского «Шантеклера», и очень завидовал какому-то мальчику, который был занят в спектакле. Папу хотели видеть врачом или адвокатом. Зачем еврею быть клоуном? А потом мне тетка рассказывала, как дед стоял возле афиш, где имя отца уже писалось красной строкой, и говорил прохожим: «Это — мой сын».

— Для отца национальная самоидентификация, как теперь говорят, имела значение?

— Он был советским человеком. И меня воспитывал в том же духе. На идише я ни слова не знаю, а про антисемитизм узнавал из каких-то посторонних разговоров. Меня это лично не коснулось, потому что я был все-таки сыном любимого артиста страны. Конечно, он про государственный антисемитизм все понимал. Мне рассказывал, как ему жаловался Ойстрах, что ему, исходя из процентной нормы, не дают принять в консерваторию на класс скрипки тех, кого он считает нужным. И я сам это видел в своей школе при Ленинградском университете. Параллельно со мной учился такой невероятный мальчик, который выигрывал все олимпиады по математике — городские, всесоюзные, а потом занял первое место на всемирной в Белграде. Решал какие-то невероятные задачи за очень короткий срок. Университет окончил за 2 или за 2,5 года. После чего был направлен учителем в школу под Архангельск. Попреподавал несколько лет и уехал за границу навсегда. Наш класс очень по миру рассеялся.

— Ты тоже был победителем олимпиад?

— Да, причем разных. В этой школе учились только 9-й и 10-й классы. Преподавали профессора университета. Не школа — лицей. Ребята со всего северо-запада Союза, нас, ленинградцев, всего несколько человек. Жили замечательной интеллектуальной жизнью. Я собирался в биологи. И родителям нравилась эта модель, и мне тоже. Потому что Катя уже была актрисой, ее муж — актером... Меня раздражало, когда говорили, дескать, конечно, и он будет артистом. Какое конечно? Почему вдруг? Но учась в своей замечательной школе, ведя научную работу, поездив в экспедиции, вдруг понял, что я животными увлекаюсь гуманитарно. Я ими увлекаюсь как человек, который к искусству тяготеет, а не к науке. Они мне нравятся в поэтическом смысле. А не в формалине, в разрезе, в фиксации. Они мне нравятся в моей фантазии, рождают во мне какие-то образы, а вовсе не желание изучать их научно. В какой-то момент я понял, чем актер отличается от ученого. Оба изучают мир. Естествоиспытатель его зарисовывает, описывает. А у актера способ изучения пещерный, первобытный. Он хочет стать львом, пантерой, табуреткой, шкафом. И это тоже способ познания, иногда очень успешный. Некоторые вещи актер постигает, как никто другой.

— Ты хоть благословение испросил?

— Никто, кроме сестры, не знал. Родители приехали из Чехословакии, и я сообщил, что поступил в Щукинское училище.

— Реакция?

— Абсолютно доброжелательная, радостная. Потом только я узнал, папа не сомневался, что я стану артистом. Когда мне было лет 11, он меня, оказывается, протестировал. Мы были все вместе где-то на юге, и папа предложил мне пройти вокруг клумбы не останавливаясь. Гениальное такое задание для артиста любого ранга от студента до мастера. Ты должен, не останавливаясь, родиться, научиться ходить, пойти в ясли, перейти в детский сад, поступить в школу, потом в институт, стать молодым специалистом, превратиться в зрелого человека и умереть от старости, замкнув круг. Когда я это сделал, папа ничего не сказал. Но поскольку я его знал уже неплохо, то понял, что ему понравилось. Он так как-то повеселел, и они с мамой переглянулись. Мне этот день бывает очень сладко вспоминать, потому что вообще папа же был для меня нестрогий. У меня были куда более строгие учителя. Папа просто меня очень любил, и как артиста любил. Он гораздо проще ко мне относился, чем я сам к самому себе. Но ему никогда нельзя было показывать полработы. Он не понимал промежуточного какого-то состояния. Потому что сам делал сразу. Он артиста снимал с роли, если тот прочел не так. Он не понимал, что у человека может сначала не получаться, а потом получиться. Вот это он не понимал никогда. Поэтому у меня бывали с ним бурные споры, когда мы начали работать вместе и я привел в театр молодых артистов. Но мог прийти ко мне после спектакля (а играли так: два дня он, два дня мы) и зарыдать от восторга. Да, да, мог плакать от моей игры.

— А когда ты в «Современнике» служил, отец ходил на твои спектакли?

— Не на все. Я не любил, когда он приходил. Мне очень не нравилась эта ситуация. Она мне казалась очень пошлой. Все смотрят не на спектакль, а на то, как папа смотрит на сына. Тут я был абсолютно прав и до сих пор так считаю. Сразу какая-то фигня мещанская возникает. Тоже мне наследный принц.

— И ты не смотрел в театре работы Полины Константиновны?

— Я смотрел работы дочери на видео. Очень внимательно. И с третьего курса начал приглашать к себе в театр. Мне всерьез нравилось то, что она делает. Мне такая артистка очень нужна.

— Папа только тобой так впечатлялся или вообще был хорошим зрителем?

— Он был потрясающим зрителем. Очень эмоциональным. Помню, мы вместе смотрели балет, кажется Начо Дуато. Три пары мужчин и женщин, шесть совершеннейших виртуозов. Сначала они долго танцевали в тишине, а потом зазвучала гитара. Когда наступил антракт, папа сказал: «Господи, как прекрасно!» — и зарыдал. Его всего трясло. С ним такое нередко бывало. Он впечатлялся серьезнейшим образом, его словно волной накрывало. Папа еще в детстве приобщил меня к симфонической музыке. Рассказывал про дирижеров, обращал внимание на рассадку оркестрантов, призывал прислушиваться, как они разминаются, настраиваются по гобою. Я долгое время не воспринимал живопись, считал ее каким-то отсталым видом искусства, в то время когда существует кино. Невежество...

— И тогда отец говорил: «Я поведу тебя в музей...»

— Ходили, но я почему-то очень долго догонял. И вдруг с какого-то момента живопись стала для меня одним из самых великих видов искусства. А папа ее очень хорошо знал. Как и архитектуру. Водил меня по Ленинграду, рассказывал. Был человек образованный, напитанный всем этим. Отсюда и любовь к старинной мебели. Он ее собирал, выискивал где-то, откуда-то привозил, ремонтировал. В доме толклись какие-то мастера. Я на всю жизнь ее возненавидел, потому что во всем этом было невозможно существовать. Невозможно ни развалиться, ни сесть на ручку кресла. Все ломалось. У меня идиосинкразия на антикварную мебель.

— Ты живешь в хайтеке?

— Нет, я очень люблю нормальный, крепкий, простой деревенский стиль. Здесь, в кабинете, все в папином духе. Это же он начал его обставлять, а я уже продолжил. У меня все было бы по-другому.

— А как в семье относились к материальным ценностям, к заработкам, деньгам?

— Мне трудно об этом говорить, потому что подобные темы считались неприличными у нас в доме. Причем мне это дали понять в самом раннем детстве. Я помню свою неудачную детскую шуточку. Я что-то, видимо, попросил, а мама мне сказала, что у нас нет денег и надо экономить. А я возьми да ответь, мол, у папы в одном кармане тысяча и в другом — тысяча. Сначала мама возмутилась, что это за разговор, потом при мне рассказала папе. Я полез под стол от стыда, что, правда, не составляло большого труда, потому что тогда я еще ходил под него пешком. Скрылся от этого позора, который на меня обрушился. Также считалось неприличным обсуждать, кто сколько зарабатывает и вообще кто богатый, а кто бедный. И уж совершенно невозможно было говорить о том, кто знаменит, а кто нет. Однажды мне папа увлеченно рассказывал про какого-то артиста или музыканта, а я возьми и спроси: «А кто знаменитее: он или ты?» Папа сразу помрачнел и попросил никогда больше такого глупого вопроса не задавать. Все. Точка. Он умел вдруг очень сгустить атмосферу. Говорил тихим голосом и смотрел тяжелым взглядом из полуприкрытых век. Два раза в юности он со мной вот так конфликтно, воспитательно поговорил. Всего несколько фраз буквально. Ничего страшнее не помню. Это было невыносимо. Он же Скорпион по гороскопу.

Один раз ему показалось, что я более нетрезв, чем это, на его взгляд, допустимо. Я и не пьян был, а так, немного выпивши после какой-то институтской вечерухи. Он вдруг зашел ко мне в комнату и спросил, почему от меня пахнет. И я буквально стал его молить: «Папочка, папочка, пожалуйста, не надо». Дело не в том, что он говорил, а как. В нашем театре есть несколько человек, которые работали еще с папой. Так они мне рассказывали, дескать, вот ты бегаешь, орешь, страх нагоняешь, а Аркадий Исаакович умел тихим голосом так сказать, что человек вылетал отсюда, как намыленный, и никогда больше не появлялся.

— И в семье отец оставался главным?

— Мама была душой, сердцем и, можно сказать, головой, а папа — такой отдельный гений. Хозяин, конечно. Но его было мало физически, он часто отсутствовал в присутствии. Обо всем приходилось спрашивать по пять раз. Он не слышал тебя, зависал. Ему задаешь вопрос, причем какой-то очень конкретный. Мгм... И смотрит на тебя... Папочка... Мгм... Встает и начинает перевешивать картины. Добиться ответа практически невозможно. Абсолютно улетающий, запрокидывающийся человек. Потом вдруг он начинал с тобой разговаривать как-то очень гладко. Он въезжал из разговора в текст абсолютно органично. Мы сидим, например, с Валерой Фокиным, пьем втроем чай, отвечаем на папины реплики и только через некоторое время понимаем, что ответы наши совершенно не нужны. Он просто проверяет на нас какой-то новый монолог. Мы оба покупались. Ведь у него же краски мягкие, никакого наигрыша. Как кошка.

— Значит, и в застолье никогда не царил?

— В жизни он многих разочаровывал. От него ждали продолжения сценического фейерверка. А он был очень скромный человек. К тому же всю жизнь больной — сердечник, он привык себя беречь. И по природе был больше слушающим, воспринимающим.

— Когда ты понял, что за величина твой отец?

— Довольно рано. Я ведь еще маленьким начал ходить на его спектакли. Он меня завораживал, и мне было совсем не смешно. На сцене был такой ураган, вихрь таланта, мастерства, какая-то стихия. Я помнил наизусть все. И когда потом много лет спустя я ему стал прямо слово в слово, с теми же интонациями рассказывать его какие-то старые монологи, он так ржал, как будто первый раз слышал. Папа же был очень смешливый. И заводной. На сцене была его жизнь. Когда он постарел и плохо себя чувствовал, я забегал к нему иногда в гримерку, а там лекарствами пахнет и врачи рекомендуют отменить спектакль. Он все-таки решает играть. Вот, думаю, не повезло сегодня зрителям, он же еле-еле разговаривает. Шмыгаю в зал тихонечко, смотрю на сцену и понимаю: я забыл, что он гений, гениальный артист. Он выскакивает на подмостки — и никаких следов плохого самочувствия вообще. Уверен, он прожил бы более короткую жизнь, если бы не сцена. Абсолютно прав Олег Павлович Табаков, когда утверждает, что если у тебя есть талант и ты занимаешься любимым делом — это не укорачивает, а продлевает жизнь.

— Но уж взаимоотношения с советской властью точно не способствовали долголетию. Хотя Райкина исправно награждали...

— И при этом инфаркты случались прямо в кабинете после разговора с каким-нибудь Шауро или Романовым. При всем при том папа был, конечно, дитя своего времени. Искренне социалистический человек и ни в коем случае не диссидент. Верил в идеалы коммунизма, в хорошего Ленина, многое списывал на болезни роста. Хотя про то, что Сталин жестокий убийца, сам мне рассказывал. Одна его история потом вошла в фильм Рязанова. Папа же часто ездил из Москвы в Ленинград. Однажды его мучила бессонница, и он попросил снотворное у бригадира поезда. Тот зашел к нему в купе, и они разговорились. Проводник спросил, где он был во время войны. Папа ответил: на таких-то фронтах. «А я, — продолжает тот, — работал на «Красной стреле». Но здесь у меня было еще похуже в некотором смысле, чем на фронте, потому что в нашем вагоне ездил убийца, государственный палач. Мы его знали, он каждый раз сходил в Бологом, а утром вскрывали купе, где он ехал, и находили человека либо застреленного, либо отравленного. Это были крупные начальники, потому как ехали в СВ. Мы каждый раз давали показания, описывали его, а через некоторое время он появлялся опять. И мы уже знали, что к утру его сосед будет убит. С девочками-проводницами случались истерики. Я, как мужчина, подавал им коньяк и закуску. И так много лет». Словом, насчет вождя народов он не заблуждался. Но вообще он был наивный и верил в социализм искренне. Я на него нападал: «Папа, у тебя уже театр при Госплане. Ты говоришь со сцены о каких-то гайках и шпунтах». Раньше у него были музыкальные номера, а потом он стал засушивать программы, чистосердечно считая, что может помочь стране. Сознательно уходил от лирики, от каких-то теплых нот и решал производственно-экономические проблемы.

— Ну, власть никак не хотела обретать человеческое лицо, цензура его все равно мордовала, и Райкин эмигрировал... в Москву. Кто дал визу?

— Дорогой Леонид Ильич Брежнев. Начальство питерское всегда было самым реакционным, самым жестким и непримиримым. Бежали впереди паровоза еще со времен Жданова. А в Москве власти были полиберальнее. И папа начал сдавать спектакли в Москве. В Питере к тому же помещения своего не было, да и труппа вся уже почти была московская. И когда я перешел в Ленинградский театр миниатюр, стал ему капать на мозги: надо переезжать, сходи к Брежневу. Они познакомились, можно сказать, в первый день войны. В Днепропетровске в то воскресенье должны были начаться гастроли папиного театра. На встречах с молодежью ветеран войны Райкин всегда рассказывал так: «Я не знаю, откуда об этом узнал фюрер, но 22 июня 1941 года он начал бомбить Днепропетровск». Леонид Ильич был тогда там главным начальником и дал артистам вагон, чтобы быстро эвакуировались. Но по-настоящему они познакомились на Малой земле, потому что папа во время войны бывал в самых горячих точках, сильно рисковал и проявлял большое мужество. Был случай, когда один аккомпаниатор очень отговаривал его ехать: «Даже если не убьют, а только ранят, что ты будешь делать покалеченный, с оторванной ногой или рукой?» Мама, дабы как-то нейтрализовать панику, рассказала восточную притчу про то, как к шаху прибежал визирь и попросил коня. «Я должен срочно уехать в Багдад, потому что, гуляя у тебя в саду, я встретил Смерть, и она очень строго на меня посмотрела». Когда визирь ускакал, шах вышел в сад и встретил Смерть, которая очень мило ему улыбнулась. «Почему ты так строго посмотрела на моего визиря?» — спросил ее шах. И она ответила: «А как я должна была на него смотреть, когда он у меня по спискам в Багдаде, а ошивается у тебя здесь?» История имела мистическое и печальное продолжение. Между фронтовыми поездками артисты вернулись в Москву и должны были играть спектакль. Этот аккомпаниатор не пришел. Он попал под трамвай и погиб.

— Но Брежнев не забыл фронтовые встречи...

— Он очень папу любил. Дал ему московскую квартиру и все время звал переехать. И вот в один прекрасный день я навещал папу в кунцевской кремлевской больнице. Он тогда как раз получил Ленинскую премию. Вдруг раздается телефонный звонок, я снял трубку и поинтересовался, кто его спрашивает: «С ним будет говорить Леонид Ильич Брежнев». Опа! Передаю трубку: «Да, спасибо, Леонид Ильич, спасибо. Да, я бы хотел буквально на 10 минут. Завтра? Хорошо, до завтра». Буквально через 5 минут снова звонок, какой-то странный дубль. Оказывается, Брежневу пришло в голову, что у папы в больнице нет одежды, чтобы приехать в Кремль, и надо прислать машину. Одежда соответствующая как раз была, на следующий день пришла большая правительственная машина, и его отвезли. Разговор длился буквально четверть часа.

РАЙКИН: Я решил воспользоваться вашим приглашением.

БРЕЖНЕВ: А с кем мы это должны согласовать?

РАЙКИН: Думаю, надо позвонить Гришину.

БРЕЖНЕВ: Надо, наверное. (Звонит.) Брежнев говорит. Вот тут у меня Райкин, он хочет переезжать с театром в Москву. Я — за. Как ты? Тогда я запишу: Гришин — за. Еще с кем?

РАЙКИН: С министром культуры.

БРЕЖНЕВ: (Звонит Демичеву.) Петр Нилыч, у меня Райкин, хочет переезжать с театром в Москву. Я — за, Гришин — за, ты как? Ну все.

РАЙКИН: Еще Романов может возражать.

БРЕЖНЕВ: Я сейчас ему позвоню. Григорий Васильевич, я — за, Гришин — за...

И вот вся компания переехала. Всем дали квартиры и, более того, стали искать помещение для размещения театра. Дальше началась другая глава этой истории.

— Вы стали работать вместе. Какого рода были конфликты?

— Творческого. И человеческого, конечно. Папа с сыном, оба без кожи, ругались, словно дети в песочнице, и потом вместе рыдали. У нас отношения были всегда ужасно нежные, замешенные на любви. Виделись редко, но очень чувствовали друг друга. А тут стали видеться каждый день. Очень болезненное время. Я же не просто попросился к нему в театр как артист, я свое дело хотел организовывать. У меня в «Современнике»-то все было в порядке. Галина Борисовна ко мне хорошо относилась, я много играл, был востребован. Там работал Фокин. Карьера складывалась хорошо. Но я сразу сказал папе, что мне надо будет привести молодых артистов, с которыми начну работать сам. Конечно, что-то мы будем вместе играть (так и случилось), но должны еще, наверное, делать и какие-то спектакли без его участия. Я на таких условиях шел. Не собирался просто подыгрывать Райкину. Прекрасно понимаю, почему от него уходили. Нельзя же всю жизнь говорить: кушать подано, подано кушать, просто кушать, просто подано. Так артистом же не станешь. Безусловно, они взлетали благодаря папе, но дальше надо было улетать как можно скорее. А еще рядом толклись наушники, нашептывали: «Аркадий Исаакович, он, может, талантливый человек, но мы же Театр миниатюр, мы же маленькие. Вы видели, какие там декорации?» И папа мне начинал вдруг что-то выговаривать с чужого голоса. Поддавался влияниям...

— Ну здесь у тебя были преимущества перед другими.

— Но это стоило очень больших нервов и ему, и мне. Потом встречался отдельно с некоторыми людьми. Я с ними, знаешь, какие имел разговоры, как я их шугал. Расскажи мне кто-нибудь раньше, что я так буду разговаривать с людьми, не поверил бы. Но я их пугал до смерти просто. Вычислить же очень легко, кто там что ему шепчет. Такие люди были и в Министерстве культуры. Я и до них дозванивался и очень с ними жестко разговаривал.

Театр миниатюр всегда оставался театром одного артиста, а тут вдруг какой-то другой появился и стал качать лодку. Все же было под него отцентровано. С одной стороны, театр-семья, а с другой — так много рутины. А тут я — энергичный, людей привел, заставляю работать как-то по-другому. Если бы папа меня выгнал, я бы ужасно расстроился, на какое-то время даже обиделся, но я бы его понял. И житейская мудрость подсказывала именно так поступить. Но его мудрость была, если можно так сказать, в его нюхе. Он был большой интуит. Он почувствовал, что я могу этот театр подхватить, разглядел возможность продолжения. Да, в другом виде, в другом качестве. Но увидел, что я это дело не уроню. Более того, я увидел, как он это увидел.

— Какой-то конкретный момент?

— Нет, но он стал нами гордиться, ему стало нравиться с нами играть, ему стало нравиться со мной играть. Я увидел моменты позитивные, потому что прошло уже шесть лет совместной работы.

— Ты продолжаешь с отцом разговаривать, оглядываешься на его мнение, чтишь заветы?

— Нет, но иногда — может, это звучит как-то глупо — мне бы хотелось, чтобы он увидел, какой у меня загородный дом. Ничего особенного, но в нем не советское пространство. Оно ровно такое, какое мне надо, ни на метр больше. Более того, мой дом совсем не похож на роскошную переделкинскую дачу Кассиля, на которой мы бывали с родителями (своей у них никогда не было). Там другая высота, другое количество воздуха. Он бы восхитился.

Уверен, все, что мы здесь делаем, ему бы очень понравилось и, думаю, больше, чем мне, например. Я в этом театре нахожусь совершенно правильно и считаю своим счастливым долгом продолжить дело, которое начал мой папа. В этом есть некая преемственность. И хотя я основательнейшим образом поменял жанр, изменил направление движения, но главные традиции папиного театра я сохраняю. А они прежде всего в позитивном отношении к жизни. Папа был горестный оптимист, и я такой же. Подобный оптимизм возникает не от неведения, дурошлепости или благополучия, а где-то на генном уровне. К сцене папа относился как к одушевленному существу: «Такая ревнивая баба, сволочь, только расслабишься — обязательно отомстит. Никогда ничему нельзя уделять больше внимания, чем ей». И я так чувствую. А еще папа завещал мне большую любовь к зрительному залу. Это, может быть, главная позиция театра его имени — художественная и человеческая.

Мария Седых

 

Вожак стаи / Общество и наука / Exclusive

 

Неформальное движение «Ночные волки», родившееся на закате СССР, в новой России превратилось во влиятельный клан, объединяющий тысячи адептов по всему миру. Уже многие годы его возглавляет легендарный персонаж по прозвищу Хирург, превратившийся в последнее время в фигуру прямо-таки политическую. Неформал, дорожный хулиган и нонконформист, чуравшийся власти, стал появляться на телеэкранах в компании с Владимиром Путиным. Что это — креатив кремлевских политтехнологов или спонтанно возникшая мужская дружба? На этот и другие вопросы «Итогам» ответил сам Александр Залдастанов  — таковы паспортные данные нашего героя.

— Никак в политику подался, Александр?

— Да нет. В политике все время надо вить вьюна, оглядываться на кого-то, а это не для меня. Всплеск интереса к своей персоне объясняю исключительно тем, что этим летом на байк-шоу в Севастополе и Новороссийске действительно произошло нечто совершенно особенное — по накалу страстей, по эффекту, который был достигнут. На наше шоу в Севастополе, не зная, что туда приедет Путин, пришло более 80 тысяч человек, хотя ни одно патриотическое мероприятие не собирает больше тысячи, да и то кого-то туда пригонят. А здесь, мне рассказывали, гостиницы опустели. Исчез даже персонал — все ушли смотреть наше шоу. Такое количество гостей никак нельзя списать на случайность, люди специально ехали. А потом как приехали, так и уехали — опустело все моментом.

— А как Путин-то угодил в ваши дружные ряды?

— Я для него, видимо, как некое ископаемое, непонятное и потому привлекательное. Первый раз мы пересеклись в 2009 году в байк-центре в Москве как раз перед стартом колонны в Севастополь. Обстановка в то время была весьма тревожная. Самый пик противостояния с Россией, Черноморский флот всеми силами пытались выгнать из Крыма, а мы как раз этому флоту и посвящали свое шоу. Представляешь, я все свое детство лето проводил под Севастополем в пионерлагере Черноморского флота и не думал, что когда-нибудь буду за этот самый флот заступаться. Нас, естественно, никто не посылал на подмогу, денег не давал, мы все делали по собственной воле. И вот уже в финале подготовки появился Путин. Согласись, абы к кому, к каким-нибудь чертям, он не поехал бы. И в таком признании для меня совершенно комплиментарная ситуация. Интернетовские писаки сразу начали искать в этом какой-то подвох. А было все просто. То, что Путин появился, действительно для нас было сюрпризом. Перед камерами он подписал мне карту маршрута и вручил флаг России, причем с такими словами, какие обычно говорят, когда дарят иконы: «Пусть он тебя хранит и бережет в дороге». Теперь этот флаг я всегда вожу с собой как своего рода икону. Хотя до этого возил только флаг клуба.

— Кто придумывает акции «Ночных волков»?

— Сообща. До последнего момента никто не ведает, что получится. Часто вдохновение приходит в момент подготовки и зависит от тех событий, от которых набираюсь эмоций. Например, если бы не было футбольного матча в Белграде 23 марта 2011 года, на котором Владимир Путин побывал вместе с «Ночными волками», я бы не сделал байк-шоу в Севастополе. Во время матча весь стадион скандировал: «Сербия — Россия, Россия — Сербия». Но зацепило даже не это, а слова, которые написали футбольные болельщики на баннере, развернутом во всю трибуну: «Старший брат (это обращение к премьеру), поклонись матушке нашей (России) и скажи: мы достойны, мы боремся и будем бороться, и скажи ей, что мы любим ее». После этого весь стадион грянул «Катюшу». Тут я понял — вот он, финал, вот что будет кульминацией байк-шоу на Украине: эти строчки, написанные сербами.

— Можно сказать, политическим пиаром занимаетесь... А ведь еще совсем недавно байкеров относили к маргиналам чуть ли не наравне с люберами и гопниками.

— Мы создали новую для нашей страны мотоциклетную культуру. Да и вообще новую — не такую, как на Западе. Мы, конечно, вобрали все лучшее, что было в байкерском мире, но пошли своим путем. Организовывались как протестное движение в конце 80-х. Хотя еще c 1983 года, когда проходили первые нелегальные рок-концерты, запрещенные властями и почти всегда сопровождавшиеся драками, появился прообраз «Ночных волков».

Но и теперь, замечу, мы как были протестным движением, так и остались. Только сейчас сместились акценты. Раньше мы протестовали против своей партократии, которая распространяла вокруг себя ложь. А сейчас протестуем против другой партократии — мировой, гораздо более изощренной и кровавой. От нее исходит та же самая ложь, только теперь приправленная демократическими лозунгами и двойными стандартами. Видишь, у меня на берете кокарда сербских четников — воинов-монахов, сражавшихся за Сербию? Случившееся с этой страной — яркое проявление мировой партократии, которой нет никакого дела до демократии и справедливости, ничьих свобод она не защищает. Она же, я уверен, стояла за развалом СССР. Ничего хорошего из этого не вышло. Посмотрите на Молдавию. Весной я проехал по стране: безработица, нищета страшная, а ведь там климат — все растет, вроде бы живи и радуйся, только работай и зарабатывай. Вспомни, при СССР Молдавия была нашим огородом — и фрукты-овощи оттуда кормили всю страну, и вина, и консервы всякие. Где это все сейчас?! Посмотрите на сегодняшнюю Украину. Она стремится вступить в Евросоюз, и есть определенное опасение, что вступит в г..., а мы получим натовские ракеты на собственных границах.

— Раз уж заговорили про советские времена, давай вспомним, откуда появился Хирург?

— Я окончил третий медицинский стоматологический институт, отработал подмастерьем у очень известного профессора Ипполитова в ординатуре в хирургии по профилю посттравматических деформаций лицевой области. Мой поток недавно отмечал 20-летие окончания института. Со многими нас развели дороги, и было очень интересно посмотреть, кто как изменился.

А с единомышленниками мы в 89-м долго придумывали название своему движению. «Ночные волки» оказались точно в десятку. Во-первых, основные наши акции проходили ночью, во-вторых, мы были стаей. Оговорюсь, что волк для меня — это не какой-то злой оборотень, а скорее сильный, дерзкий, благородный зверь. В самом начале мы были совершенно безбашенные. Проносились вихрем от Лужников до единственного работавшего тогда по ночам питейного заведения в Шереметьево-2. Мчались по встречке от 300 до 500 мотоциклов. «Явы» да «Днепры», разваливающиеся на ходу, перемотанные скотчем и проволокой, без тормозов, без света. Мы сами — без шлемов, зато в кирзачах и куртках из кожзаменителя, проклепанных чемоданными клепками и с пришитой к ним бахромой. Но ощущение от таких поездок не передать — город становился нашим. Нам было плевать на знаки, светофоры, мы понимали, что с нами ничего не смогут сделать, и это было здорово! Хулиганили по мелочи. Высшим шиком считалось подъехать к гаишнику, вырвать у него жезл из рук и быстро смотаться. Было еще развлечение — по ночам с мотоциклов нырять в бассейн «Москва» прямо как есть, в одежде.

Ужасно безликими в то время были и люди, и улицы, после одиннадцати все умирало. А мы их по-своему оживляли, давая выход нерастраченной энергии. В газетах то и дело появлялись возмущенные письма: «Куда смотрит милиция? Где ГАИ? Эти байкеры не соблюдают правила, ездят без глушителей, ночью невозможно заснуть!» Для меня и моих друзей мотоцикл был не просто хобби — это был символ свободы. Даже сейчас, когда все прелести жизни стали доступными, только мотоцикл дает возможность уехать от повседневности и скуки. Но признаюсь: когда все только начиналось, мы и предположить не могли, что станем во главе отечественного байк-движения. Со временем мы создали новую для нашей страны субкультуру. А за нашей внешней агрессивностью кроется нечто другое.

— И что же?

— Не подчиняться и не просить! Рассчитывать на себя, свои силы и Бога. У нас есть такое правило: если говоришь, делай. Сегодняшних европейцев знаешь что волнует? Получать по три-четыре тысячи евро в месяц и при этом как можно меньше работать. В Россию переползло такое же отношение, потому у нас и ГЭС рушатся, и «Булава» не может поразить цель. Все думают, что кто-то придет и поработает за них. В стране практически не осталось людей, способных сделать что-то своими руками. Многие только и умеют, что за компьютером штаны протирать или языком молоть. Огромный крейсер «Михаил Кутузов», на котором этим летом проходила кульминация байк-шоу в Новороссийске, никогда не пошел бы «на распил», если бы на флоте сохранились кадры, способные им управлять. Если бы у меня не было команды специалистов, как сейчас, я бы не смог устраивать байк-шоу. Но эту команду я сам вырастил, подбирал ее, воспитывал, она предана мне, а я ей. У нас есть мотомастерская Wolf Engineering, к ребятам едут со всей страны, СНГ, даже из-за границы. Потому что умеют парни руками и головой работать.

— Как-то это все не монтируется с вашим имиджем...

— Почему это? Нас тянет к людям, которые совершали поступки. Представляешь, нашли женщину, которая жила в деревне под Екатеринбургом, а во время войны служила в мотоциклетном разведбате Уральского танкового корпуса. Всю войну прошла на мотоцикле. Удивительная женщина, сохранила память о героях, которые были с ней рядом. Она помнила всех по именам, знала даже, как сложились судьбы их детей. Байк-шоу в Калининграде мы посвятили ей. Организовали аукцион, одним из лотов был мой мотоцикл, Юрий Шевчук дал гитару, Армен Григорян свою шляпу. Все вырученные деньги предназначались ей, но она, к сожалению, умерла. Никогда никого ни о чем не просила, а мы хотели ей дом большой купить, обеспечить лечением, потому что видно было, что она забыта и государством, и родственниками. Но мы выполнили ее завет: не забывать тех, кто участвует в современных войнах. Отдали деньги тем, кто воевал в первую чеченскую. Вручили конверт с деньгами матери Евгения Родионова, погибшего в Чечне. Это 19-летний пограничник, которого боевики в 1996 году обезглавили. В плену ему предлагали принять ислам, он не согласился и погиб смертью мученика.

Конечно, сначала мы не знали, как такой проект воспримут люди, которые пришли на байк-шоу, но они аплодировали каждому лоту. Собрали все купечество калининградское, проведя предварительно с ними работу и объяснив, куда пойдут деньги.

— Говорят, что ты не только харизматичный «волк», но и успешный бизнесмен.

— Ну какой я бизнесмен… Хотя самые невероятные проекты, за которые брался, были успешными, это факт. Но когда берусь за что-то, меньше всего думаю о бизнесе. Может, потому так все удачно и складывается.

— И клуба Sexston это касается?

— И его, любимого. Это для нас предмет особой гордости. Клуб построен руками «Ночных волков», хотя общая концепция и дизайн существовали только в моей голове, там каждый сантиметр пропитан трудом и вдохновением. Я всегда любил брутальность и так называемый антигламур. Наша «волчья» сцена своим мрачным величием безумно понравилась Тилю — вокалисту группы Rammstein. Она сделана из металлолома и выброшенных на свалку промышленных конструкций, как бы остатков той империи, которую мы потеряли, но которой дали новую жизнь. В любом случае наш байк-центр знают и любят не только у нас в стране, но и за ее пределами. Народ приезжает сюда за эмоциями, впечатлениями. Много интересных людей здесь отметилось: от музыкальных звезд до губернаторов и послов.

— Они что, тяготеют к байкерской философии?

— Думаю, да. С некоторыми мы по-настоящему дружим, например, с Георгием Боосом, Иваном Охлобыстиным, Михаилом Пореченковым, боксерами Поветкиным и Цзю, другими известными личностями. По большому счету для нас нет разницы, кем является человек, важно, чтобы он разделял наши взгляды и образ жизни, любил мотоциклы, да был просто надежным другом. Тогда мы будем ему только рады. Дороги и свободы ведь хватит на всех.

— Еще бы при этом и денег хватало. Дороговато, наверное, быть байкером?

— Недешево, если учесть, сколько стоит нормальный мотоцикл. Но ведь каждый из нас в клубе имеет свою работу, свое дело. Есть кто-то, кто живет только клубом. Из этих людей состоит команда, реализующая проекты «Ночных волков». В Москве из коммерчески успешных проектов — сам байк-центр с рестораном, дискотекой, мастерскими. Та же команда организует байк-шоу.

— Откуда что берется — деньги, люди, техника?

— Честно сказать, нам нелегко все это дается. Поскольку в основе многих вещей лежит материальная сторона, мне постоянно приходится думать, где найти деньги, оборудование. Немало делаем сами. Я сам зачастую и дизайнер, и декоратор, и художник, и звукорежиссер. А вообще нам помогают. Идет, скажем, подготовка к байк-шоу в Севастополе: кто кран дает, кто машину, кто ящик гвоздей, а кто-то просто засучив рукава работает вместе с нами. Байк-шоу часто бывают убыточными, но я не ставлю коммерческую составляющую во главу угла. Когда мы делали шоу в 2009 году в Севастополе, мне пришлось опустошить свой байк-центр. Я увез все оборудование, оставив центр в нерабочем состоянии на целое лето. Это действительно как байкерский Новый год — что у нас есть в холодильнике, то мы и ставим на стол.

— Те, кто бывал на ваших байк-шоу, говорят, что это «снос крыши».

— Так и есть. В первую очередь по настроению и драйву, а потом уже по каким-то техническим и концептуальным моментам. Всегда это очень насыщенная и яркая программа: лазерное и огненное шоу, фейерверки, выступления звезд и каскадеров. Колонна из сотен мотоциклов, совершающих торжественный проезд под флагами нашего клуба, — очень впечатляющее зрелище.

— Такие проекты, наверное, без конфликтов не обходятся?

— Так, по мелочи. В том же 2009 году в Севастополе какие-то люди начали завешивать рекламный баннер украинским флагом. Мы подошли поинтересоваться, что они делают, и услышали в ответ, мол, это не наше дело, конфликт чуть было не перерос в горячий, но я дал отбой и заявил этим ребятам, что нагнуть меня не получится, байк-шоу все равно состоится. Как оказалось, эти неизвестные были сотрудниками украинских спецслужб. Я поехал в севастопольское управление СБУ и нормально побеседовал. Там оказались здравые люди, конфликт был исчерпан полностью. Потом, правда, пресса писала, что меня задержали, но это было не так — я сам пришел в местную СБУ.

А через год немного зацепился с ГУВД Севастополя. Мы хотели проехать огромной колонной по улицам города и использовать сцену, смонтированную на площади Нахимова для праздничных мероприятий. Администрация уперлась, заявив, что такой мотопробег осложнит их проведение. Я несколько дней не мог доехать до чиновников, занят был очень. Потом мне рассказали, что местный глава якобы распорядился доставить меня к нему в кабинет живым или мертвым. Я приехал, поговорили с ним, мягко говоря, очень эмоционально. Он говорит: «Нельзя колонной из 500 мотоциклов ехать по городу, хотя бы 300, а остальные пусть по объездной дороге едут на 35-ю батарею». Я ему в ответ: «Не заехать в город будет очень обидно для тех, кто ехал сюда за тысячи километров». В результате вышло по-нашему и очень здорово. Я искренне благодарен за это администрации Севастополя и лично мэру, который сказал, что полностью разделяет принципы «Ночных волков» и будет рад видеть нас снова, поскольку жители города полюбили байк-шоу.

— Чем «Волки» занимаются в обычной жизни?

— Меня это не особенно волнует. Знаю, что в серьезный момент каждый из нас придет на помощь в любое время и в любом месте. Среди нас есть и бизнесмены, и спортсмены, и те, кого принято называть силовиками.

— Иметь семью не возбраняется? Вот у тебя есть семья?

— Один из лозунгов президента «Ночных волков» — «Общее над личным». И потому с семьей у меня проблемы. Я очень завидую хорошим семьям и вообще считаю, что семья — это основа нашего государства. Но даже здесь мы чувствуем тлетворное дыхание Запада. В нашем байк-клубе куча красивых женщин, но одиноких, потому что они не могут ужиться ни с кем. А из-за чего? Феминизм... У нас в клубе знаешь какой один из самых популярных праздников? 8 Марта. Народу собирается — как на байк-шоу. Это всегда что-то из ряда вон выходящее. Последнее празднование заканчивалось таким текстом: «Горче смерти женщина, потому что она — сеть, сердце ее — силки, руки ее — оковы, добрый пред Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею. Екклесиаст, глава 7, стих 26. Поздравляем!» Последовали бурные аплодисменты. Но что поделаешь, мы должны любить женщин такими, какие они есть.

— Что ж ты на Запад так ополчился, коль философия байкерства пришла оттуда?

— Помню, в 80-х приехал я в Западный Берлин, познакомился с мотоциклетной и рок-культурой, увлекся. Понавез домой плакатов, всякой атрибутики. Мать сказала, если я всю эту чертовщину не выкину, она убираться в квартире не будет. Да я и сам чувствовал: не мое это. С тех пор держусь в стороне от таких проявлений культуры, которые для русского человека неприемлемы: черт на спине, всевозможные лозунги типа «Лучше быть первым в аду, чем прислуживать в раю». У нас и так чертей хватает. Знаешь, я считаю, огромная ошибка коммунистов была в том, что они пытались построить государство без Бога. Такое устройство государства можно сравнить с «Титаником», на котором было все: бабло, любовь, но не хватало самой малости — Божьего благословения. Для меня вопрос веры вообще не стоит, потому что я столько раз оказывался между небом и землей, что надо быть полным слепцом, чтобы не видеть: на все есть воля Божья.

— Одной из самых серьезных угроз для России сейчас называют национализм. Ты как думаешь?

— Признаюсь, я к этому отношусь неоднозначно. Знаешь, мне не нравится это аморфное слово — «россиянин». Мне гораздо больше по душе «русский», у нас даже майки выпущены с надписью «Русские мотоциклисты». И вопрос здесь не в национальности, а в состоянии души, потому что даже еврей может называться русским, если он, конечно, православный. На севастопольском байк-шоу была большая делегация мотоциклистов из Дагестана, с которыми у нас полное взаимопонимание и дружба.

А вот случай с убитым футбольным болельщиком «Спартака» показал, что парень ценой жизни спровоцировал очень мощный подъем самосознания против тех, кто пытается нас унизить. Люди, среди которых были не только футбольные фанаты, требовали справедливости, суда и доказали, что они уже не «поколение пепси». Дело не в национальностях, а в том, что по сути встречаются чужие среди своих, которые даже более вредны для общества, чем какой-нибудь экстремист. Национализм национализму рознь, весь вопрос — в справедливости.

— Никто не против справедливости, но, по-твоему, Манежка — это выход? Умные люди говорят, что это только вход, а выхода из нее для такой огромной страны нет.

— Если какой-то г...н избивает русского на национальной почве, то тут однозначно надо дать ему ответ. Но мы не должны продвигать тему национализма в России, потому что тогда пойдем по пути Византии, которая исчезла как империя, когда византийцы стали себя делить по национальному признаку. Поодиночке нас уничтожат. Надо отделять одно от другого. Мы должны сделать так, чтобы тема национализма не развивалась, но вместе с тем мы не должны давать унижать себя.

— Пока это мало кому удавалось — для этого нужно сильное государство. А тебе кто из нынешних политиков импонирует? Ну, не считая Путина...

— Знаешь, я сейчас совершенно по-другому, уважительно стал относиться к таким стояковым людям, как Фидель Кастро, Лукашенко, Каддафи и Чавес, которые выбрали свою линию и стоят на ней до последнего.

— Ладно, закроем политическую тему. Расскажи лучше про свою любовь. К мотоциклам.

— Первой моей любовью стала, конечно, «Ява» с объемом двигателя 250 кубов, так называемая чекушка, которую я затаскивал на этаж, чтобы не угнали. Потом была «Ява-350» — красная. Представьте, 1983 год, мотоцикл куплен на все деньги плюс еще кредит, который я должен выплачивать целый год. Купил, сразу же задрал глушители, потом перекрасил его в черный цвет. Следом был «Иж-Планета», мы называли его еще «Планета смерть», харизматичный такой мотоцикл. Теперь у меня у единственного собран весь ассортимент Ижевского завода, я собираюсь открыть музей мотоциклов советского производства, сейчас буду строить помещение для всех экспонатов.

Помимо этого у меня есть «Ямаха» 200-сильная. Зову ее «Кувалдой» — такая же тяжелая и плохо управляемая. Этот мотоцикл можно назвать серийным дрэгстером — знаешь, специально строят такие мотоциклы для участия в скоростных соревнованиях на прямой со стартом с места, ну а этот серийный с повадками дрэгстера. На самом деле мне западло ездить на стандартных мотоциклах, я обязательно должен с ними что-то сделать, но пока нет специалистов, чтобы изменить «Кувалду» так, как я хочу. В этом плане мне очень хорошо удалось переделать «Хонду», она приобрела такой брутальный вид, под стать тому бензовозу, который является брендом байк-шоу. Безусловно, у меня есть и «Харлей» европейской сборки.

— Почему в России не выпускают мотоциклы, как ты считаешь?

— России нужен свой мотоцикл. Была попытка создать его на уральском заводе, мы тогда даже удостоились титула «Бренд года». Это проект «Волк», очень достойный, сверхуспешный, во многих странах хотели его реализовывать. Тот байк был носителем нашей идеологии. Но, к сожалению, не все от меня зависело, потому что владельцем завода был не я. Завод потерял владельца, проект загнулся. Получилось как в «Собачьем сердце»: вначале рабочие запели хором, потом понесли оборудование, потом полопались трубы отопления, потом заколотили парадные и стали ходить через черный ход. Сейчас завод выпускает мелкосерийную продукцию. Но она абсолютно неконкурентоспособна внутри страны — мотоцикл стоит порядка 10 тысяч долларов. Это не значит, что мы оставили попытки, я все равно доведу дело до конца, и в России обязательно будет свой мотоцикл. У меня на эмблеме написано «Будущее важнее настоящего». Все, что задумано, обязательно сбудется.

Григорий Санин

Ека­те­ри­на Мас­ло­ва

Екатерина Маслова

 

Сделано в Большом / Искусство и культура / Главная тема

 

На сайте Большого театра уже давно работает календарь обратного отсчета: до открытия исторической сцены осталось двенадцать дней, семь дней, пять... Страсти вокруг события кипят пропорционально таймеру — то ведущий солист разоблачит «показушную политику» руководства в открытом эфире, то метрополитен объявит о закрытии станции «Театральная» для работ по шумоизоляции подземной сцены. Чем ближе время «Ч», тем интереснее, с чем приходит коллектив Большого театра на свою главную сцену, супернавороченную, блистающую позолотой и имперским шиком. Что мы получим на выходе — грозного конкурента питерской Мариинке, парижской «Гранд-опера» и лондонскому «Ковент-Гардену» или скучную московскую достопримечательность с фальшивой позолотой былого величия?

Тот самый Большой

За шесть минувших лет общественность имела о Большом весьма смутное представление. Вроде бы что-то ремонтируется, премьеры репетируются, и скандалы с назначением-отставкой ключевых фигур в руководстве регулярно гремят. Между тем театр с 2005 года пережил один из самых тяжелых периодов в своей истории, сравнимый с постреволюционным. Тогда на повестке стоял вопрос о закрытии императорских театров, а работавшие на стороне артисты получали гонорар консервами и дровами. Театру помогли выжить инерция истории и здравый смысл. Сейчас, пожалуй, то же самое. Правда, в начале прошлого века восстанавливать труппу пришлось практически с нуля, а сейчас театр пришел к открытию родного дома с труппой целехонькой, хоть и расшатанной периодом безвременья. Да и в руки получил не ободранный зал с выдранными царскими вензелями, как после революции, а новый ультрасовременный комплекс, напичканный хай-теком и снабженный всей необходимой инфраструктурой. Готов ли театр жить в ТАКОМ театре?

Этим вопросом в Большом озаботились не сейчас и даже не вчера. Приход в директорский кабинет опытного петербургского театрального менеджера Анатолия Иксанова изначально был увязан с началом реконструкции. Предполагалось, что он справится с тяготами походного существования театра и приведет его историческую сцену в завтра с минимальными потерями. Так Иксанов получал двойную нагрузку: собственно труппу с ее ворохом дрязг и проблем и реконструкцию-реставрацию, за которую он формально не отвечал, но был притчей во языцех всех, кому не лень. Позиция директора все это время была хорошо просматриваема и простреливаема; при всех оговорках он все-таки повернул неповоротливую махину нашего византийского театра на запад и некоторые стратегические векторы обозначил. По его инициативе анализом системы управления Большого занялась знаменитая консалтинговая фирма McKinsey. Талмуд ее рецептов очень грубо и очень общо сводится к следующему: либо Большой перенимает мировой опыт и становится нормальным театром эпохи глобализации, либо продолжает пестовать свою «уникальную специфику», и тогда никакой консалтинг, апгрейд и вздутие бюджета ему не помогут. Так же, как не помогают нашей экономике заоблачные экспортные цены на нефть и газ.

Наше все

Сравнивать Большой стоит лишь со сходными по статусу национальными театрами — Парижской оперой, «Ковент-Гарденом», «Ла Скала». У большого американского брата «Метрополитен-опера» все устроено проще и практичнее, чем в Старом Свете, где условия жизни и даже сам факт появления на свет театров был исторически связан с монаршей волей и монаршей казной. За океаном главный театр функционирует как коммерческое предприятие. В Европе и в России — как очень специфичное заведение, жизнь в котором осложнена многими деликатными обстоятельствами. Впрочем, по количеству «обстоятельств» Большой лидирует безоговорочно — и вот почему. После переноса большевистской столицы в Москву его статус «вечно второго» по сравнению с Мариинским резко изменился, а когда власть поняла, что большое искусство — это имидж пролетарской страны, на театр и вовсе надели идеологические оковы. Это не анамнез из истории болезни современного Большого, это лишь выписка из его свидетельства о рождении. Нигде в современном мире власть не диктует репертуар оперному театру, а в наших широтах диктовала, настойчиво и долго. Отсюда скандалы с появлением «чуждого нам репертуара»: например, легендарных уже «Детей Розенталя» или совсем свежих «Воццека» и «Дон Жуана» в опере, «Игры в карты» или «В комнате наверху» в балете. Отсюда редкие, всякий раз воспринимаемые как чудо попытки сотрудничества с зарубежными театрами. Например, «Летучий голландец» или «Волшебная флейта». Отсюда до абсурда доходящие условности в практике приглашения мировых звезд: только находящийся на особом положении оперный режиссер № 1 Дмитрий Черняков может приглашать на премьеры нужные ему голоса, а первый серьезный контракт худрук балета Сергей Филин заключил только сейчас, со звездой Американского театра балета Дэвидом Холбергом. Вечные оглядки на власть и превратно толкованную «национальную специфику» пронизали Большой театр от директорского кабинета до последней гримерки. Возможно, и слухи об уборщицах в звании лейтенанта ФСО в этом контексте не слишком преувеличены. Однако за последние полтора-два десятка лет власти было не до репертуара Большого. Сейчас условия меняются, театр становится снова «центром силы», да и просто модным местом. И если равноудаленность от власти сохранится, а профессионалам дадут заниматься своим делом, то при новых условиях Большой вполне сможет стать мировым театром — равным среди равных.

Тем более что в оперном мире нарастают глобалистские тенденции точно так же, как и в неоперном. Европейские гранд-театры кооперируются, и один и тот же спектакль с незначительными ремарками в составах и деталях кочует по лучшим сценам. Противиться этому процессу — все равно что игнорировать «Макдоналдс». Другой разговор, что не всякий театр к кооперации приглашают, и очень хотелось бы, чтобы Большой театр волновался о своем соответствии мировым стандартам, а не о технической возможности «дружить — не дружить».

За прошедшие шесть лет театр укрепил отношения со своим попечительским советом, но зависимость от мнения власти при этом никуда не делась — известно, что люди в совете тоже не с улицы пришли. Привлеченные спонсоры не меняют картину: около 70 процентов текущих нужд театра оплачивается государством, в бюджете которого театр — национальное достояние выделен особой строкой. Да и спонсоры, отсчитав деньги, могут в результате пользоваться только имиджевыми привилегиями, а не конкретными преимуществами, как во всем мире, — из-за отсутствия у нас закона о меценатстве. А по-другому заработать театру особо и нечем. Разве что билетами? Этот вопрос по-прежнему слабое звено. Вопреки уверениям официальных лиц купить в Большой билеты по Интернету, как во всех цивилизованных театрах, по сей день крайне трудно. Схемы непрозрачны, на первый запрос о билете в Большой театр поисковик отзывается ссылками на фирмы, фирмочки и фирмешки сомнительного толка. По слухам, даже на главный концерт открытия, куда билеты не продавали в принципе, можно достать заветную «проходку» за 15 тысяч евро. Понятно, что каста театральных перекупщиков неискоренима, и я лично переплачивала за билет с рук в Венскую оперу, но театру ради глобального имиджа придется заняться этой проблемой.

Наболел вопрос и с прокатной системой. Тут все четко, как в формуле. Недоверие к слову в театре растет, требования к визуальному эффекту повышаются, оперно-балетное производство дорожает. Соответственно, ради экономической целесообразности во всем мире спектакли идут блоками: 10—12 показов — и в запасники, потом следующий. Так экономятся силы театра и повышается качество спектаклей. К слову сказать, свои премьеры Большой уже несколько лет выпускает по этому принципу. Но в текущей афише еще бывает, что в течение трех дней играют три радикально разных спектакля, энергия распыляется, особого коммерческого смысла в таком разнообразии меню нет. Система блоков позволяет также лучше организовать занятость артистов, ныне не представляющих себя в крепостной зависимости от театра, будь он и Большой.

От партера до буфета

Везде, во всем мире театрам позволительно — и они не брезгуют — зарабатывать на себе. И в «Ковент-Гардене», и в «Ла Скала», и в Венской опере есть напичканные сувенирной продукцией лавочки, а на сайтах ссылки «подарки и покупки», «бары и рестораны» и «афиша текущего сезона» вообще уравнены в правах. Театры не стыдятся быть частью обширного развлекательного бизнеса, когда зритель приходит в театр как на хорошо организованный праздник, а не в тесный загончик, чтобы, стоя на одной ноге, приобщиться к прекрасному. При возвращении на историческую сцену Большой театр ждет еще один обязательный пункт. Всем понятно, что значительное число зрителей приходит в национальную оперу не голоса оценить, а на шикарные интерьеры поглазеть. А если удастся, то и заглянуть за кулисы. Во всем мире для удовлетворения этих «естественных нужд» зрителя водят с экскурсоводом по театру — везде, только не у нас. Говорят, Большой намерен восполнить этот пробел. Учитывая, что интерес к реконструкции театра подогрет многочисленными скандалами и мифами, экскурсиям обеспечен ажиотажный спрос на годы вперед.

Хорошо бы Большому расстаться еще и со снобизмом. Ведь были времена, когда в театре верили, что ему не нужен пиар, поскольку «к нам и так придут». За время вынужденного изгнания выяснилось, что театр себе льстил. Нынешний зритель действительно выбирает между спектаклем и рестораном, так что даже Большому театру, несмотря на былое величие, пора печься о дружественном медиаокружении. Чтоб не пропасть поодиночке, культурная корпорация должна работать в унисон. Похоже, Большой это понимает: например, он стал сотрудничать с каналом «Культура» в проекте оперного телеконкурса. С одной стороны, театр решает собственные проблемы, вбрасывая в медиапространство имена своих солистов и звезд, но в действительности делает популярной старушку оперу. Кстати, хороший пример того, как просветительский проект может быть коммерчески успешным.

Анатолий Иксанов и его команда с радостью повторяют, что теперь театр получит современную пропорцию внутренней и зрительской площадей — четыре к одному. Про удобство для работников и для зрителей все понятно. Важно обратить внимание на то, что это уравнение способно перевернуть художественную политику театра. Сейчас появился камерный зал — значит, театр сможет устраивать рециталы, чтобы соответствовать своему уровню, а не просить, как это было раньше, у филармонии абонемент. Останется в ведении театра Новая сцена, что служила пристанищем все шесть лет, — там теперь будут идти спектакли малого и среднего формата, которым историческая сцена либо великовата, либо слишком классична. Сюда впредь заказан путь любителям бородатого «Бориса Годунова», зато приветствуются поклонники «Светлого ручья» и интеллектуальных одноактных спектаклей.

Историческая сцена, само собой, теперь будет главной площадкой. Дотянет ли ее акустика до уровня «Карнеги-холла» или «Музикферайна», будет ясно только в процессе. Но уже известно, что к открытию театр покажет «Руслана и Людмилу» Глинки в постановке Дмитрия Чернякова. «Наше все», первый композитор России Михаил Иванович написал только две оперы, и эта — единственная альтернатива верноподданнической «Жизни за царя», так что интрига есть. До конца сезона публике обещаны любимый Европой «Кавалер розы» Рихарда Штрауса, никогда не ставившийся в России, загадочная «Чародейка» Чайковского в опере и не бог весть какая новость, а все же полный комплект «Драгоценностей» Баланчина в балете. Уже на следующий сезон, хотя данные еще не обнародованы, запланирован грандиозный каскад балетов Стравинского — любимого в мире и полуизвестного у нас. Если все это удастся сделать, наш национальный бренд имеет все шансы превратиться в транснациональный — Мade in Bolshoi.

Словом, возвращаясь в свой новый старый дом, Большой должен распрощаться со своими фобиями, мифами и скелетами в шкафу. И начать делать новый театр — рациональный, умный, открытый, способный влюбить в себя целый мир.

Лейла Гучмазова

 

Укротитель Дракона / Искусство и культура / Спецпроект

 

У «Ленкома» есть своя стена плача с фотографиями ушедших и незаменимых — Евгений Леонов, Татьяна Пельтцер, Олег Шейнцис… Недавняя потеря Александра Абдулова и Олега Янковского, во многом державших на себе репертуар, плюс фактический уход со сцены Николая Караченцова могли подкосить театр, но этого не случилось. На старые роли введены новые исполнители, и, хотя часть названий исчезла с афиш, появились другие. Лишь одна строка не меняется вот уже тридцать восемь лет — фамилия главного режиссера «Ленкома»…

— Как вам удалось, Марк Анатольевич, столько лет скользить по грани и не свернуть шею?

— Недоработка советской системы! Не так давно ушедший из жизни Виталий Вульф, который знал все и обо всех, рассказывал мне собственную версию событий. После того как в Театре сатиры под запрет попали мои первые самостоятельные спектакли на профессиональной сцене — «Доходное место» и «Банкет», третий прокол мог оказаться роковым. Андрей Гончаров пригласил меня в Театр имени Маяковского, которым уже руководил. Решили ставить «Разгром» Фадеева, но и эта работа оказалась под угрозой закрытия. Начальству не понравилось, что партизанским отрядом командует человек по фамилии Левинсон, а играет его артист Джигарханян. И тут вмешалось провидение. Великая актриса Ангелина Степанова мирно беседовала по телефону с подругой, не менее прославленной Марией Бабановой, разговор плавно катил к финалу, когда вдова Фадеева Ангелина Иосифовна между делом поинтересовалась: «Что у вас новенького?» Служившая с 1927 года в Театре Маяковского Мария Ивановна ответила: «Да вот пришел хороший мальчик, репетировал «Разгром» твоего Саши. Получилось складно, но спектакль, кажется, зарубят, комиссия его не принимает». Степанова возмутилась: «Кто посмел поднять руку на роман председателя Союза писателей СССР?!» Ангелина Иосифовна по стоявшей у нее дома вертушке позвонила могущественному человеку, секретарю ЦК партии по идеологии Суслову и пригласила того в театр. Михаил Андреевич пришел. Поскольку мои умственные способности всегда отставали от завышенных эстетических потребностей, я обратил внимание, что высокий чиновник обут в калоши, которые тогда никто уже не носил. Это обстоятельство сильно меня позабавило, хотя на самом деле думать следовало не о гардеробе гостя, а что от его слов зависит мое будущее. Суслов смирно сидел в ложе, а в конце спектакля встал и громко зааплодировал. Через день «Правда» опубликовала восторженную рецензию об идейно-политическом успехе театра и молодого режиссера Захарова. Так чаша весов качнулась в мою пользу. Хотя многократно случались откаты и в обратную сторону. «Доходное место» запретила министр культуры Фурцева, но к тому моменту спектакль сыграли сорок раз, он успел обрасти легендами. Олег Ефремов сказал мне: «Не расстраивайся, старик! Благодаря скандалу о тебе узнала театральная Москва!» Нет, я не в обиде на Екатерину Алексеевну. Гораздо больше мешали и вредили другие. Был в Главлите полковник Иванов. Одиозная личность! Он регулярно названивал в управление культуры МГК КПСС Валерию Шадрину, который сейчас руководит Международным фестивалем имени Чехова, и требовал, чтобы тот нашел на меня управу. «Солженицына из страны выслали, Любимова гражданства лишили, а с Захаровым справиться не можете! Пожестче с ним, пожестче! Нечего миндальничать!» — инструктировал Иванов. Шадрин говорил цензору в погонах что-то такое успокоительное, но окончательно меня не душил и даже разрешил сыграть «Трех девушек в голубом». Правда, лишь спустя четыре года после начала репетиций спектакля…

— Вы допускали вариант, при котором придется уехать из СССР, жить за кордоном?

— Нет. Никогда! Даже если бы блестяще владел иностранным языком, вряд ли смог бы адаптироваться где-нибудь, кроме России. Что бы делал там? Русское присутствие в западном кинематографе и театральной режиссуре улавливается с трудом. Прорваться удавалось единицам, да и то лишь на короткий срок, потом следовало неизбежное возвращение домой.

— Разве здесь вы не находились во внутренней эмиграции, Марк Анатольевич?

— Может, и так. С другой стороны, именно в «Ленкоме» я привык к постоянным аншлагам, тут выросла наша публика. Гриша Горин много лет назад пересказал мне подслушанный диалог двух старых заслуженных гардеробщиц. Одна говорила другой: «Раньше в наш театр зритель в валенках и тулупах шел, а теперь — в туфлях и болонье!» И дело не в моде. Эта была очень точная характеристика произошедших качественных изменений аудитории. А для кого я работал бы на Западе?

— Нельзя же всю жизнь изъясняться эвфемизмами. Эзопов язык мог однажды надоесть.

— По-иному порой не скажешь. Не из страха или отсутствия свободы. Я вот не хотел бы, чтобы Шварц открытым текстом написал историю, как убить дракона. Евгений Львович выбрал единственно возможный способ объяснить каждому: бороться надо не с внешним врагом, а с собой, задушив дракона внутри. Если рассказать об этом в лоб, исчезнут волшебная философия и глубина. Вслушайтесь: «Я начал завидовать рабам. Они всё знают заранее. У них твердые убеждения. Наверное, потому, что у них нет выбора. А рыцарь… Рыцарь всегда на распутье дорог». Это написано в 1944 году. Непостижимо…

— Но, согласитесь, и для съемок в 1979-м «Того самого Мюнхгаузена» требовалось определенное мужество.

— Я относился к телевизионным опытам как к приятным новогодним историям, где звучит хорошая музыка, снимаются симпатичные мне артисты. Да, возникали отдельные разногласия между идеологами «Останкино» и «Мосфильма». Скажем, на ТВ спокойно отнеслись к судьбе дуры-бабочки из «Обыкновенного чуда», той, что «крылышками бяк-бяк-бяк», а за ней, значит, «воробышек прыг-прыг-прыг». На киностудии же строго заявили: «Не пытайтесь нас обмануть, Марк Анатольевич! Это настоящая эротика на грани порнографии». Песню могли запросто выбросить из картины, если бы не обаяние Андрея Миронова, убедившего комиссию, что никто не собирается устраивать никаких революций, в том числе сексуальных. Еще вежливо попросили убрать из «Обыкновенного чуда» фразу «Стареет наш Королек» и выпад в адрес знатного охотника, который давно не подстреливал дичь, зато с удовольствием сочинял учебники. Мне объяснили, мол, не стоит бросать камни в огород лауреата Ленинской премии по литературе Брежнева, автора бессмертной трилогии «Малая земля», «Возрождение» и «Целина»… С просьбой обратился мой тогдашний куратор с Центрального телевидения Борис Хесин. По-отечески приобнял меня в коридоре «Останкино» и сказал: «Искренне поздравляю, вы сняли прекрасный фильм!» Потом помолчал и продолжил: «Но, может, сделаете маленькую купюру?» Поскольку все было сформулировано мягко и корректно, каюсь, я не сумел отвертеться. Впрочем, застигнуть меня врасплох удавалось редко, я разработал и за долгие годы отшлифовал тактику общения с цензорами. Она не отличалась особой замысловатостью: надо аккуратно записывать замечания и пожелания, конспектировать в тетрадочку, что именно требуют поправить и изменить. Этакая демонстрация покорности. Это производило положительное впечатление на проверяющих, они не могли не отметить, какой покладистый режиссер им попался. Но ведь не факт, что потом я в точности исполнял руководящие указания, правда? Сейчас на руководящих совещаниях, которые нередко показывают по ТВ под видом новостей, тоже все что-то пишут, слушая выступления начальства. Какова судьба этих записей? Думаю, та же, что и у моих пометок: после ухода цензоров я прятал их куда-нибудь подальше и больше не вспоминал.

— Правда, что из окончательного варианта «Белого солнца пустыни» выпала ваша фраза о бригаде бетонщиц, в которую переквалифицировался бывший гарем Абдуллы?

— Такого я точно не писал. Возможно, Мотыль? Он был полноправным хозяином фильма и сценария, а мне заказал лишь письма красноармейца Сухова ненаглядной Катерине Матвеевне…

— Судя по слогу, эпистолярный жанр вам близок, Марк Анатольевич?

— Вынужден вновь разочаровать: ничего личного, банальная поденщина без глубоких подтекстов. Попросили — сделал. Подобного рода беллетристика сочиняется, что называется, не приходя в сознание. Могу сходу надиктовать хоть рассказ, хоть роман, успевайте только записывать: «Степан вышел на крыльцо. Ярко светило солнце, низко летели, крича что-то тревожное, чайки. Степан подумал: «Боже мой, мама! Как же остро не хватает тебя именно сейчас…» И так далее, и так далее. Графомания не самая мудреная штука на свете! Каюсь, у меня есть две изданные книги, но это не художественная литература и даже не чистая мемуаристика, скорее, отдельные мысли, перемежаемые вкраплениями воспоминаний. Опубликовать их решился в зрелом возрасте, а по молодости за бумагомарание брался исключительно ради дополнительной копейки. Именно так появились сценарии «Звезды пленительного счастья» и «Земли Санникова». Это уже потом я начал сам снимать…

— В «Двенадцать стульев» вы позвали Андрея Миронова, с которым дружили со времен работы в Театре сатиры. А в «Ленком» сманить его не пытались?

— Были поползновения. Мы даже пьесу выбрали, начали репетировать, но Валентин Плучек понял, чем дело пахнет, и моментально сделал Андрюше несколько режиссерских предложений, от которых тому было сложно отказаться. Мы откровенно поговорили с Мироновым и пришли к совместному решению, что ему лучше остаться в «Сатире». Все очень по-дружески, без обид. Андрей один из немногих, с кем я общался на ты. Может, еще с Арменом Джигарханяном и считаным количеством артистов. Твердо убежден: между режиссером и труппой должна сохраняться определенная дистанция. Для взаимной пользы. А с Мироновым с самого начала так сложилось. При распределении ролей в «Доходном месте» мне сказали, что он не должен играть главного героя. Я поинтересовался, почему. Ответили: «Отрицательное обаяние». Вот Белогубов — его персонаж. Пообещав подумать, в процессе репетиций я сделал перемонтаж, поменял местами Миронова и Пороховщикова. Андрюша обладал удивительным, не сразу оцененным в театре даром перевоплощения. И Папанов, который зимой 1941-го в тридцатиградусный мороз мерз под Москвой, обороняя столицу от фашистов, поначалу предвзято относился к Миронову. Анатолий Дмитриевич придерживался распространенной теории, что хорошим артистом может стать лишь тот, у кого за плечами большой жизненный опыт, кто сам познал тяготы и лишения. Папанов говорил: «Ну какие трудности были у Андрюши? Черствое пирожное да слегка остывший чай». В действительности способность убедительно сыграть чужую жизнь не зависит от количества собственных проблем. После «Доходного места» Миронову стали охотно доверять главные роли в театре, начался новый этап его творческой биографии.

— Похожая история была и с Янковским?

— О нем я узнал от Евгения Леонова, который снимался с Олегом и посоветовал обратить внимание на молодого талантливого артиста. Янковский служил в драмтеатре Саратова, я там был лишь однажды, да и то проездом. Фильмов с его участием тоже не видел, поэтому в Ленинград, где гастролировали саратовцы, отправился с записанной на листке из блокнота фамилией актера, чтобы не перепутать ненароком, на кого же именно смотреть. Олег играл князя Мышкина в «Идиоте», после спектакля я подошел к нему и предложил встретиться в гостинице, спокойно все обсудить. Но назавтра, грешен, забыл об уговоре, ушел куда-то из номера. Янковский приходит, а меня нет. Неловко получилось. Я потом сильно извинялся, Олег Иванович простил… Кстати, он в свою очередь привел в «Ленком» Инну Чурикову. Она уже снялась у Глеба Панфилова в фильме «Начало», но продолжала играть в театре каких-то зайчиков. У нас Инна Михайловна почти сразу получила роль в «Тиле».

Пельтцер я увел из «Сатиры», когда у той возник конфликт с Плучеком. Хотя мое знакомство с Татьяной Ивановной начиналось с ее ставшего легендарным заявления: «Как только человек ничего не умеет на сцене, сразу мнит себя режиссером!» Позже Пельтцер обогатила театральный фольклор и другими афоризмами, но мне особенно нравится вот этот: «Еще ни один спектакль от репетиций лучше не становился». Обычно Татьяна Ивановна произносила фразу, если я уделял много внимания пьесе без ее участия… Со временем у нас сложились теплые отношения, в конце жизни Пельтцер завещала мне часть личной библиотеки. Томики Ролана, Горького, Писемского, собрание сочинений Островского. Александра Николаевича, разумеется. Такая вот материализованная память о прекрасной актрисе. Не верится, что ее нет с нами почти двадцать лет. Время не все раны лечит! Не представляю, как смириться со смертью Абдулова и Янковского. Они ушли недавно и почти одновременно. Это был страшный удар по «Ленкому», его силу словами не передать. А до того случилась автокатастрофа, выведшая из строя Караченцова…

— Общаетесь с Николаем Петровичем?

— Пробовал, не получается. Рядом должна быть жена, которая переводит то, что хочет сказать муж, а с госпожой Поргиной отношения у меня не сложились… Не нужно об этом, давайте поговорим о более приятном.

— Тарковского вы зазвали в театр по старой дружбе? С учетом знакомства с юного возраста?

— Мы задним числом установили, что в одно время ходили в театральный кружок Москворецкого дома пионеров, но тогда друг друга не заметили. По крайней мере в памяти это не отпечаталось. Товарищеские отношения у нас сложились, когда Андрей ставил «Гамлета» на сцене «Ленкома».

— В какой момент, к слову, вы избавились в названии театра от имени Ленина?

— Если не ошибаюсь, официально в 1991-м, но процесс шел постепенно. В этом здании товарищ Ульянов выступил на Третьем съезде комсомола с зажигательной речью, отдельные тезисы которой использовали потом и лидеры нацистской Германии. В советское время любили цитировать мысль, что надо учиться, учиться и учиться, а Владимир Ильич весьма жестко высказался и о культуре, о целесообразности ее существования. По его мнению, должно было остаться лишь то, что способствует победе пролетариата. Если бы не старания Луначарского, думаю, в СССР и балета не было бы, его попросту запретили бы как чуждое помещичье искусство.

— Ваше отношение к фигуре пролетарского вождя претерпевало трансформацию?

— Безусловно! Если бы сразу знал то, что вычитал позже, не смог бы поставить многие спектакли. Ни «Мои Надежды», ни «Революционный этюд», ни «Диктатуру совести», ни ряд других. Михаил Шатров, автор названных пьес, в какой-то момент убедил меня, что дедушка Ленин все делал правильно, но его идеи извратили и испортили, иначе мы жили бы в коммунистическом счастье. Лишь у Авторханова я прочел, сколь сильным оказалось влияние криминала на партию большевиков, а потом и академик Лихачев рассказал мне о роли морфия в революционном настрое штурмовавших Зимний моряков-балтийцев. Матросы находились под влиянием серьезного наркотического опьянения. Дмитрий Сергеевич знал очевидцев тех событий…

Предложение вынести тело Ленина из мавзолея и похоронить бренные останки рядом с его матерью на Волковом кладбище в Петербурге я делал абсолютно осознанно. Это случилось в прямом эфире телепрограммы «Взгляд», которую в тот раз вел Мукусев. Не желая создавать проблем ведущему, я заранее предупредил, о чем собираюсь сказать. Владимир не возражал, но, будучи человеком более искушенным в телевизионных реалиях, объяснил, что дважды повторить крамольную мысль не получится, поэтому говорить надо не на Дальний Восток и Сибирь, а сразу в выпуске, идущем на центральную часть России. Так я и сделал. Мои слова произвели сильное впечатление на русскую эмиграцию последней волны. Была реакция и внутри страны, правда, несколько своеобразная. Я даже получил письма с угрозами от возмущенных рабочих двух московских промышленных предприятий. Мол, руки прочь от вождя! В одном случае меня приговорили к смертной казни. Признаюсь, не придал значения тем эскападам, не поверил в серьезность опасности.

— За сожжение партбилета перед телекамерами вам какие кары сулили?

— Главное, что я сам пожалел о поступке. Была в нем избыточная театральность, демонстративная нарочитость. В отличие от заявления о необходимости предать земле ленинский прах, где все слова оказались по делу и по месту. В ситуации с партбилетом оправдываю себя стечением обстоятельств. Это же случилось вскоре после ГКЧП. Меня очень задели сообщения о том, что большинство низовых партийных структур — райкомы и горкомы, а также практически все советские посольства и зарубежные представительства поддержали путчистов. После этого я счел невозможным носить в нагрудном кармане красную книжечку с утверждением, будто ее обладатель — ум, честь и совесть эпохи. Не хотел, чтобы меня и впредь ассоциировали с изображенным на обложке государственным преступником. Я пришел в кабинет, положил партбилет вот в эту пепельницу и, поддавшись эмоциональному порыву, сжег перед включенной телекамерой. После чего почти сразу почувствовал внутренний дискомфорт и неловкость. Я ведь видел, как из партии выходил Ельцин. Это выглядело гораздо достойнее и правильнее. С режиссерской точки зрения обратил внимание: пока Борис Николаевич двигался по залу Кремлевского дворца съездов в сторону дверей, сидевшие в зале стыдливо опускали глаза, но едва он поворачивался спиной, неслись проклятия, свист, улюлюканье. Это знают укротители львов и тигров: нельзя отводить взгляд, если хочешь победить хищника…

— Говорят, вы тогда спалили чужой партбилет, Марк Анатольевич?

— Ну, это было бы совсем уж пошло! Не отказывайте мне в наличии хоть какого-то чувства меры… Жест, повторяю, получился не слишком изящный, но что сделано, то сделано. Сегодня наверняка вел бы себя иначе, правда, по иным причинам. С некоторых пор стараюсь без весомого повода не размахивать тряпкой перед носом быка, действую осмотрительнее. Объясню. Россия полностью проиграла борьбу криминальному миру. Людей необязательно пугать смертью, достаточно позвонить по телефону и проговорить вежливым голосом: «У вас ведь есть дочь? Подумайте о ней, не совершайте глупостей». Это бьет по мозгам сильнее коллективных призывов заклеймить ренегата, посягнувшего на Ленина. Коммунисты дальше заклинаний вряд ли пошли бы, а вот звонящие шутить не станут, от них защиты нет… К кому бежать за помощью? В полицию? Анатолий Куликов рассказывал мне, как в бытность министром внутренних дел однажды устроил проверку на дорогах и, никого не поставив в известность, отправил через пол-России партию паленой, фальшивой водки. Грузовик по липовым документам проехал двадцать постов ГАИ, и лишь на двух машину задерживали, на остальных служители закона со спокойной совестью брали взятку и пропускали нелегальный товар. Боюсь, сегодня даже одного неподкупного постового трудно будет сыскать… Впрочем, за подобное утверждение нынче легко нарваться на обвинение в клевете и оскорблении чести мундира. Скажешь слово и по сторонам оглядываешься: не бежит ли кто-нибудь с иском в суд — защищать задетое достоинство?

— А когда вы звали опального Ельцина в театр, страха не испытывали?

— В 1987-м было проще. Я не чувствовал, будто чем-то рискую. Бориса Николаевича уволили из горкома партии, он сидел дома и сам снимал телефонную трубку, поскольку звонили ему редко. Кто же из нормальных людей станет разговаривать с политическим покойником? Уже не вспомню, как раздобыл домашний номер Ельцина, но факт, что пригласил его на «Диктатуру совести», и Борис Николаевич пришел. Спектакль был построен так, что по ходу действия Олег Янковский спускался в зал с микрофоном и задавал зрителям вопросы на злобу дня. Увидев Ельцина, публика потребовала, чтобы тот обратился с речью со сцены. Борис Николаевич говорил с места, но от этого не менее ярко и зажигательно. Я запомнил его слова, что в жизни нет простых решений, действительность гораздо сложнее придуманной кем-то схемы и многие проблемы не одолеть большевистским наскоком. В антракте Ельцин зашел в мой кабинет, где я познакомил его с Юзом Алешковским, автором великой песни «Товарищ Сталин, вы большой ученый». Встреча показалась мне знаменательной: рядом стояли и мирно беседовали известный антисоветчик, отсидевший в тюрьме и эмигрировавший в Америку, и видный партийный функционер, разжалованный едва ли не в рядовые. Событие требовалось как-то отметить. Я предложил: «Может, выпьем по такому случаю?» А дело, напомню, происходило в разгар антиалкогольной кампании, когда за употребление спиртных напитков в неположенных местах сурово карали. Впрочем, сначала требовалось раздобыть, что пить, и это тоже было проблемой. Но наш директор не посрамил честь театра, извлек из тайных запасников бутылку коньяка. И вот когда мы чокнулись втроем, я понял: произошел сдвиг тектонических плит, начинается новый исторический этап…

После спектакля Ельцин попрощался с нами и один пошел по улице в сторону дома. Он жил тогда на 2-й Тверской-Ямской. Я глянул на удаляющуюся спину и… судорожно бросился искать свободную машину. Это теперь перед театром не припарковаться из-за многочисленных авто артистов и зрителей, а двадцать лет назад у москвичей дела с личным транспортом обстояли похуже. В результате удалось найти лишь чахлый «Запорожец» нашего электрика, честно предупредившего, что не ручается, заведется ли его ведро с гайками. Мы настигли Ельцина в конце Настасьинского переулка, и я предложил подвезти его. Мне показалось, Борис Николаевич даже обрадовался. Дальше началось самое сложное: во всех смыслах крупная фигура будущего президента России категорически отказывалась втискиваться в салон «Запорожца». Точнее, сложенное практически вдвое тело с грехом пополам удалось туда впихнуть, но вот ноги не лезли ни в какую! Я подумал: «Будь что будет!» — поднапрягся и с пугающим хрустом протолкнул торчавшие конечности внутрь. Ельцин был мужиком крепким, выдержал. «Запорожец» почти сразу завелся и увез Бориса Николаевича домой, я же на долгие годы дал коллективу театра повод для шуток на тему, как использовать грубую физическую силу в обращении с будущим главой государства…

— Потом ведь Ельцин алаверды подарил вам машину?

— Не мне. Президент присутствовал на очередном нашем юбилее и распорядился выделить на труппу несколько отечественных авто, штук семь или восемь. Без персонального распределения, кому именно. Себе я брать не стал, поскольку и водить-то толком не умею, за руль садился в студенческие годы. С тех пор как появилась положенная мне по рангу худрука служебная машина, что называется, пользуюсь положением.

— Что за история была с распитием спиртных напитков уже в президентском кабинете?

— В начале 90-х Борис Николаевич своим распоряжением отправил меня в Америку получать за него в Голливуде международную премию. Точное название не вспомню, но не «Оскар». Мне вручили увесистую металлическую штуку, внешне напоминающую кубок вроде тех, которые обычно выдают победителям районных соревнований по мини-футболу. Я честно притащил ее в Москву, меня встретили в аэропорту и помогли добраться до Кремля, но на повороте в крыло здания, где сидел Ельцин, сопровождавшие сказали: «Дальше самостоятельно, Марк Анатольевич». И я пошел, проседая под тяжестью приза и сознания, что, видимо, пожизненно связан с Борисом Николаевичем физическими нагрузками. Когда передача трофея состоялась и я вздохнул с облегчением, понимая, что добросовестно выполнил миссию гонца, президент пригласил к столу, сервированному там же, в рабочем кабинете. Композицию венчала бутылка цинандали, на тарелках лежали какие-то закуски. За разговором о жизни мы незаметно выпили все вино. Повисла пауза, которую прервал Борис Николаевич: «Хорошее цинандали». Я не видел оснований возражать. Ельцин предложил: «Повторим?» — и, не ожидая согласия, вызвал секретаря по имени Зина (почему-то я запомнил эту деталь) и распорядился принести еще цинандали. Женщина, услышав слова президента, побледнела и с растерянным видом проговорила: «Извините, Борис Николаевич, это была последняя бутылка…» Решив сгладить ситуацию и перевести все в шутку, я стал громко сокрушаться, что опустошил кремлевские запасы. Ельцин включился в игру, велев проверить закрома. Зина поспешно убежала и… пропала. По всей вероятности, снаряжалась серьезная экспедиция в ближайший к Кремлю гастроном. На беду, и там не нашлось цинандали. Нам принесли красное мукузани. Его мы тоже одобрили, выпили с удовольствием, но у меня осталось чувство, что в государстве не все в порядке. По крайней мере со спиртным…

Если же всерьез говорить о Ельцине, надо отметить его политическую волю, которой сегодня многим остро не хватает. Она была и у Собчака. Анатолий Александрович продемонстрировал ее, переименовав Ленинград в Санкт-Петербург. Никто другой на это не решился бы. В первом мэре Северной столицы гулял веселый авантюризм, он говорил мне, что хочет сковырнуть и «стамеску» на площади Восстания, поставить там статую императора Александра Третьего работы Трубецкого. Но на демонтаж уродующего перспективу Невского проспекта убогого обелиска городу-герою требовались значительные деньги. Собчак отложил проект до лучших времен, которые наступили, увы, без него...

— И Лужкову уже не доделать в Москве того, что хотел. Осталось Юрию Михайловичу лишь взирать на происходящее со стороны. Может, еще в теннис поигрывать, мед собирать да в театр ходить. Если позовут. Вы вот на премьеру «Пера Гюнта» пригласили, не убоялись…

— Староват я, чтобы колебаться с линией партии… Но если говорить начистоту, в тот раз Лужкова я не звал, он, что называется, сам пришел. Вместе с Кобзоном. Меня убедили сообщения средств массовой информации, будто Юрия Михайловича нет в Москве, я решил, что он уже где-нибудь в районе Австрии или Англии. Выясняется, никуда не уехал, здесь… Приходил к нам Лужков и незадолго до отставки. Заметил собственное фото на стене моего кабинета и спросил у директора театра Варшавера: «Давно висит?» Марк Борисович сказал аки на духу: «Да уж лет десять, не менее…» Ответ Юрию Михайловичу явно понравился. Он много сделал для «Ленкома», а мы добро помним. Поэтому я повесил портрет столичного градоначальника и убирать не собираюсь, хотя тот уже год с приставкой «бывший». Не хочу, чтобы Лужков счел, будто все, кому он помогал в прошлом, разбежались, словно тараканы, боясь замараться контактом с опальным экс-мэром. Может, решение о его замене было правильным с точки зрения укрепления властной вертикали, не возьмусь судить о том, в чем плохо соображаю, но методы и стилистика, с которыми все делалось, вызвали у меня раздражение и даже внутренний протест. Слишком грубо и топорно получилось. Впрочем, так обошлись не только с Лужковым, в чем мы убедились в последнее время…

Что касается иных фото, украшающих мой кабинет, забавный эпизод связан со снимком, где изображены молодые Иван Берсенев и Константин Симонов. Как-то к нам пришел тогдашний министр обороны СССР Дмитрий Язов и долго разглядывал фотографию. Я поинтересовался: «Узнаете?» Маршал уверенно ответил: «Конечно! Слева — вы». И указал на Ивана Николаевича, фактического отца-основателя «Ленкома». Я не стал расстраивать человека, ничего не сказал Дмитрию Тимофеевичу, но потом все же попросил нашего завлита подписать снимок, чтобы недоразумение не повторилось…

— Вы дневник никогда не вели, Марк Анатольевич, пометки на полях жизни не делали?

— В этом жанре трудно оставаться до конца искренним и честным. Подобное происходит помимо нашей воли, побеждает подспудное желание выглядеть достойнее, чем в действительности. Умный человек как-то сказал, а я услышал и запомнил, что каждому важно разобраться в том, чего он сам добился в жизни, а что произошло благодаря случаю, стечению обстоятельств. Я много раз пробовал анализировать те или иные ситуации, в которых оказывался, но так и не понял, где конкретно моя заслуга, а за что надо говорить спасибо высшим силам. Грань порой тонка. Во всяком случае, в ангела-хранителя я верю. Вот и батюшка, которому я рассказал поразительную историю принятия строгой комиссией управления по культуре «Юноны и Авось», подтвердил: «Конечно, вам помогли. Даже не сомневайтесь». Мы с Андреем Вознесенским готовились к долгим и кровопролитным боям, сознавая, что с первой попытки спектакль не сдадим. Такого в моей практике отродясь не бывало, я уже приводил вам пример с «Тремя девушками в голубом», которых мурыжили до того, что Татьяна Ивановна Пельтцер начала терять память и забывать роль… Но с «Юноной» все прошло на удивление мирно и спокойно. Это выглядело чудом, фантастическим исключением из печального правила. Тогда-то мы с Андреем и бросились в Елоховский собор, поставили свечку перед Казанской иконой Божьей Матери. Там нам и встретился священнослужитель, сказавший, что на нашей стороне небесные союзники. Он произнес это не терпящим возражения тоном, словно хороший врач-диагност, безошибочно определивший заболевание пациента. Батюшка знал, о чем говорил. Ангел-хранитель решил вмешаться и помочь нам с «Юноной». В моей жизни было несколько случаев, когда я чувствовал руку провидения. Много лет назад в Перми, куда меня направили после института, приключился эпизод, который мог кардинальным образом повлиять на мою дальнейшую жизнь. Я оказался на развилке, предполагавшей два сценария. Мне пришла повестка с требованием явиться в военкомат для прохождения медкомиссии и последующего призыва на срочную службу в армию. Театр составил челобитную с просьбой не рекрутировать молодого и подающего надежды артиста, хотя опытный главреж сразу предупредил: на петицию надежды мало. Действительно, военком взял из моих рук письмо, даже не пытаясь скрыть гримасу крайнего презрения. Мельком посмотрел на лист бумаги и перевел взгляд на окно, мимо которого шел товарный состав. Военком молча следил, как вагоны медленно ползут за натужно пыхтящим паровозом, и о чем-то думал. Я стоял, боясь пошевелиться и прекрасно понимая, сколь многое сейчас решается. Наконец хозяин кабинета очнулся от мыслей и, не поворачивая головы, отрывисто бросил: «Ладно, идите! Рассмотрим вашу просьбу». Меня без отрыва от производства зачислили в химики-разведчики, какое-то время я ходил на курсы, исправно пытаясь получить военное образование, пока все не закончилось моим досрочным отъездом в Москву. Нину, с которой мы официально расписались именно в Перми, пригласил в труппу Андрей Гончаров, согласившись заодно посмотреть и мужа. Правда, при ближайшем рассмотрении он не испытал ко мне как к актеру ни малейшего любопытства, не позвал в свой театр... Так я остался рядовым необученным без воинского звания. Что же касается Перми, я наведывался туда в 1996-м в свите Бориса Ельцина, совершавшего предвыборный тур по стране. Заехал в драмтеатр, в котором начинал, встретил женщину-реквизитора, проработавшую там все это время. Она меня узнала, мы обнялись и стояли так несколько минут. Что-то говорить, вспоминать совсем не хотелось. Правда, тем же вечером в гостиничном ресторане я слушал, как входивший со мной в группу поддержки кандидата в президенты России заслуженный и уважаемый артист Петр Вельяминов со смехом рассказывал тоже много сидевшему в сталинских лагерях коллеге Георгию Жженову о годах, проведенных им в пермском «филиале» ГУЛАГа. Хохотали, словно в этом могло быть хоть что-то комичное. Услышанное не казалось мне слишком веселым, но вслух говорить я ничего не стал, лишь подумал, какие причудливые формы способны принимать воспоминания…

— От чего у вас сегодня могут опуститься руки?

— Лучше спросите, как мне удается их поднимать! Увы, чем дольше живу, тем труднее нахожу поводы для оптимизма.

— Ну да, все же вы — Мрак Анатольевич!

— Порой именно сумеречный взгляд позволяет рассмотреть светлые стороны в окружающей серости. На днях в антракте я увидел среди зрителей смутно знакомое лицо. Вероятно, мы встречались с этим человеком много лет назад, но он бросился ко мне с такой беззаветной радостью, что я не мог не ответить взаимностью. Мы стали обниматься, словно старые друзья. Когда же я выбрался из объятий, то услышал: «Ну, Марк, рассказывай. Ты сейчас где?» В ту секунду стало понятно: жизнь удалась! Другой, менее уверенный в себе гражданин, возможно, и впал бы в депрессию от удара в солнечное сплетение, я же вспомнил цитату из творческого наследия красноармейца Сухова. Боец пролетарского полка имени товарища Августа Бебеля говаривал: зазря убиваться не советуем! В этом я с Федором Ивановичем Суховым согласен. Абсолютно!

Андрей Ванденко

 

Шик-блеск / Искусство и культура / Главная тема

 

Накануне торжественного открытия главной сцены страны «Итоги» встретились с человеком, которого по праву называют главным летописцем восстановления Большого театра. Это Михаил Сидоров, представляющий группу «Сумма», которая последние два с половиной года управляла генеральным подрядчиком реконструкции и реставрации театра. Вместе с ним «Итоги» прогулялись по самым укромным уголкам обновленного шедевра, услышав из уст нашего гида много такого, о чем вряд ли узнает обычный зритель Большого театра.

— Михаил Владимирович, реконструкция шла так долго, что обросла мифами. Развейте их, будьте добры.

— Среди устойчивых мифов, кочующих по страницам СМИ, история про 16-кратное превышение сметы проекта. Впервые эта цифра появилась несколько лет назад, когда Счетная палата выявила проблемы с оплатой проектных работ в 2003—2008 годах. Но эта цифра так запала в душу, что ее регулярно применяют ко всему объему реконструкции и реставрации Большого театра.

Другая утка — рассказы о том, что от прежнего здания театра ничего не осталось — ни стен, ни интерьеров. На самом деле проект по спасению Большого театра собрал в Москве элиту российской реставрационной школы, мастеров, которые буквально по крупицам воссоздали интерьеры имперского театра, спасли от гибели предметы и росписи музейной ценности. А старинные стены театра теперь надежно стоят на современном фундаменте. Такая уникальная работа не могла быть выполнена в авральные сроки. И поэтому те шесть лет, которые театр был закрыт, были реально необходимы для полной реконструкции и реставрации исторического здания.

Важно понимать, в каком виде это здание находилось в 2005 году. Когда строители и реставраторы получили к нему доступ, выяснилось, что несущие стены разошлись на отдельные куски. Износ стен составлял 70 процентов. Да и фундамент под зданием представлял собой огромное количество разрозненных фрагментов.

— Кто довел до такого состояния главный театр страны?

— Во всем, как водится, виноваты столичные пробки. В конце XIX века в Москве стали расширять улицы, чтобы было удобнее ездить. Речку Неглинку убрали в трубу, которая теперь проходит под Неглинной улицей. В результате грунт под театром начал высыхать, что не могло не сказаться губительно на Большом. Дело в том, что архитектор Кавос в середине XIX века строил это здание на фундаменте, доставшемся еще от сгоревшего театра Осипа Бове. Его основой были дубовые сваи, вбитые в болотистый грунт. Дуб, как известно, в воде не гниет. Но когда Неглинку пустили через новое русло, грунт высох, дубовые сваи рассыпались в труху и весь вес здания перенесся на кирпичное основание, которое не выдержало. Первые трещины пошли по зданию в 1890 году со стороны Петровки. Приехал архитектор Рерберг и сразу заговорил о необходимости капитальной реконструкции. Однако прошло 115 лет, прежде чем она началась. Все эти годы история здания — это история постоянных ремонтов, попыток что-то и как-то подлатать. В 2005 году реставраторы и строители получили возможность снять слои грунта, и выяснилась страшная правда. Состояние Большого театра было не просто аварийным, оно было критическим, речь уже шла о том, что здание в любой момент может рухнуть.

— Как спасали Большой?

— Это был уникальный инженерный проект. Было решено поставить здание на несколько тысяч стальных свай. И для начала из-под него три года буквально вручную, потому что ни один грузовик не прошел бы, выносили остатки старого фундамента: горы кирпича, куски цемента. Вместе с этим шла работа по созданию новых подземных пространств — 175 тысяч кубометров грунта подняли наверх! После окончания этих работ под историческое здание, висевшее, по сути, в воздухе, залили железобетонный фундамент.

Теперь предстояла самая ответственная операция, совпавшая по времени с приходом в проект новой команды из нашей компании: опустить старинное здание на новый фундамент. Инженеры установили по всему периметру датчики, которые должны были фиксировать любые изменения внутри стен Большого театра. В это время строители одну за другой срезали стальные сваи, чтобы здание плавно опустилось на новое основание. Это заняло целый месяц, и, когда наконец здание село и на всем его протяжении перекос составил два миллиметра, стало ясно, что шедевр мы спасли. Только после этого пришла очередь реставраторов. К этому моменту они уже несколько лет реставрировали детали интерьера в своих мастерских. Теперь появилась возможность приступить к восстановлению внутреннего убранства. Параллельно шел монтаж сложнейшего сценического оборудования. Работы вели немецкие специалисты, которые ранее занимались реконструкцией «Ла Скала» и «Ковент-Гардена». В результате сцена Большого собрана из семи огромных конструкций, которые могут подниматься и опускаться вместе и по отдельности при помощи самой мощной в Европе гидравлической машины, управляемой компьютером.

— Признаться, после реставрации театр мало похож на тот, что закрывался на ремонт.

— Интерьеры Большого театра в прошлом веке сильно пострадали, где-то на 30—40 процентов. При реставрации ключевой задачей было сохранить те элементы, которые датировались XIX веком. По каждому из них принималось отдельное решение. Сначала очищали его от краски, внимательно изучали. Если элемент относился к XIX веку, сохраняли его в полном объеме. А элементы прошлого века аккуратно изымались и затем из аутентичных материалов, по старинным технологиям воссоздавались заново. На каждую мельчайшую деталь приходились тома архивной документации. Такой подход дает нам право говорить, что мы получили имперский театр, в который возвращено все то, что было утрачено в XX веке.

— Можете привести примеры?

— Вот, к примеру, драматическая история гобеленов, которые были изготовлены по случаю коронации Николая II и украшали историческое Императорское фойе. Если сейчас приглядеться, можно увидеть: двуглавые орлы и вензеля императора Николая Александровича отличаются по цвету от основы. Когда в 20-е годы прошлого века этот зал переименовали в Бетховенский, пришли люди с ножницами, вырезали вензеля и вшили вместо них цветочные орнаменты. Но и это было не самое страшное. В 1974 году, перед двухсотлетием театра, гобелены отправили в химчистку, после которой они начали буквально рассыпаться. Когда реставраторы обсуждали план их спасения, предложили просто снять их и отдать в музей, а взамен соткать новые. Но наши мастера придумали ноу-хау: изобрели специальную кисть из хлопка, которой предложили очищать эти ткани. Взяли на себя ответственность и этими кистями оттирали ткань с двух сторон в течение пяти лет. В мастерской тканей создали основу под утраченные элементы, а гобеленщики восстановили узор. Конечно, само включение этих элементов выпадает за рамки научной реставрации, но без них невозможно. Практически над каждым элементом работало несколько групп. Только внутри здания работали 956 человек, и еще от полутора до двух тысяч реставраторов трудились в своих мастерских. Я общался со многими из них, и люди говорили о том, что, возможно, эта работа является самым важным моментом в их карьере.

Не менее сложной задачей оказалось восстановление тканей, из которых были выполнены шторы и обивка кресел в царской ложе. Эти ткани цвета раскаленного чугуна и с очень большой концентрацией нитей заказывали в 1895 году к коронации Николая II. Сегодня единственная в мире мастерская старинных тканей существует в Москве, на территории Новоспасского монастыря. Ткачихи работают исключительно на ручных станках. Сама история появления мастерской необычна. В 30-х годах Сталин распорядился начать строительство Дворца Советов на месте взорванного храма Христа Спасителя. Для его отделки собирались применить самые дорогие, самые качественные материалы — лучше, чем в царских дворцах. Со всей страны собрали лучших ткачих, чтобы они учились ткать на жаккардовых станках. Дворец так и не построили, но мастерицы пригодились. Они работали на восстановлении дворцов в Гатчине, Петергофе. Работа очень тонкая: самой простой ткани без рисунка в день выходит один метр. При реставрации Большого три года ушло на изготовление 750 метров шелковой ткани для штор и драпировки.

Вообще люди здесь бились по-страшному, чтобы доказать, что они лучшие в профессии. Доходило до курьезов. Фасад здания до войны украшали музы, которые погибли при бомбежке. И вот звоню как-то пресс-секретарю Дирекции по строительству, реконструкции и реставрации Евгении Васильевой, но телефон не отвечает. Когда наконец дозвонился, выяснилось, что она была на совещании по поводу муз. Я, мягко говоря, удивился: что можно так долго обсуждать? Оказалось, чуть не до драки дошло, когда стали выяснять, сколько складок должно быть на тунике музы — две или три. Муз сдали только в августе, потому что реставраторы, скульпторы и историки между собой долго не могли договориться. Для нас с вами эти нюансы незначительны, а для специалистов очень важны.

— Наверное, расставаться с Большим было непросто.

— Да уж... Например, на квадриге работала бригада известных на всю страну реставраторов во главе с Владимиром Евгеньевичем Никифоровым. Такие колоритные бородатые дядьки, которые восстанавливали бронзу на половине памятников Питера. Им пришлось повозиться с Аполлоном. Выполненный методом гальванопластики и полый внутри, он сильно пострадал, потому что во время войны его посекло осколками бомб и вода затекала ему внутрь, скапливаясь, в частности, в пальцах. И когда замерзала, то расширяла их. Аполлон стал выглядеть как подагрик... А что касается лошадей, то мастера специально ездили смотреть слепки их зубов, потому что задние зубы у лошадей Клодта были сточены. Специальный человек в бригаде был, который за зубы отвечал, его называли «дантистом»... И вот на День города назначено торжественное открытие квадриги, а мастера не хотят расставаться со своим детищем. Владимир Евгеньевич почти плакал. И до сих пор он каждый месяц пишет Жене Васильевой: «Как там мой мальчик?» — имея в виду Аполлона, и Женя шлет ему фотографии.

— Многих, в том числе и Николая Цискаридзе, смутило, что отделка зрительного зала выполнена из папье-маше...

— Это действительно так, и вот почему. Зрительный зал — ключевая точка всех работ. 156 позолотчиков работали над восстановлением золочения, но самым главным было восстановить уникальную акустику. Зрительный зал Большого был задуман Альбертом Кавосом как большая скрипка. В самом деле, если посмотреть на театр в разрезе сверху, вы увидите, что зрительная часть, с изгибом переходящая в сценическое пространство, напоминает корпус скрипки. Продолжая эту метафору, Кавос отказался при отделке стен от каких-либо материалов, кроме резонансной акустической ели — материала, из которого делают скрипки, виолончели и гитары. А для лепнины мастер намеренно, чтобы ничто не мешало распространению звука, отказался от гипса и использовал папье-маше. Из него было сделано все — от элементов лож до фигур атлантов. Только имперские гербы и фигурки мальчиков путти, украшавшие царскую ложу, были гипсовыми. Работая дальше над акустикой, Кавос поставил пол под углом на специальную воздушную подушку. Пустое пространство тоже влияло на звук. Оркестровую яму посадил «на барабан», то есть под ней тоже находилось пустое пространство, которое резонировало.

К концу XIX века зал Большого театра был лучшим по акустике, но в советское время все это постепенно уничтожили. Зал расширили с 1740 до 2185 мест, выкинули старые кресла, поставили маленькие неудобные стулья, перегородки сделали из ДСП, в качестве изоляции использовали пенопласт, папье-маше отбили, замазывая чем угодно, в некоторых местах даже цементом. Пол в 1950—1960-е годы выровняли, что ухудшило видимость в партере. Когда нашли «барабан» под оркестровой ямой, решили, что это недодел, и залили его цементом. В результате в рейтинге оперных театров к 2000 году Большой занимал лишь 55-е место. Именно поэтому, когда говорили, что надо спасать акустику театра, за эталон взяли XIX век. Привлекли к работе ведущих немецких акустиков. Каждый белый элемент, который сегодня можно видеть в зрительном зале, — это вставки из резонансной ели. От оригинала сохранилось только 50 процентов, все остальное пришлось заменять. Панели проверяли на качество звука в трех российских институтах. Следовало добиться, чтобы каждая новая панель отражала звук, как старая. С этой же целью убрали пенопласт, гипс и вернули папье-маше. Нам повезло — на Алтае нашли фабрику, где делают настоящий папье-маше, до сих пор варят бумагу из опилок в чанах. Наши реставраторы им годовой план выполнили.

— В результате реконструкции площадь Большого увеличилась в два раза. За счет чего?

— За счет подземного пространства. Там разместили суперсовременный репетиционный зал-трансформер, в котором также расположится студия звукозаписи Большого театра.

Подземный зал интересен тем, что полностью трансформируется. В нем пять верхних элементов и три нижних. Они могут превращать зал в партер с амфитеатром или в просторное фойе. Чтобы трансформировать пространство, нужно 30 минут и два человека. Управляется все с компьютерного пульта.

В нижней части театра также проведена большая работа, чтобы звук не гулял туда-обратно. Предусмотрены деревянные панели, которые будут закрывать зал на время звукозаписи. Есть дополнительный специальный акустический занавес.

Кстати, когда проект репетиционного зала обсуждали со столичным начальством, они просто-напросто предложили сделать сверху и снизу бетонные плиты, на что получили отповедь от директора ГАБТа Иксанова. Репетиции в таких условиях — между двух бетонных плит — приведут к тому, что мы получим целый оркестр и хор инвалидов по слуху.

— Сложно ли было бороться с бюрократией?

— Конечно. Были свои курьезы. Когда мы реставрировали Хоровой зал, докопались до красочного слоя 1856 года, нашли аутентичный колор. Реставраторы выполнили эталонную покраску, но когда пришла комиссия, ее специалисты начали кричать, что, мол, цвет жутко депрессивный, болотный и в парадных залах неприемлем. Потом благодаря архивам выяснилось: Кавос очень торопился к коронации и чем было, тем и покрасил. И лишь спустя две недели там все перекрасили в нужный цвет. Вот и нам пришлось перекрашивать.

Кстати, не случайно именно Хоровой зал был отреставрирован в первую очередь. Потому что слишком многие говорили, что ничего из этого не выйдет. Но 2 февраля 2010 года строители и Большой театр в первый раз дали возможность музыке снова зазвучать в исторических стенах. Сюда, в этот зал, пришли солисты молодежной оперной программы ГАБТа. Было видно, как волновались эти ребята, у них, как говорится, колени тряслись. Это поколение артистов, которое никогда не выходило на историческую сцену Большого. Но именно тогда нам стало ясно, что это не просто рядовая стройка. Гений места вернулся — это и есть тот самый великий театр Империи, а не новодел.

Анастасия Резниченко

 

Сбой программы / Парадокс

 

За все время существования медицины врачи пытались определить причины возникновения у человека различных заболеваний. Написано и защищено немало работ по профилактике и способам предотвращения, например, артериальной гипертонии, сахарного диабета, болезней легких и сердечно-сосудистой системы. Однако люди продолжают болеть, зачастую соблюдая все рекомендации врачей. Порой даже правильное питание, здоровый образ жизни, изнуряющие диеты не способны избавить человека от недуга. А все потому, что еще в детстве его неправильно запрограммировали.

Больше — лучше

Специалисты кафедры анатомии, физиологии и гигиены человека Чувашского государственного педагогического университета им. И. Я. Яковлева решили выяснить, почему одни люди хронически здоровы, а другие — хронически больны, хоть и ходят неустанно по врачам. По словам заведующего кафедрой доктора медицинских наук Дмитрия Димитриева, они изучили около 5 тысяч работ по развивающемуся в медицине направлению «Эпидемиология течения жизни» и пришли к выводу, что многие заболевания... программируются еще в период внутриутробного развития и в первые годы жизни. Оказалось, что воздействие отрицательных факторов на здоровье в различные периоды развития человека имеет неравное значение для последующей жизни. Именно так и формируется программа, от которой зависит все — наше самочувствие, успехи и даже образ жизни.

«Гипотеза внутриутробного программирования жизни основывается на хорошо известном науке факте, что в этот период происходит формирование органов, регуляторных и защитных механизмов, закладываются структурные и функциональные основы высшей нервной деятельности», — рассказывает Димитриев. Гипотезу подтвердили исследования, проведенные в разных странах мира. Основным показателем, по которому оценивалось качество развития плода, была масса тела ребенка при рождении. Оказалось, что адаптация плода к недостаточному питанию, вследствие чего ребенок рождается с малым весом, в полтора раза увеличивает риск заболеваний сердечно-сосудистой и эндокринной систем. Ученые выявили, например, что маленький вес новорожденного, до 3 килограммов, существенно повышает риск развития бронхиальной астмы в детстве. Установили также связь между массой тела при рождении и уровнем артериального давления, параметрами высшей нервной деятельности, состоянием вегетативной нервной системы не только у детей, но и у взрослых. Например, в Великобритании в ходе наблюдений выяснили, что у людей в возрасте 36—53 лет систолическое артериальное давление напрямую зависело от массы тела при рождении. С каждым килограммом оно было ниже на 0,4 миллиметра ртутного столба. Маленькая масса тела приводит к еще одному фактору — ускоренному росту ребенка после рождения. При этом доказано, что дети, которые первые годы жизни ускоренно росли, в 7 лет имели повышенное артериальное давление.

Есть и другая сторона медали — очень толстенькие новорожденные (а это бывает, когда мама ест во время беременности слишком много вредной пищи) часто «запрограмированы» на нарушение обмена веществ, ожирение, сахарный диабет в будущем.

Масса тела является лишь маркером, который указывает на различные нарушения в период внутриутробного развития. Их может быть множество, например инфекционное заболевание матери во время беременности. Если же мать, вынашивая плод, переживает стресс, в этом случае у ребенка появляется риск отставания в умственном развитии.

Критические годы

Но риски, заложенные до рождения, не единственные. Оказывается, у человека имеются определенные критические периоды, когда в наш организм «загружаются» болезни. Дмитрий Димитриев поясняет: «Любое воздействие на орган или систему в период ее формирования изменяет структуру и функцию этих органов или тканей настолько сильно, что изменения никак не могут исчезнуть или преобразоваться в течение последующей жизни».

Таких периодов выделили несколько — ведь не все системы организма развиваются синхронно. «Для различных систем и органов существуют разные критические периоды, но они все заканчиваются подростковым возрастом, у взрослого человека их нет», — уточняет Димитриев.

Более того, у некоторых систем есть несколько таких периодов. Так, например, для формирования пулов клеток иммунной системы важными являются 8—10-я неделя внутриутробного развития, затем вплоть до рождения формируются основные элементы системы. С момента рождения до 1 года она созревает, а с года до наступления половой зрелости формируются механизмы иммунной памяти. Все эти периоды являются для иммунитета основополагающими, и отрицательные воздействия, в первую очередь химические (алкоголь или лекарственные препараты), могут повлечь развитие аутоиммунных заболеваний и аллергий во взрослом возрасте. Так, установлено, что пренатальное воздействие химических веществ может вызвать повышенный уровень содержания иммуноглобулина в легких и гиперчувствительность дыхательных путей к воздействию метахолина, что свидетельствует об астме.

Критические периоды также могут быть связаны с какими-то новыми социальными событиями, например началом обучения в школе. Ребенок при этом испытывает большие нагрузки, а также у него начинает формироваться новая структура в головном мозге, обеспечивая нормальное развитие. В это время особо чувствительной является нервная система, однако для нее это не единственное испытание: второе начинается в подростковом возрасте, когда меняются психология и сознание.

Разорвать цепь

Помимо прочего, в рамках программирования жизни исследователи определили и наличие цепей риска. Это определенные последовательности связанных между собой воздействий, которые приводят к повышению риска заболевания. Цепи делят на два класса. К первому относятся такие, где одно воздействие не только повышает риск последующего, но и само оказывает влияние на вероятность заболевания. Это так называемая кумулятивная модель — то есть риск все время повышается от звена к звену цепи. Бывает и иначе: одно воздействие лишь порождает появление другого, но само по себе не ведет к заболеванию. Тут только конечное звено является «триггером», приводящим к недугу. Пример такой цепи привел доктор Димитриев: у матери во время беременности были патологии, вследствие чего ребенок рождается с недостаточной массой тела (ниже 2500 граммов). У детей, которые имеют проблемы на раннем, внутриутробном этапе развития, обычно снижено внимание. У них чаще бывает синдром нарушения внимания — гиперактивности. Поступив в школу, такой ребенок не может нормально учиться, воспринимать информацию. Его переводят в школу для отстающих, где учатся социально неблагополучные дети, с ними он начинает, допустим, курить.

Но неужели эти цепи нельзя никак прервать и, родившись с малым весом, человек обречен иметь большие проблемы со здоровьем в будущем?

Ученые успокаивают, что программирование жизни лишь показывает, что у людей, переживших негативные воздействия, в критические периоды повышается риск заболевания, они не обязательно заболеют. Однако сухая статистика говорит о том, что число недугов у людей со «сбоями» в программе намного выше. При этом у медиков есть рецепты, как не допустить или прервать цепи болезней.

Правильная настройка

Специалисты утверждают, что программу жизни и здоровья человека закладывает в первую очередь будущая мама. И чтобы в ней не было сбоев, за два-три месяца до зачатия женщина не должна курить и выпивать. Не говоря уж о том, чтобы пить и курить во время беременности. Одно из исследований западных ученых выявило, что концентрация никотина в крови плода в три раза выше, чем у самой женщины, следовательно, все его органы развиваются в бульоне канцерогенов. Доказано, что курение во время беременности, кстати, приводит к уменьшению массы плода со всеми вытекающими отсюда последствиями. Более того, у беременных не должно быть даже контакта с курящими.

Также нужно ограничить воздействие на будущую мать химических веществ. Нельзя делать дома ремонт, завозить новую мебель. «Мебель, красители и отделочные материалы выделяют токсические вещества, в том числе первого класса опасности», — говорит Димитриев. Если же ребенок уже родился с недостаточным весом и родители видят, что он отстает, имеет проблемы в развитии, медики рекомендуют выделять таких детей и проводить целенаправленные развивающие мероприятия. Чем раньше будет сделана коррекция, тем лучше будет протекать дальнейшая жизнь, а следующие периоды риска пройдут спокойнее.

Выходит, что наша жизнь программируется не только генетически, как предполагалось всегда. Помимо наследственных заболеваний человек может получить целый букет недугов, даже не участвуя в их формировании. А риски стать инвалидом во взрослом возрасте закладываются в самом раннем детстве. Стоит ли теперь считать, что исход жизни и болезни в старости у людей, родившихся с плохой программой, предрешены? Скорее всего нет. Таким людям нужно лучше следить за собственным здоровьем и пытаться разрывать цепи рисков, о которых может поведать врач, изучив программу жизни.

Владимир Крючков

 

ТВ-рейтинги с 17 по 23 октября / Телевидение

 

Показатели доли телеканалов рассчитываются без учета реального времени их вещания в течение анализируемых эфирных суток

Среднесуточная доля каналов (Москва)

НТВ  (16.8%) ПЕРВЫЙ КАНАЛ  (13.4%) РОССИЯ 1  (12.8%)  СТС (7.7%)  ТНТ (7.7%)  ТВ ЦЕНТР (4.6%)  РЕН ТВ (4%)  ПЯТЫЙ КАНАЛ (3%)  РОССИЯ К (2.9%)  ДОМАШНИЙ (2.8%)  ЗВЕЗДА (2.2%)  ПЕРЕЦ (2%)  ТВ-3 (1.8%)  СЕМЁРКА (1.7%)  РОССИЯ 2 (1.6%)  2X2 (1.1%)  MTV (0.9%)  МОСКВА-24 (0.9%)  DISCOVERY CHANNEL (0.8%)  МУЗ-ТВ (0.7%)  РОССИЯ 24 (0.7%)  3 КАНАЛ (0.6%)  TV 1000 РУССКОЕ КИНО (0.6%)  EURONEWS (0.4%)  EUROSPORT (0.4%)  TV 1000 (0.4%)  ДОВЕРИЕ (0.1%)

Среднесуточная доля каналов (Санкт-Петербург)

НТВ  (16%) ПЕРВЫЙ КАНАЛ  (13.4%) РОССИЯ 1  (11.1%)  ПЯТЫЙ КАНАЛ (10.1%)  СТС (6.4%)  ТНТ (6%)  РЕН ТВ (3.7%)  ИЗМЕРЯЕМОЕ ЛОКАЛЬНОЕ TB (3.6%)  ДОМАШНИЙ (3%)  ЗВЕЗДА (2.5%)  РОССИЯ К (2.2%)  ТВ3 (2%)  ТВ ЦЕНТР (1.9%)  ПЕРЕЦ (1.8%)  СЕМЁРКА (1.7%)  РОССИЯ 2 (1.2%)  2X2 (0.9%)  РОССИЯ 24 (0.9%)  МУЗ-ТВ (0.8%)  MTV (0.6%)  EURONEWS (0.4%)

Среднесуточная доля каналов (Россия)

ПЕРВЫЙ КАНАЛ  (16%) НТВ  (15.2%) РОССИЯ 1  (14.4%)  СТС (8%)  ТНТ (7.7%)  ПЯТЫЙ КАНАЛ (4.2%)  РЕН ТВ (4%)  ТВ ЦЕНТР (2.9%)  ДОМАШНИЙ (2.3%)  РОССИЯ К (1.7%)  ПЕРЕЦ (1.7%)  ТВ3 (1.6%)  СЕМЁРКА (1.6%)  ЗВЕЗДА (1.6%)  РОССИЯ 2 (1.3%)  МУЗ-ТВ (1%)  MTV (0.8%)  РОССИЯ 24 (0.8%)  2X2 (0.7%)  EURONEWS (0.2%)

20 программ с самым высоким рейтингом (Москва)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 31,5 11,8 Ср•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 22,0 8,4 Ср•Первый•Пусть говорят 21,7 7,9 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 22,9 7,9 Вс•НТВ•Чистосердечное признание 20,8 7,7 Ср•НТВ•Футбол, Лига чемпионов УЕФА 23,7 7,5 Пн•Первый•Черные волки, сериал 19,4 7,3 Пн•Первый•Время 19,2 7,2 Пн•ТНТ•Интерны, сериал 18,9 7,2 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета, х/ф 19,4 6,9 Вс•НТВ•Тайный шоу-бизнес: Папики 18,5 6,5 Сб•НТВ•Ты не поверишь! 17,9 6,2 Сб•НТВ•Русские сенсации, Градус отчаяния 17,5 6,2 Вс•НТВ•Центральное телевидение 15,8 5,9 Пт•НТВ•Казнокрады, КГБ против МВД, д/ф 17,8 5,7 Пт•ТНТ•Битва экстрасенсов 16,2 5,6 Пн•Первый•Интервью Владимира Путина 14,8 5,6 Вс•Россия 1•Вести недели 15,2 5,6 Сб•Россия 1•Счастье есть, х/ф 17,6 5,6 Сб•Первый•Большие гонки 16,2 5,3

Топ-20. Новостные и аналитические программы (Москва)

Канал • Программа Доля Рейтинг Пн•Первый•Время 19,2 7,2 Вс•Россия 1•Вести недели 15,2 5,6 Чт•НТВ•Сегодня вечером (19,00) 19,7 5,2 Вс•НТВ•Сегодня, Итоговая программа 15,2 5,2 Вт•НТВ•Сегодня (23,15) 17,5 4,9 Пн•НТВ•Сегодня 20,4 4,6 Вс•Россия 1•Местное время 17,5 4,3 Вс•Россия 1•Вести (14,00) 15,9 4,0 Пн•Россия 1•Вести (20,00) 10,9 3,8 Пн•НТВ•Сегодня днем (16,00) 22,8 3,8 Вс•НТВ•Сегодня днем (13,00) 15,9 3,8 Ср•Первый•Вечерние новости 15,3 3,5 Ср•Первый•Новости (9,00) 37,0 3,5 Вс•Первый•Время, Информ,-аналитич, программа 9,0 3,3 Ср•Первый•Новости (8,30) 34,0 3,1 Вс•Первый•Новости (12,00 сб, вс) 12,3 2,9 Вт•Первый•Новости (15,00) 18,7 2,8 Чт•Первый•Новости (7,30) 30,7 2,7 Ср•Россия 1•Вести (8,00) 30,5 2,7 Ср•Россия 1•Вести (7,00) 41,8 2,5

Топ-20. Кинофильмы и телесериалы (Москва)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 31,5 11,8 Ср•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 22,0 8,4 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 22,9 7,9 Пн•Первый•Черные волки, сериал 19,4 7,3 Пн•ТНТ•Интерны, сериал 18,9 7,2 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета 19,4 6,9 Сб•Россия 1•Счастье есть 17,6 5,6 Сб•СТС•Люди в черном-2 14,5 5,2 Вс•ТВ Центр•Подруга особого назначения, сериал 13,7 5,0 Ср•ТНТ•Универ, Новая общага, сериал 13,5 4,8 Вс•Россия 1•Доярка из Хацапетовки, Вызов судьбе, сериал 18,8 4,6 Вс•Россия 1•Обет молчания 12,7 4,1 Пт•СТС•Люди в черном 11,3 4,0 Пн•ТНТ•Элвин и бурундуки 10,5 3,9 Пт•НТВ•Наших бьют 19,4 3,7 Чт•Россия 1•Пончик Люся, сериал 10,3 3,7 Ср•СТС•Назад в будущее-3 10,2 3,7 Ср•ТНТ•Интерны, сериал (повтор) 14,4 3,6 Вс•Первый•Разрешите тебя поцеловать 12,6 3,5 Вс•Первый•Мы с вами где-то встречались 13,8 3,4

Топ-20. Развлекательные передачи (Москва)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•Первый•Пусть говорят 21,7 7,9 Сб•НТВ•Ты не поверишь! 17,9 6,2 Пт•ТНТ•Битва экстрасенсов 16,2 5,6 Сб•Первый•Большие гонки 16,2 5,3 Пн•Первый•Мульт личности 14,4 5,0 Ср•Первый•Давай поженимся! 16,9 4,9 Сб•Первый•Что? Где? Когда? 17,6 4,6 Ср•НТВ•Говорим и показываем 20,6 4,6 Пт•Первый•Поле чудес 16,3 4,5 Вс•НТВ•Дачный ответ 18,8 4,4 Сб•Первый•Призрак оперы 12,0 4,2 Сб•НТВ•Очная ставка 17,1 4,2 Пн•Россия 1•Прямой эфир 13,8 4,0 Пт•ТНТ•Дом-2, Город Любви 14,6 3,9 Сб•НТВ•Последнее слово 12,9 3,9 Пн•ТНТ•Дом-2, Город Любви, После заката 19,0 3,8 Сб•Россия 1•Десять миллионов 11,3 3,3 Вс•Первый•Минута славы, Мечты сбываются! 10,2 3,3 Вс•НТВ•Своя игра 12,6 3,1 Сб•НТВ•Квартирный вопрос 17,4 3,1

20 программ с самым высоким рейтингом (Санкт-Петербург)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•НТВ•Футбол, Лига чемпионов УЕФА 35,7 11,8 Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 27,4 10,2 Пн•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 31,8 9,7 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 25,0 8,7 Вт•Первый•Время 21,5 7,6 Вс•НТВ•Чистосердечное признание 19,4 7,4 Ср•Первый•Пусть говорят 19,0 6,9 Сб•НТВ•Русские сенсации, Градус отчаяния 17,7 6,7 Вс•Первый•Мульт личности 17,6 6,5 Сб•НТВ•Максимум 19,2 6,4 Чт•ТНТ•Интерны, сериал 16,9 6,2 Сб•Россия 1•Счастье есть, х/ф 18,8 6,1 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета, х/ф 16,3 5,9 Пн•НТВ•Обзор 24,4 5,8 Сб•НТВ•Ты не поверишь! 15,6 5,7 Вс•НТВ•Сегодня, Итоговая программа 16,5 5,7 Вс•НТВ•Тайный шоу-бизнес: Папики 15,7 5,6 Ср•НТВ•Сегодня вечером (19,00) 18,3 5,6 Чт•ТНТ•Универ, Новая общага, сериал 16,5 5,5 Вс•НТВ•Центральное телевидение 14,4 5,4

Топ-20. Новостные и аналитические программы (Санкт-Петербург)

Канал • Программа Доля Рейтинг Вт•Первый•Время 21,5 7,6 Вс•НТВ•Сегодня, Итоговая программа 16,5 5,7 Ср•НТВ•Сегодня вечером (19,00) 18,3 5,6 Чт•Пятый•Сейчас (18,30) 21,1 4,4 Ср•Россия 1•Местное время 11,4 4,3 Вс•Россия 1•Вести недели 11,5 4,3 Пн•Пятый•Сейчас (15,30) 25,1 4,2 Сб•Первый•Вечерние новости 13,2 4,1 Сб•Россия 1•Вести в субботу (20,00) 11,9 4,0 Ср•Первый•Новости (15,00) 20,2 4,0 Ср•Россия 1•Вести (11,00) 26,0 3,9 Ср•НТВ•Сегодня днем (16,00) 18,9 3,6 Пт•НТВ•Сегодня (10,00) 32,8 3,6 Пт•НТВ•Сегодня днем (13,00) 24,6 3,6 Ср•Пятый•Сейчас (22,00) 9,3 3,5 Пн•НТВ•Сегодня 15,6 3,5 Чт•Первый•Новости (12,00) 28,6 3,5 Пт•Первый•Новости (8,00) 31,4 3,2 Пн•Россия 1•Вести (14,00) 22,9 3,1 Ср•Россия 1•Вести (20,00) 8,3 2,9

Топ-20. Кинофильмы и телесериалы (Санкт-Петербург)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 27,4 10,2 Пн•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 31,8 9,7 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 25,0 8,7 Чт•ТНТ•Интерны, сериал 16,9 6,2 Сб•Россия 1•Счастье есть 18,8 6,1 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета 16,3 5,9 Чт•ТНТ•Универ, Новая общага, сериал 16,5 5,5 Пн•Первый•Черные волки, сериал 14,6 5,4 Вс•Пятый•Десантура, Никто, кроме нас, сериал 15,6 5,2 Пн•Россия 1•Пончик Люся, сериал 14,7 5,0 Пн•Пятый•След, сериал 13,7 4,9 Пт•Первый•Одноклассники 23,6 4,2 Пт•СТС•Люди в черном 11,8 4,0 Пт•СТС•Воронины, сериал 13,9 3,9 Сб•СТС•Люди в черном-2 10,2 3,9 Пт•НТВ•Наших бьют 17,0 3,8 Чт•Россия 1•Тайны следствия-5, сериал 23,2 3,5 Ср•ТНТ•Марли и я 9,6 3,5 Вс•Первый•Разрешите тебя поцеловать 11,7 3,5 Пт•Пятый•Ошибка резидента 12,7 3,5

Топ-20. Развлекательные передачи (Санкт-Петербург)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•Первый•Пусть говорят 19,0 6,9 Вс•Первый•Мульт личности 17,6 6,5 Сб•НТВ•Ты не поверишь! 15,6 5,7 Ср•Первый•Давай поженимся! 17,1 5,2 Пн•НТВ•Говорим и показываем 22,5 5,1 Сб•Первый•Призрак оперы 12,1 4,5 Сб•НТВ•Очная ставка 14,9 4,5 Сб•Первый•Большие гонки 12,4 4,1 Пт•Первый•Поле чудес 15,1 4,0 Сб•Россия 1•Десять миллионов 12,7 4,0 Пт•Первый•Закрытый показ 14,5 3,9 Сб•Первый•Что? Где? Когда? 16,2 3,9 Вс•Первый•Минута славы, Мечты сбываются! 11,3 3,7 Вс•НТВ•Своя игра 13,4 3,6 Пт•ТНТ•Битва экстрасенсов 11,7 3,6 Ср•ТНТ•Дом-2, Город Любви 12,7 3,3 Пн•Первый•Познер 15,5 3,2 Вс•Первый•Пока все дома 14,8 3,1 Вс•НТВ•Дачный ответ 13,6 3,0 Вс•ТНТ•Дом-2, Город Любви, После заката 14,8 3,0

20 программ с самым высоким рейтингом (Россия)

Канал • Программа Доля Рейтинг Чт•Первый•Пусть говорят 26,8 9,2 Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 24,6 8,6 Ср•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 21,7 7,9 Пн•Первый•Черные волки, сериал 22,8 7,8 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 22,1 7,6 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета, х/ф 22,8 7,4 Ср•Первый•Время 20,2 7,3 Вс•НТВ•Чистосердечное признание 20,1 7,2 Сб•Россия 1•Счастье есть, х/ф 23,0 6,4 Вс•Россия 1•Вести недели 17,1 6,1 Пт•Россия 1•Юрмала-2011, Фестиваль юмора 18,2 6,1 Ср•Первый•Давай поженимся! 21,2 5,9 Сб•Первый•Большие гонки 18,8 5,8 Пн•Первый•Интервью Владимира Путина 16,5 5,6 Вс•НТВ•Центральное телевидение 16,0 5,6 Вс•НТВ•Тайный шоу-бизнес: Папики 17,1 5,5 Сб•НТВ•Ты не поверишь! 16,4 5,2 Пн•Первый•Мульт личности 16,7 5,1 Сб•НТВ•Русские сенсации, Градус отчаяния 15,5 5,1 Сб•НТВ•Максимум 16,0 5,1

Топ-20. Новостные и аналитические программы (Россия)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•Первый•Время 20,2 7,3 Вс•Россия 1•Вести недели 17,1 6,1 Чт•НТВ•Сегодня вечером (19,00) 15,8 4,3 Пт•Первый•Вечерние новости 18,9 4,2 Вс•НТВ•Сегодня, Итоговая программа 12,8 4,2 Пт•Россия 1•Местное время 12,1 4,1 Пт•Россия 1•Вести (20,00) 12,1 3,9 Сб•Россия 1•Вести в субботу (20,00) 11,8 3,8 Вс•Первый•Время, Информ,-аналитич, программа 10,5 3,7 Вт•НТВ•Сегодня (23,15) 15,4 3,4 Пн•НТВ•Сегодня 19,7 3,3 Вс•Россия 1•Вести (14,00) 15,4 3,1 Ср•Первый•Новости (7,30) 36,4 2,9 Ср•Первый•Новости (9,00) 38,6 2,9 Пт•Первый•Новости (8,00) 32,0 2,9 Вс•НТВ•Сегодня днем (13,00) 14,0 2,8 Ср•Первый•Новости (8,30) 37,1 2,8 Ср•Первый•Ночные новости 14,2 2,5 Сб•НТВ•Сегодня днем (16,00) 12,6 2,4 Ср•Россия 1•Вести (11,00) 22,6 2,3

Топ-20. Кинофильмы и телесериалы (Россия)

Канал • Программа Доля Рейтинг Ср•НТВ•Глухарь, Возвращение, сериал 24,6 8,6 Ср•НТВ•Морские дьяволы-5, сериал 21,7 7,9 Пн•Первый•Черные волки, сериал 22,8 7,8 Чт•НТВ•Морские дьяволы, Судьбы-2, сериал 22,1 7,6 Вс•Россия 1•Паутинка бабьего лета 22,8 7,4 Сб•Россия 1•Счастье есть 23,0 6,4 Вт•ТНТ•Интерны, сериал 14,0 5,0 Чт•Россия 1•Пончик Люся, сериал 15,0 5,0 Сб•СТС•Люди в черном-2 15,0 4,9 Вс•Россия 1•Обет молчания 15,9 4,9 Пт•СТС•Люди в черном 11,8 4,0 Вт•ТНТ•Универ, Новая общага, сериал 11,6 4,0