«Тайна корабельного кладбища. И я плавал по Дунаю»

- 6 -

А теперь вот Пятрас снова не дает покоя. Маленький, плотный, он стоит перед долговязым Ромкой и, часто разводя руками, нудно объясняет другу, что тот подвел все звено. Ветер дует Пятрасу в спину, превратив его черные блестящие волосы в забавные рожки. Один, два, три, четыре, пять…

— Шесть рогов… Как у трех чертей… Держи расческу! — решительно перебивает Ромка. — Ну, я отчаливаю…

Тут только Пятрас догадывается спросить, зачем все же пришел к нему Ромка. Может, дело какое?

— Дело? — пожимает тот плечами. — Клянусь головой осьминога, не было никакого дела. Привет!

«Клянусь головой осьминога» — любимое Ромкино изречение. Придумал он его сам и втайне очень гордится этим. Ему кажется, что нет клятвы звучнее, как нет среди морских чудищ ни одного страшнее осьминога. Куда там! Эти многорукие или, может, многоногие страшилища ухитрились остановить даже «Наутилус» капитана Немо.

— Так…

Но Ромка уже не слышит. Взбежав на дюну за домом Пятраса, он спустился по ее отвесному склону на дорожку, вьющуюся меж песчаных холмов. Ветра здесь не чувствуется. Зато сердито, словно захлебываясь водой и пеной, рокочет море.

- 6 -